Андрей Никитин: "Люди особенно остро в период пандемии понимают, что медики — герои"
Корреспондентка интернет-издания «Росбалт» Анна Хмелева взяла интервью у губернатора Новгородской области Андрея Никитина. О дистанционном образовании, онлайн-торговле, мерах поддержки бизнеса, лучших качествах людей и новом мире.
— Какие меры поддержки оказываются региональными властями бизнесу в условиях пандемии и ограничений?
— Мы достаточно синхронно вводим лучшие меры и практики, чтобы бизнес не чувствовал каких-то ограничений по сравнению с другими субъектами. Дополнительно к этому, мы значительно докапитализировали свой Фонд поддержки малого предпринимательства. Это позволило нам помочь не только тем, кто попал в список пострадавших отраслей на федеральном уровне. Льготные кредиты на простых и выгодных условиях в фонде могут получить любые новгородские предприятия, чья выручка упала более чем на 30%. Эти средства могут быть потрачены на выплату заработной платы, процентов по ранее взятым кредитам, аренды, коммунальных услуг. Наш объем поддержки по отраслям шире, чем федеральный перечень.
Нами также предоставлены отсрочки по арендным платежам на земельные участки (до 3 месяцев с последующей оплатой в течение 6 месяцев), на 99% уменьшен размер арендной платы недвижимого имущества. Снижены ставки по УСН с 6% до 1% с объектом «доходы», и с 15% до 5% с объектом «доходы минус расходы», в два раза уменьшена стоимость всех патентов, на 50% сокращен налог на имущество для организаций гостиничного бизнеса и пассажирских перевозок, на 50% транспортный налог для пассажирских перевозок. Для арендодателей, снизивших не менее чем на 50% арендную плату арендаторам из перечня особо пострадавших отраслей, налог на имущество организаций уменьшен на размер снижения арендной платы. Бизнес дает нам обратную связь — все эти меры оказались востребованными.
— Насколько проблемы в наиболее пострадавших сферах бизнеса оказали влияние на экономику региона в целом?
— Это малый и средний бизнес, как правило. Туризм, развлечения, сфера образования, услуг, сервисов, рестораны, кафе. Оценить потери точно в цифрах сейчас невозможно, но очевидно, что для бюджета потери будут. С другой стороны, я не могу сказать, что эти отрасли являются бюджетообразующими для региона. Новгородская область — промышленный регион, а промышленность у нас работает вся. Но здесь вопрос скорее не в налогах и не в том, что будут потери для бюджета, а в том, что в этих отраслях занято довольно-таки много людей. Так что мы думаем, как быстрее возобновить работу этих отраслей так, чтобы они получали доход.
— А есть ли какие-то сферы бизнеса, которые показывают рост в этих кризисных реалиях?
— Да, конечно, довольно много. У нас очень экспортно-ориентированная промышленность. Большая часть того, что мы производим, идет на экспорт. Скажем, часть экспорта связана с Китаем, а он сегодня уже постепенно выходит из пандемии и демонстрирует увеличение спроса. Растут легкая промышленность, производство медицинских расходных материалов, антисептиков. Рассматривается вопрос строительства в регионе завода нетканных материалов. Это рост не ситуативный — не только во время, но и после пандемии неизбежно изменится подход к гигиене, медицине, соблюдению санитарно-гигиенических норм. Все это способствует росту отрасли сейчас и будет способствовать в будущем.
Также растет все, что связано с радиоэлектроникой. Еще в советское время в Новгородской области сложился региональный кластер радиоэлектроники, обслуживающий и военно-промышленный комплекс, и гражданский. Сегодня в связи с необходимостью анализировать людские потоки передвижение людей, соблюдение карантинного режима, предприятия получают серьезные дополнительные заказы. Например, у нас есть предприятие на Валдае, производящее системы ночного видения. Сегодня у них кратное увеличение объема на комплексах по аналитике потоков людей, выявлению людей с температурой. Радиоэлектроника тоже будет точкой роста, это не «всплесковый» спрос.
Плюс активно работает пищевая промышленность. В Новгородской области вообще производятся вкусные и полезные продукты. Положительная динамика наметилась у компаний, которые связаны со сбалансированным и обогащенным питанием: это и производство меда, и производство белозерного овса. Все эти компании сейчас активно работают. Также мы ожидаем в перспективе рост цен на удобрения — это значит, что инвестиционные проекты в этой сфере выступят драйверами развития. И быстрее всего восстановится транспортно-логистический комплекс — мы всегда будем между двумя крупнейшими рынками сбыта.
— А что происходит с дистанционной торговлей?
— Если говорить и о промышленности, и о малом и среднем бизнесе, то нам очень повезло, что последние 3 года мы активно работали над развитием Интернет-торговли. Практически каждый квартал мы проводили семинары для малого бизнеса на тему работы на онлайновых площадках. С одной из них у нас вообще заключен договор, мы являемся пилотным регионом именно для выведения продукции малого бизнеса на мировой рынок. И то, что мы проводили эту работу заранее, сейчас очень сильно помогает нашему малому бизнесу работать в онлайне.
— Тоже про онлайн, но в масштабах страны — со знаком «минус». Это страшное слово «дистанционка». Как ваш регион справился с дистанционным образованием? Есть ли уникальные практики?
— При всех трудностях приспособления, у нас произошел системный скачок с точки зрения умения работать и учиться на «удаленке». Я общаюсь и с преподавателями, и с школьниками, и со студентами. Безусловно, все хотят очень вернуться в школы и колледжи, потому что хотят общаться не только в онлайне, но и в живую. Но компоненты онлайн-образования у нас будут расти, они уже кратно выросли, и они останутся. Проблема таких регионов, как Новгородская область — в остром недостатке узкоспециализированных учителей. Учителя географии, биологии, химии, учителя английского языка в принципе не всегда есть в сельских школах. И в них всегда была проблема, как детям сдавать по этим предметам ЕГЭ.
Сегодня, благодаря тому, что мы очень активно работаем с образовательными площадками, наши директора школ научились использовать в отсутствии учителей образовательные комплексы по таким предметам. Кроме того, возможности онлайн обучения позволят нам привлечь профильных педагогов из других школ. Были некоторые сложности, связанные с тем, что не везде в домах были компьютеры, но в целом мы получили позитивный эффект. Кстати, понимая, что у нас есть дети без компьютеров, что есть вещи, которые надо детям рассказывать помимо школьной программы, мы запустили уроки по телевизору. Это наш уникальный опыт, использованный впоследствии министерством образования — сейчас такие занятия тоже идут, насколько я знаю, на одном из каналов. Могу сказать точно — дистанционное обучение останется и после пандемии, как вспомогательный компонент.
— Какие, на ваш взгляд, отличительные особенности у текущего кризиса?
— Я бы не стал называть это кризисом. По крайней мере, это не кризис в классическом понимании — вот мы потерпели, все вернулось на круги своя, заново растет и развивается. Это какая-то новая реальность, которая будет существовать долго. Скорее всего, мы будем как-то совершенно по-другому развиваться, учитывая вероятность того, что возможна и вторая, и третья волна коронавируса. Просто началась другая, новая жизнь, и мы должны ее осваивать. Я думаю, что и меры социальной дистанции сохранятся надолго. И отношение к здоровью и гигиене изменится. И бурное развитие онлайна — это уже теперь навсегда. Мир прежним не будет точно.
Карантин и самоизоляция показали, что очень многие вещи при нынешнем развитии технологий и инфраструктуры связи даже в регионах можно делать дистанционно. Сотни офисных работников, муниципальных и государственных служащих перешли на удаленный режим работы, практически без потери эффективности. Многие удаленные сервисы стали востребованы — онлайн кабинеты налоговой, госуслуг, Пенсионного фонда, МФЦ. И люди осознают эффективность этих инструментов — зачем стоять в очередях, когда все можно сделать из дома, не обивая порогов кабинетов? Востребованы и дистанционные форматы общения чиновников с населением — очень хорошо восприняты прямые линии в соцсетях.
— Вы видите какие-то плюсы самоизоляции и текущей ситуации?
- Знаете, я, к сожалению или к счастью, не нахожусь на режиме самоизоляции. Я работаю каждый день, у меня специфика работы такая, что самоизолироваться я не могу. Что поменялось? Наверное, люди стали больше внимания семье уделять. Возможность побыть с близкими, с детьми, в наше бурное время — это редкий шанс. Еще проявились лучшие качества наших жителей. Такое количество волонтеров, такое количество добрых, неравнодушных людей — мы даже не предполагали, что их настолько много. Новгородские предприятия и фермеры, не дожидаясь команд, с первых дней начали помогать самым незащищенным людям продуктовыми наборами.
Вообще многие стали гораздо активнее поддерживать друг друга: старикам, тем, кому сложно. Это, наверное, самое позитивное открытие. Также из позитивного могу отметить, что профессия врача начинает возвращать свой статус. Люди особенно остро в период пандемии понимают, что медики — герои, которые работают на передовой. Если говорить про работу, то хорошо себя показали управленцы региона, во всех сферах, от бизнеса до культуры. Пандемия серьезно прокачала навыки антикризисного менеджмента. Это тоже хороший задел на будущее.
— А минусы какие?
— Негативное открытие только одно — экономика к таким масштабам бедствия оказалась не готова. И очень плохо, что люди потеряли доход, который они планировали, на который рассчитывали. Задача региональных и федеральных властей — найти решение.
— Понятно, что ограничительные меры разного характера будут действовать долго, но, так или иначе, пандемия закончится. Поменяются ли у вас, как у руководителя субъекта, приоритеты в его развитии по итогам того, что сейчас происходит с нами и экономикой в целом?
— В моем случае — скорее нет. Мы будем развивать образование, мы будем вкладывать деньги в здравоохранение, инфраструктуру, в туризм, так же, как мы это и делали. В Новгородской области по ряду сфер есть серьезное отставание от среднего уровня в стране. Понимаете, у нас рядом Петербург, рядом Москва, и новгородцы хотят жить сопоставимо по качеству с крупными городами, с большими областями, поэтому требования людей достаточно высокие, и успокаиваться на таких, «серединка на половинку», условиях, наверное, никто не будет. Поэтому, задача здесь, прежде всего, добиться, чтобы наши проекты, которые мы запланировали, выполнялись в полном объёме. Мы пойдем вперед, вверх, и нам придется делать это еще быстрее, чем раньше.
Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy
- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy
- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/
- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky
- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky
— Какие меры поддержки оказываются региональными властями бизнесу в условиях пандемии и ограничений?
— Мы достаточно синхронно вводим лучшие меры и практики, чтобы бизнес не чувствовал каких-то ограничений по сравнению с другими субъектами. Дополнительно к этому, мы значительно докапитализировали свой Фонд поддержки малого предпринимательства. Это позволило нам помочь не только тем, кто попал в список пострадавших отраслей на федеральном уровне. Льготные кредиты на простых и выгодных условиях в фонде могут получить любые новгородские предприятия, чья выручка упала более чем на 30%. Эти средства могут быть потрачены на выплату заработной платы, процентов по ранее взятым кредитам, аренды, коммунальных услуг. Наш объем поддержки по отраслям шире, чем федеральный перечень.
Нами также предоставлены отсрочки по арендным платежам на земельные участки (до 3 месяцев с последующей оплатой в течение 6 месяцев), на 99% уменьшен размер арендной платы недвижимого имущества. Снижены ставки по УСН с 6% до 1% с объектом «доходы», и с 15% до 5% с объектом «доходы минус расходы», в два раза уменьшена стоимость всех патентов, на 50% сокращен налог на имущество для организаций гостиничного бизнеса и пассажирских перевозок, на 50% транспортный налог для пассажирских перевозок. Для арендодателей, снизивших не менее чем на 50% арендную плату арендаторам из перечня особо пострадавших отраслей, налог на имущество организаций уменьшен на размер снижения арендной платы. Бизнес дает нам обратную связь — все эти меры оказались востребованными.
— Насколько проблемы в наиболее пострадавших сферах бизнеса оказали влияние на экономику региона в целом?
— Это малый и средний бизнес, как правило. Туризм, развлечения, сфера образования, услуг, сервисов, рестораны, кафе. Оценить потери точно в цифрах сейчас невозможно, но очевидно, что для бюджета потери будут. С другой стороны, я не могу сказать, что эти отрасли являются бюджетообразующими для региона. Новгородская область — промышленный регион, а промышленность у нас работает вся. Но здесь вопрос скорее не в налогах и не в том, что будут потери для бюджета, а в том, что в этих отраслях занято довольно-таки много людей. Так что мы думаем, как быстрее возобновить работу этих отраслей так, чтобы они получали доход.
— А есть ли какие-то сферы бизнеса, которые показывают рост в этих кризисных реалиях?
— Да, конечно, довольно много. У нас очень экспортно-ориентированная промышленность. Большая часть того, что мы производим, идет на экспорт. Скажем, часть экспорта связана с Китаем, а он сегодня уже постепенно выходит из пандемии и демонстрирует увеличение спроса. Растут легкая промышленность, производство медицинских расходных материалов, антисептиков. Рассматривается вопрос строительства в регионе завода нетканных материалов. Это рост не ситуативный — не только во время, но и после пандемии неизбежно изменится подход к гигиене, медицине, соблюдению санитарно-гигиенических норм. Все это способствует росту отрасли сейчас и будет способствовать в будущем.
Также растет все, что связано с радиоэлектроникой. Еще в советское время в Новгородской области сложился региональный кластер радиоэлектроники, обслуживающий и военно-промышленный комплекс, и гражданский. Сегодня в связи с необходимостью анализировать людские потоки передвижение людей, соблюдение карантинного режима, предприятия получают серьезные дополнительные заказы. Например, у нас есть предприятие на Валдае, производящее системы ночного видения. Сегодня у них кратное увеличение объема на комплексах по аналитике потоков людей, выявлению людей с температурой. Радиоэлектроника тоже будет точкой роста, это не «всплесковый» спрос.
Плюс активно работает пищевая промышленность. В Новгородской области вообще производятся вкусные и полезные продукты. Положительная динамика наметилась у компаний, которые связаны со сбалансированным и обогащенным питанием: это и производство меда, и производство белозерного овса. Все эти компании сейчас активно работают. Также мы ожидаем в перспективе рост цен на удобрения — это значит, что инвестиционные проекты в этой сфере выступят драйверами развития. И быстрее всего восстановится транспортно-логистический комплекс — мы всегда будем между двумя крупнейшими рынками сбыта.
— А что происходит с дистанционной торговлей?
— Если говорить и о промышленности, и о малом и среднем бизнесе, то нам очень повезло, что последние 3 года мы активно работали над развитием Интернет-торговли. Практически каждый квартал мы проводили семинары для малого бизнеса на тему работы на онлайновых площадках. С одной из них у нас вообще заключен договор, мы являемся пилотным регионом именно для выведения продукции малого бизнеса на мировой рынок. И то, что мы проводили эту работу заранее, сейчас очень сильно помогает нашему малому бизнесу работать в онлайне.
— Тоже про онлайн, но в масштабах страны — со знаком «минус». Это страшное слово «дистанционка». Как ваш регион справился с дистанционным образованием? Есть ли уникальные практики?
— При всех трудностях приспособления, у нас произошел системный скачок с точки зрения умения работать и учиться на «удаленке». Я общаюсь и с преподавателями, и с школьниками, и со студентами. Безусловно, все хотят очень вернуться в школы и колледжи, потому что хотят общаться не только в онлайне, но и в живую. Но компоненты онлайн-образования у нас будут расти, они уже кратно выросли, и они останутся. Проблема таких регионов, как Новгородская область — в остром недостатке узкоспециализированных учителей. Учителя географии, биологии, химии, учителя английского языка в принципе не всегда есть в сельских школах. И в них всегда была проблема, как детям сдавать по этим предметам ЕГЭ.
Сегодня, благодаря тому, что мы очень активно работаем с образовательными площадками, наши директора школ научились использовать в отсутствии учителей образовательные комплексы по таким предметам. Кроме того, возможности онлайн обучения позволят нам привлечь профильных педагогов из других школ. Были некоторые сложности, связанные с тем, что не везде в домах были компьютеры, но в целом мы получили позитивный эффект. Кстати, понимая, что у нас есть дети без компьютеров, что есть вещи, которые надо детям рассказывать помимо школьной программы, мы запустили уроки по телевизору. Это наш уникальный опыт, использованный впоследствии министерством образования — сейчас такие занятия тоже идут, насколько я знаю, на одном из каналов. Могу сказать точно — дистанционное обучение останется и после пандемии, как вспомогательный компонент.
— Какие, на ваш взгляд, отличительные особенности у текущего кризиса?
— Я бы не стал называть это кризисом. По крайней мере, это не кризис в классическом понимании — вот мы потерпели, все вернулось на круги своя, заново растет и развивается. Это какая-то новая реальность, которая будет существовать долго. Скорее всего, мы будем как-то совершенно по-другому развиваться, учитывая вероятность того, что возможна и вторая, и третья волна коронавируса. Просто началась другая, новая жизнь, и мы должны ее осваивать. Я думаю, что и меры социальной дистанции сохранятся надолго. И отношение к здоровью и гигиене изменится. И бурное развитие онлайна — это уже теперь навсегда. Мир прежним не будет точно.
Карантин и самоизоляция показали, что очень многие вещи при нынешнем развитии технологий и инфраструктуры связи даже в регионах можно делать дистанционно. Сотни офисных работников, муниципальных и государственных служащих перешли на удаленный режим работы, практически без потери эффективности. Многие удаленные сервисы стали востребованы — онлайн кабинеты налоговой, госуслуг, Пенсионного фонда, МФЦ. И люди осознают эффективность этих инструментов — зачем стоять в очередях, когда все можно сделать из дома, не обивая порогов кабинетов? Востребованы и дистанционные форматы общения чиновников с населением — очень хорошо восприняты прямые линии в соцсетях.
— Вы видите какие-то плюсы самоизоляции и текущей ситуации?
- Знаете, я, к сожалению или к счастью, не нахожусь на режиме самоизоляции. Я работаю каждый день, у меня специфика работы такая, что самоизолироваться я не могу. Что поменялось? Наверное, люди стали больше внимания семье уделять. Возможность побыть с близкими, с детьми, в наше бурное время — это редкий шанс. Еще проявились лучшие качества наших жителей. Такое количество волонтеров, такое количество добрых, неравнодушных людей — мы даже не предполагали, что их настолько много. Новгородские предприятия и фермеры, не дожидаясь команд, с первых дней начали помогать самым незащищенным людям продуктовыми наборами.
Вообще многие стали гораздо активнее поддерживать друг друга: старикам, тем, кому сложно. Это, наверное, самое позитивное открытие. Также из позитивного могу отметить, что профессия врача начинает возвращать свой статус. Люди особенно остро в период пандемии понимают, что медики — герои, которые работают на передовой. Если говорить про работу, то хорошо себя показали управленцы региона, во всех сферах, от бизнеса до культуры. Пандемия серьезно прокачала навыки антикризисного менеджмента. Это тоже хороший задел на будущее.
— А минусы какие?
— Негативное открытие только одно — экономика к таким масштабам бедствия оказалась не готова. И очень плохо, что люди потеряли доход, который они планировали, на который рассчитывали. Задача региональных и федеральных властей — найти решение.
— Понятно, что ограничительные меры разного характера будут действовать долго, но, так или иначе, пандемия закончится. Поменяются ли у вас, как у руководителя субъекта, приоритеты в его развитии по итогам того, что сейчас происходит с нами и экономикой в целом?
— В моем случае — скорее нет. Мы будем развивать образование, мы будем вкладывать деньги в здравоохранение, инфраструктуру, в туризм, так же, как мы это и делали. В Новгородской области по ряду сфер есть серьезное отставание от среднего уровня в стране. Понимаете, у нас рядом Петербург, рядом Москва, и новгородцы хотят жить сопоставимо по качеству с крупными городами, с большими областями, поэтому требования людей достаточно высокие, и успокаиваться на таких, «серединка на половинку», условиях, наверное, никто не будет. Поэтому, задача здесь, прежде всего, добиться, чтобы наши проекты, которые мы запланировали, выполнялись в полном объёме. Мы пойдем вперед, вверх, и нам придется делать это еще быстрее, чем раньше.
Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy
- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy
- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/
- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky
- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky