The Washington Post (США): Асад сталкивается с самыми серьезными вызовами за все девять лет войны
Также сюжет по теме: Обострение в Идлибе
Бейрут — Сирийский президент Башар аль-Асад сталкивается с самыми серьезными вызовами своей власти за девять лет — с тех пор, как сирийцы восстали против него. Раскол в семье, разруха в экономике и усиливающаяся напряженность в отношениях с главной союзницей Россией наглядно показывают, насколько неустойчив его режим.
Загнанные в угол повстанцы, обороняющие свой последний бастион в Сирии, больше не представляют никакой угрозы. Нет и серьезных претендентов на пост президента Сирии, которой последние полвека бессменно правит семья Асадов.
Но сейчас начинают появляться трещины в некогда единой и сплоченной группе сторонников Асада, которые стояли рядом с ним на всем протяжении борьбы с оппозицией. Редкий взрыв критики в российских СМИ также привлекает внимание к тому, насколько сильно Асад зависит от зарубежных союзников, таких как Иран и Россия.
Что самое важное, крах экономики сталкивает сирийцев в пучину бедности таких масштабов, которые беспрецедентны в современной истории. Ни Россия, ни Иран не могут дать Сирии миллиарды долларов, которые необходимы ей на восстановление и обновление. Тем не менее, Асад по-прежнему отвергает политические реформы, которые могли бы открыть двери финансированию из стран Запада и Персидского залива.
Треть страны до сих пор неподконтрольна Асаду, а между тем, в южной провинции Даръа уже возникают новые волнения, могущие возродить повстанческое движение в районах, взятых правительственными войсками.
Сегодня Асад уязвим в большей степени, чем когда-либо за весь девятилетний период войны, сказала Лина Хатиб (Lina Khatib), работающая в Лондоне в аналитическом центре Чатем Хаус.
«Асад сегодня полностью зависит от поддержки Ирана и России. У него нет внутренних ресурсов, которые он мог бы дать избирателям. У него отсутствует международная легитимность, и у него нет той военной мощи, которой он обладал до конфликта, — сказала Хатиб. — Его инструментарий пуст, и он сегодня уязвим как никогда».
Усиливающийся семейный раскол
Публичная ссора между Асадом и его двоюродным братом Рами Махлуфом (Rami Makhlouf) — это лишь один признак усиливающихся проблем. Махлуф в Фейсбуке жалуется на попытки государства конфисковать его активы, а это указывает на то, что он уже не может общаться с президентом напрямую.
Его высказывания в соцсетях становятся все более угрожающими. Махлуф дает понять, что не отдаст добровольно 600 с лишним миллионов долларов, которые, как заявляет правительство, он задолжал в виде налогов и пошлин. Махлуф намекает, что может создать хаос в сирийской экономике, поскольку контролирует целую сеть компаний, где работают тысячи сирийцев. В их число входит и самая крупная в стране компания — оператор мобильной связи «Сириател» (Syriatel).
«Я не сдался во время войны, — заявил он в своем очередном видео, появившемся в сети на прошлой неделе. — И вы думаете, что я сдамся в этих обстоятельствах? Оказывается, вы меня не знаете».
Нападки на Махлуфа осуществляются в рамках масштабных попыток заставить нажившуюся на войне новую и весьма влиятельную деловую элиту Сирии передать часть средств на поддержку страдающей экономики. Более того, Асад пытается вернуть себе утраченное влияние, отнятое у него похожими на полевых командиров бизнесменами, многие из которых имеют не только коммерческие предприятия, но и вооруженные формирования боевиков, сказала Хатиб.
Начав охоту на собственного кузена, Асад перенес борьбу за власть в самый центр правящей семьи.
«Это очень серьезно. Это отличается от притеснений других руководителей бизнеса, — сказал бывший друг и доверенное лицо Асада Айман Абдель Нур (Ayman Abdel Nour) бежавший из страны в 2008 году, и сейчас публикующий новостной сайт All4Syria. — Это происходит в ближнем кругу».
По его словам, Махлуф не представляет опасности для президентства Асада. Но Махлуфы сами по себе являются важной семьей в религиозной секте алавитов, к которой принадлежит правящая семья. Компании, благотворительные организации и боевые отряды Махлуфа обеспечивали средствами к существованию десятки тысяч сирийцев, благодаря чему он пользуется поддержкой внутри все более недовольного сообщества алавитов.
«Господин Рами, мы с вами. Вы отец бедных, а они воры, грабящие народ», — написал на прошлой неделе один из комментаторов в ответ на заявление Махлуфа, отвергшего попытки государства захватить его активы.
Его благотворительные организации стали одним из главных источников помощи раненым солдатам, значительную часть которых составляют алавиты, а также семьям тех военнослужащих, которые погибли в боях с восставшими, о чем Махлуф постоянно напоминает сирийцам в своих видео.
«Махлуф стал большим и важным, а это в Сирии недопустимо», — сказал Абдель Нур.
А еще он открыто оказывает неповиновение президенту, что в Сирии нетерпимо, сказал сирийский журналист и политический аналитик Дэнни Макки (Danny Makki). «Сейчас мы наблюдаем не просто инакомыслие бизнесмена, но и открытое расхождение во взглядах с президентом, с институтом президентства. — добавил Макки. — Есть и более важный вопрос о том, что будет с экономикой в долгосрочной перспективе. Для Асада это гонка на время в попытке найти выход из ситуации. Речь не просто о выживании режима. Речь идет о выживании всей страны».
Серьезные экономические беды
По словам Макки, для простых сирийцев данный раскол прежде всего является напоминанием о том, что уменьшившееся национальное богатство Сирии сконцентрировалось в руках небольшого круга людей, в то время как население доведено до нищеты.
За прошлый месяц сирийская валюта потеряла более половины своей стоимости, а за шесть месяцев до этого подешевела примерно на столько же. В прошлом месяце цены на хлеб и сахар выросли в два раза, и в Сирии назревает угроза голода, о чем в среду в своем докладе сообщила Всемирная продовольственная программа.
Девальвация сирийской валюты ускорилась из-за резкого снижения курса ливанской лиры, потому что сирийские торговцы для оплаты импорта обращаются в банки соседнего Ливана.
Еще более серьезной проблемой для страны является экономическая разруха. Санкции США и Евросоюза, имеющие целью принудить Асада к компромиссам с оппозицией, исключают поступление инвестиций и средств на реконструкцию, которые необходимы, чтобы дать толчок экономическому росту. С июня вступают в силу новые американские санкции в соответствии с «законом Цезаря», который будет карать любое физическое и юридическое лицо, оказывающее поддержку сирийскому режиму.
За дерзкими выпадами Махлуфа последовали необычайно смелые высказывания сторонников Асада, которые выражают свое недовольство в социальных сетях.
Самая резкая критика прозвучала со стороны бывшего солдата Башира Харуна (Bashir Haroun), который был ранен в боях с повстанцами и стал инвалидом. Он разместил на своей страничке в Фейсбуке фотографию, на которой Асад и его жена Асма приветствуют его как героя после ранения. В своем комментарии он резко раскритиковал правительство страны, которое перестало выделять средства раненым ветеранам на физиотерапевтическое лечение.
«Вы обращаетесь с нами как со скаковыми лошадьми, которых пристреливают, если они получают травму, так как становятся бесполезными, — написал он. — Каждый день вы принимаете решения, которые надламывают нас, унижают и убивают».
«Настроение в Сирии сейчас мрачное и пугающее, — написал на своей страничке в Фейсбуке бывший министр сельского хозяйства Нуреддин Муна (Noureddin Mouna). — На горизонте назревают события, которые трудно предугадать и истолковать. Сирийский народ встревожен, полон страха, он голодает и бедствует».
Однако Асада критикуют редко, и гнев обычно направлен на якобы коррумпированных чиновников из его окружения. Хотя война ослабила все государство, Асад остается «самым сильным среди слабых», сказал бывший сирийский дипломат Бассам Барабанди (Bassam Barabandi), который в 2012 году сбежал из посольства Сирии в Вашингтоне.
Недовольный покровитель
Давление на Асада усиливается и в связи с признаками напряженности в его отношениях с Россией. В российских СМИ в последнее время появляются статьи с критикой в адрес его режима за неуступчивость и коррупцию. Это породило предположения о том, что российская поддержка Асада идет на убыль.
Самым известным критиком Асада стал бывший российский посол в Сирии, который заявил, что отказ Асада пойти на политические уступки противоречит интересам России. Этот комментарий вначале разместили на вебсайте влиятельного дискуссионного клуба «Валдай». Затем его опубликовал Российский совет по международным делам и авторитетная российская газета «Коммерсант».
«Судя по всему, в Дамаске не особенно склонны проявлять разумную дальновидность и гибкость, — написал бывший посол Александр Аксененок. — Все более явным становится нежелание или неспособность самого режима наладить такую систему государственного управления, которая обеспечила бы условия для сдерживания коррупции и криминалитета».
«Россия достигла предела компромиссов» в инициированном ею мирной процессе, который, как надеется Москва, приведет к политическим реформам, предупредил Аксененок.
Как говорят российские аналитики, нет оснований считать, что такие комментарии означают какие-то серьезные сдвиги в позициях Москвы. Напрямую вмешавшись в 2015 году в этот конфликт, Россия добилась своих важнейших внешнеполитических целей, и не собирается отказываться от достигнутого, сказал председатель Совета по внешней и оборонной политике Федор Лукьянов.
«Конечно, Асад зависит от российской поддержки, но в политическом плане Россия тоже зависит от него, — отметил он. — Для России недопустимо бросить его на произвол судьбы, потому что это нанесет ей огромный политический ущерб».
Но в Москве очень недовольны тем, что режим не согласен идти на политические реформы, сказал доцент кафедры востоковедения Московского государственного института международных отношений Николай Сурков. Такие реформы, ослабляющие абсолютную власть Асада, «считаются важнейшим условием для подлинного и прочного примирения», отметил он. «Даже если правительство одержит военную победу, риск возобновления повстанческих действий останется очень высоким, пока не будут устранены причины недовольства населения».
Волнения в южной провинции Даръа, которая первой восстала против центрального правительства в 2011 году, и была умиротворена одной из последних, доказывают реальность такой опасности. В эту провинцию направлены правительственные войска, чтобы остановить волну похищений, убийств и засад, унесших в последние месяцы жизни многих военнослужащих.
Непонятно, кто именно стоит за этим насилием, но похоже, что зарождается новое повстанческое движение, говорит исследователь Абдо Джабассини (Abdo Jabassini), работающий в Институте Европейского университета во Флоренции.
Еще одним примером трудностей Асада является зашедшая в тупик битва за северо-западную провинцию Идлиб. После того, как поддержанное Россией наступление правительственных войск на удерживаемые повстанцами территории в марте неожиданно наткнулось на яростное контрнаступление турецких войск, Россия заключила с Турцией соглашение о прекращении огня, в котором в большей степени учтены турецкие интересы, нежели решимость Асада разгромить повстанцев. По словам Лукьянова, понятно, что без российской поддержки Асад не сможет освободить эту территорию.
Все это отнюдь не способствует созданию впечатления, что Асад контролирует свою страну, как он старается показать. Политический аналитик Макки говорит: «Нынешний период намного опаснее и труднее, чем любой другой за все время войны. Если Асад не сможет найти решение, он никогда не будет править стабильной Сирией».
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.