Вашингтон проспал серьезнейшие стратегические перемены на Ближнем Востоке
Интересы США в Заливе проутюжат форштевнями РФ, КНР и Ирана
На фото: военный корабль ВМС Ирана (Фото: Дмитрий Рогулин/ТАСС)
Похоже, Кремль начинает новый раунд в большой игре против США. 27 декабря в Индийском океане стартуют беспрецедентные военно-морские учения флотов России, Китая и Ирана. Предлогом для них, как заявил глава МИД РФ Сергей Лавров на заседании дискуссионного клуба «Валдай», является «борьба с террористами и пиратами в Индийском океане».
Пока не известно, какие именно российские корабли примут участие в учениях. По мнению военного обозревателя «Свободной Прессы» капитана 1 ранга в отставке Сергея Ищенко, возможны следующие варианты:
— В конце ноября отряд кораблей Балтийского флота — сторожевик «Ярослав Мудрый», буксир «Виктор Конецкий» и танкер «Ельня» — вошел из Средиземного в Красное море через Суэцкий канал. Он направляется прямиком в район учений — в Аденский залив. В Минобороны РФ сообщали, что в числе задач отряда — несение антипиратской вахты.
— 3 декабря отряд кораблей Северного флота — большой противолодочный корабль «Вице-адмирал Кулаков» и большой десантный корабль «Кондопога» — покинул рейд Североморска, и взяли курс на Атлантический океан.
— В Южной Атлантике, в районе мыса Доброй Надежды, сейчас находится наш ракетный крейсер «Маршал Устинов». Он только-только завершил в этих водах совместные учения с фрегатом ВМС Китая «Вэйфан» и фрегатом ВМС ЮАР «Аматола».
— Наконец, в октябре отряд кораблей Тихоокеанского флота вышел из Владивостока в Азиатско-Тихоокеанский регион. В составе отряда — флагман ТОФ гвардейский ракетный крейсер «Варяг», большой противолодочный корабль «Адмирал Пантелеев» и средний морской танкер «Печенга».
Любой из этих четырех отрядов кораблей или несколько корабельных групп из их состава в любом сочетании могут со стороны ВМФ РФ принять участие в учениях возле Аравийского полуострова.
Со стороны Китая будут задействованы несколько кораблей из состава эскадры ВМС КНР по борьбе с пиратством, которая находится у побережья Сомали. Иран способен тоже выставить немалое количество эсминцев, фрегатов, подводных лодок и боевой авиации.
И здесь надо понимать: борьба с пиратством — предлог сугубо формальный. Как отмечает американская газета The Daily Beast, предстоящие международные учения являются проекцией силы на северную часть Индийского океана и Ормузский пролив. То есть — на ближневосточные маршруты, которые жизненно важны всему миру для поставок нефти. Причем, проводятся эти учения демонстративно, в момент, когда Иран испытывает на себе «максимальное давление» со стороны США.
«Если в среднесрочной и долгосрочной перспективе Китай, Россия и Иран продолжат развивать свои связи в целях защиты стратегических интересов в Индийском океане, они сформируют мощное трио, которое возглавит Москва», — уверенно американское издание.
И действительно: июле этого года Россия представила концепцию коллективной безопасности в Персидском заливе, отмечает The Daily Beast. Она предусматривает проведение международной конференции по безопасности и сотрудничеству в Персидском заливе, что позже приведет к созданию организации по безопасности и сотрудничеству в регионе.
По сути, неуклюжая политика Дональда Трампа — односторонний выход из иранской ядерной сделки, с экономическим удушением Тегерана — привела к тому, что Китай, Россия и Иран сближаются как стратегические партнеры. А позиции США в Персидском заливе с тех пор неуклонно слабеют.
Похоже, это прекрасно понимают и в Вашингтоне. В конце ноября авианосец «Гарри Труман» без широкой огласки покинул базу в Норфолке, и теперь спешит в Персидский залив на замену другому атомному авианосцу, давно несущему службу в этом районе — «Аврааму Линкольну». Вполне может статься, что на период российско-китайско-иранских учений поблизости будут находится сразу две американские ударные авианосные группировки. Если так — это будет ясным сигналом, что США просто так сдаваться не намерены.
— Военно-морские учения в Индийском океане — прежде всего иллюстрация активности Москвы на мировой арене в военно-политической сфере, — отмечает эксперт Российского института стратегических исследований (РИСИ) Сергей Ермаков. — Страны Ближнего Востока, Южной и Юго-Восточной Азии внимательно следят за развитием ситуации. Но я бы не сказал, что они видят сдвиг России на Восток, о чем говорят некоторые аналитики.
Другое дело — Китай. Он заявил о своих глобальных амбициях и претензиях на глобальное лидерство. Но у Поднебесной немного другая стратегическая культура. Китай продвигает свои проекты через выстраивания взаимодействия. В этом смысле конфронтационная позиция США действительно подталкивает Пекин, Тегеран и Москву к сближению.
И здесь надо понимать: в Индо-Тихоокеанском регионе — по классификации Пентагона — США пытаются построить баланс сил в противовес именно Китаю. А Китай и Россия, опираясь на принцип полицентричности мира, пытаются делать свою работу.
Пока прямой конфронтации с американцами в Индийском океане Москве и Пекину удается избегать. Но ситуация в регионе напряженная, жесткая, и политические баталии идут нешуточные. Совместные учения России, Китая и Ирана — наглядное тому доказательство.
«СП»: — Можно ли сказать, что позиции США на Ближнем Востоке постепенно ослабляются?
— О реальном балансе сил в регионе судить трудно: очень многое здесь происходит за кадром. Можно говорить о другом — Соединенные Штаты сейчас, при Трампе, резко меняют внешнеполитический курс. Они уже не хотят действовать по всему миру самостоятельно. И пытаются выстраивать коалиции и интеграционные проекты. Как мы видим, пока у США это не очень получается.
Принципиален и другой момент: США больше не хотят быть главным финансистом этих проектов, включая даже поддержание однополюсного мира, в котором они были бы глобальным лидером. Эту нагрузку американцы также хотят переложить на своих союзников и партнеров.
Показательно, что Трамп на открытии юбилейного саммита НАТО в Лондоне говорил именно об этих вещах. О том, что США при нем надавили на Южную Корею. И та согласилась выделить $ 500 млн. на оплату американских баз на своей земле. Что сейчас идут переговоры с Японией, оказывается давление на европейских союзников — с тем, чтобы они тоже помогали Вашингтону решать задачи. В том числе — на Ближнем Востоке и в Индийском океане.
Штаты пытаются сейчас сократить не столько свое присутствие, сколько расходы и бремя ответственности.
«СП»: — Это создает для нас окно возможностей?
— Мы как раз наблюдаем кризис американской политики. Мир идет совсем по другому пути, и ситуация развивается не по тому сюжету, по которому хотел Вашингтон — это очевидно.
Казалось бы, для США логично выстраивать проекты, которые бы разделяли Пекин и Москву. Но на деле политика США ведет к прямо противоположному эффекту. Взаимодействие между Россией, Китаем и Ираном строится не на пустом месте. Наблюдается и общность национальных интересов, и общность подходов. Американцы же при этом, в основных военно-политических документах, рассматривают эти три страны как основных геополитических конкурентов, если не противников. Одно это будет и дальше подталкивать Москву, Пекин и Тегеран к объединению.
— Военно-морские учения — чисто политическая демонстрация, — согласен заместитель директора Института политического и военного анализа Александр Храмчихин. — Москва хочет продемонстрировать, что сохраняет с Тегераном хорошие отношения. Китай же, на мой взгляд, участвует в этой демонстрации скорее вынужденно. Все пять последних лет Пекин не слишком активно проявлял солидарность с Москвой по критическим для нее вопросам. Но сейчас он сам подвергается очень сильному американскому давлению, и потому вынужден демонстрировать недовольство.
На мой взгляд, сотрудничество между Россией, Китаем и Ираном возможно, но чисто ситуативно. Все здесь, я считаю, зависит исключительно от американцев. Чем сильнее они давят на Иран и Китай, тем выше вероятность сближения участников «треугольника». А вот предсказать реакцию американцев, в том числе — на предстоящие учения в Индийском океане, я не берусь. Янки сегодня просто неадекватны.
Но в любом случае, я бы не стал говорить, что на Ближнем Востоке назревают стратегические перемены.