Зачем исторической правде нашли место в Конституции?
Нельзя допустить, чтобы начавшаяся масштабная информационная кампания в связи с юбилеем Победы была свернута сразу после праздника.
Олег Барабанов, доктор политических наук, профессор РАН, программный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай», профессор МГИМО:
75-летний юбилей Победы в Великой Отечественной войне — важнейшее историко-политическое событие текущего года. Эта дата становится ключевым ориентиром в политике формирования исторической памяти нынешних поколений россиян, их сопричастности подвигу народа, воспитания гражданской ответственности и уважительного отношения к памяти предков.
В настоящее время по линии государственных структур и общественных организаций уже запущены масштабные проекты, связанные с юбилеем Победы. Это и мемориальные мероприятия, и поиск и публикация военных писем фронтовиков, и волонтерское движение, и многое другое.
Системное искажение
Немаловажное значение этот юбилей имеет и для усиления борьбы с фальсификацией истории, распространения и защиты исторической правды. Сейчас крайне значимо не допустить умаления подвига российского народа в войне, попыток переписать историю, представить победу над фашизмом как исключительную заслугу западных союзников по антигитлеровской коалиции. К сожалению, тенденции такого рода можно все чаще наблюдать в современном информационном и культурном пространстве западных стран. Эти сфальсифицированные доводы проникают и в школьные и вузовские учебники истории в целом ряде стран, что приводит к системному и долгосрочному искажению восприятия истории целыми поколениями.
Еще одной негативной чертой стала политизация исторической памяти. Суть ее в том, что только «правильные» демократии в западном понимании имеют право на память о победе, а действия других стран (в т.ч. России, а также и Китая и др.) должны системно игнорироваться или очерняться, поскольку их современная оценка на Западе является крайне негативной. Противодействие этому, указание на недопустимость разделения союзников по антигитлеровской коалиции на «плохих» и «хороших», исходя из идеологизированных современных оценок — важнейшая задача на сегодня.
Юбилей Победы вновь приковывает внимание и к практике фактической героизации и оправдания нацистов в странах Прибалтики и на Украине. Получает распространения тенденция по представлению нацистов из легионов СС и их пособников не как военных преступников, а как «борцов за свободу и независимость» данных стран. Также прослеживается стремление отделить «настоящих» германских нацистов от их пособников в других странах (в вышеуказанных, а также в Польше). Тем самым происходит формирование абсолютно недопустимого подхода к исторической памяти.
Идеологические войны
Попытки принизить юбилей Победы и значимость подвига народа, к сожалению, можно наблюдать и в определенных сегментах российского информационного поля. Здесь наблюдается неуместная ирония, стремление представить память о войне и Победе исключительно как пресловутую «пропаганду режима» и т.п.
Тематика исторической памяти и ее осмысление имеют несомненное значение в формировании гражданской солидарности в обществе, в обеспечении связи поколений, в сопричастности граждан государству. Тем самым будет вполне уместно сказать, что историческая память является ценностью, которая значимым образом определяет как социальное, так и политическое поведение.
За последние три десятилетия мы все видели, что повышенное внимание к переосмыслению и реконструкции исторической памяти в мире было связано не в последнюю очередь с Центральной и Восточной Европой. Во многих странах региона эти процессы были обусловлены формированием новых независимых государств и распадом социалистической системы. В попытке сконструировать с нуля новую национальную идеологию, историческая память стала играть здесь ключевую роль в национальном становлении государств, в формировании новых ценностей и установок в общественном мнении. Пожалуй, на этом примере четко проявляется прямая связь между ценностью исторической памяти и национализмом, причем понимаемом в узком, негативном смысле этого слова, связанном с национальной исключительностью.
Эти процессы привели помимо прочего и к конфликтующим национальным историческим нарративам. Часть из них начала оказывать серьезное воздействие и на текущую политику, на политические стереотипы других государств и народов. Иногда это выливалось и в реальные войны. Практически во всех вооруженных конфликтах в Европе за последние три десятилетия взаимоисключающие исторические нарративы играли далеко не последнюю роль в поляризации общественного мнения и в эскалации конфликта. В преддверии юбилея Победы за прошедшие месяцы мы все стали свидетелями резкого обострения войн исторической памяти применительно к событиям и оценке Второй мировой войны. Цепочка этих событий хорошо известна, причины понятны, и нет нужды подробно на этом останавливаться.
Важнее другое. Поскольку историческая память является ценностью, то, как мы знаем из конфликтологии, конфликты ценностей гораздо труднее и сложнее урегулировать, чем конфликты интересов. При несовпадающих интересах всегда можно по крайней мере попытаться найти какой-то компромисс, определить пределы для переговорного пространства и шаг за шагом идти к взаимоприемлемому решению. Ценности же бескомпромиссны, в некотором роде они представляют собой базовые установки поведения, и потому сблизить их крайне трудно. Здесь, впрочем, стоит подчеркнуть, что хотя саму историческую память можно считать ценностью, политика формирования исторической памяти является интересом государства. Тем самым конфликт ценностей здесь накладывается на конфликт интересов. С одной стороны, это его усложняет, а с другой стороны, дает некие возможности для поиска решения.
«Постгероическое» общество
Что касается широкого общественного мнения, то вполне понятно, что формирование исторической памяти в нем осуществляется главным образом не через научные монографии и статьи. Здесь ключевую роль играет информационное и культурное пространство. Поэтому трансляция через него исторических знаний (а, как мы видим на зарубежных примерах, иногда и исторических мифов) служит одним из главных инструментов такого рода.
Один из важных аспектов такого подхода сфокусирован на анализе образа войны в современном культурном и информационном пространстве. Он связан с различными философскими концепциями войны, а также с более упрощенными и стереотипными медийными нарративами, раскрывающими образы войны широкому общественному мнению в том или ином формате. Здесь можно сделать акцент на сопоставлении и противоположности двух из такого рода нарративов. Один из них, условно говоря, — героический, когда акцент в представлении войны делается на подвигах и доблести, такой подход тесно связан с военной этикой, традиционно сконцентрированной на понятиях отваги и чести. В рамках этого нарратива часто фокусируется внимание на войне в контексте защиты жизни, свободы и независимости своей Родины. Другой нарратив — трагический. Здесь в центре оказываются ужасы войны, многочисленные жертвы, разрушения, военные преступления, цинизм приспособленчества к войне, людское горе.
Понятно, что на любой войне есть место и тому, и другому, и оба этих нарратива в целом не противоречат друг другу, а лишь дополняют различные аспекты войны. Вопрос лишь в их соотношении друг с другом, в нахождении необходимого баланса. В последнее время можно наблюдать определенную тенденцию, направленную на полную дегероизацию войны как в современной культуре (в кинематографии, в литературе), так и в общественных дискуссиях о войне. В своем предельном выражении этот нарратив находит свое воплощение в своего рода «военной чернухе», когда показывается, что война со всех сторон вызывает к жизни лишь самые худшие качества в человеке. Когда гражданственность в войне заменяется обывательским сарказмом и отстраненностью. В этом контексте встает вопрос о гораздо более широкой теме «постгероического» общества в современном мире как составной части глобального общества потребления.
Такое постгероическое общество уже не заинтересовано в культе доблести и подвига, и потому для него объективно не востребованы фильмы и книги, его отражающие. При этом есть и другой аспект, наряду с дегероизацией, его можно условно назвать «играизацией» войны. Встроенность восприятия войны в современный мир виртуальных компьютерных программ, а также все большая распространенность бесконтактных технологий ведения реальных боевых действий (дроны и пр.) приводят к тому, что война в общественном мнении становится не подвигом или трагедией, а лишь очередной компьютерной игрушкой. Это вызывает к жизни чрезмерную легкость восприятия войны, ее несерьезность. Такая играизация войны становится одной из важных черт постгероического общества.
Основной закон в помощь
Негативные последствия от всего этого очевидны. Поэтому политика формирования уважительного отношения к исторической памяти должна стать ключевой задачей как государства, так и общественных институтов. В этой связи представляется крайне важным то обстоятельство, что по итогам широкой гражданской дискуссии упоминание памяти предков как основы для социального поведения современных россиян было включено в предложенные поправки к Конституции РФ. Закрепление уважительного отношения к исторической памяти в Основном законе страны позволит в будущем поставить эту работу на прочную правовую основу, сделать уважение и почитание доблести наших предков непререкаемым социальным императивом, основанном, подчеркну, на прочном общегражданском консенсусе.
Отражение этих положений в Конституции дает возможность четко определить первостепенную значимость ценности исторической памяти для современной России. Это представляется особенно важным прежде всего потому, что теперь работа по историческому просвещению нации станет ключевой задачей для государства. И если раньше многие проекты в сфере исторической памяти представляли собой индивидуальные инициативы, то закрепление этих положений в Конституции позволит поставить эту работу на постоянную системную основу в рамках четкой стратегии государственной и общественной политики.
Сейчас нам нужно не допустить того, чтобы начавшаяся масштабная информационная кампания в связи с юбилеем Победы была свернута сразу после праздника. Важно, чтобы сохранение исторической памяти о войне не превратилось бы в сиюминутную кампанию, а имело бы системное развитие и после самого юбилея. В этой связи закрепление ценностей исторической памяти в Конституции страны представляется залогом для необходимого продолжения этой работы.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции