Конец гегемонии Запада: саммит G7 ознаменовал начало новой мировой эпохи

Кризис эпохи западного доминирования наступил и никто не ждал, что объявят о нем именно сейчас. Неожиданностью стало и то, что сделает это президент Франции Эммануэль Макрон, политик, претендующий на роль одного из лидеров западного мира, внезапно подвел черту под гегемонией этого мира, впервые открыто признав: время, когда страны Запада могли диктовать правила остальной планете, уходит прошлое. «Мы видим конец западной гегемонии в мире. Геополитические обстоятельства меняются. На международной арене происходит укрепление новых держав. Китай выдвинулся в первый ряд. Россия добивается большего успеха в своей стратегии. Партнерство с Россией необходимо нам для того, чтобы построить новую архитектуру доверия и безопасности в Европе. Отталкивание России от Европы было бы огромной стратегической ошибкой», - сказал французский лидер. Программное по сути заявление, сделанное на встрече с французскими послами, то есть фактически как руководство к внешнеполитическому действию, прозвучало тем громче, чем провальнее был саммит в Биаррице, состоявший из тех, кого принято считать квинтэссенцией Запада - «Большой семерки». Формальные итоги мероприятия уместились на одном клочке бумаги, да и там не было ничего конструктивного. Весь мир с гораздо большим вниманием следил за тем, кого в Биаррице погладил по спине Макрон, кого целовал президент США Дональд Трамп, а кто - Дональда Трампа, как на все это реагировала его жена Меланья, в порядке ли Меркель, какого цвета носки у премьер-министра Канады Трюдо, а также как часто он их меняет. Куда интереснее оказались итоги неформальные. О том, что без России дискуссия является неполной первым заявил Дональд Трамп. Если верить британской Guardian, на ужине G7 американский лидер и вовсе рассорился с коллегами. И предметом раздора стала Россия. Еще до визита во Францию Трамп говорил, что многие вопросы без Москвы решить невозможно и что он намерен выслать приглашение президенту РФ Владимиру Путину на саммит в следующем году, тем более что пройдет он в Штатах. К теме России американский лидер возвращался и в Биаррице снова и снова. «Много умных людей говорят, что Россия - это мощная держава. Лучше быть с ними в одной команде, а не по разные стороны. Некоторые из присутствующих на саммите так не считают. Мы не проводили голосования по этому вопросу, но это обсуждали. Я склонен сказать: "Да, они должны быть здесь"», - сказал Трам на саммите G7. Россия была в G8 до марта 2014 года. После переворота на Украине, поддержанного Западом, и воссоединения Крыма с РФ, западные страны заявили о прекращении своего участия в восьмерке и переходе к формату G7. Россию поставили перед фактом, и она этот факт спокойно приняла к сведению, давая понять, что и других форматов - например, того же БРИКС или «Большой двадцатки», ей более чем хватает. А что до «семерки» - она уже давно перестала диктовать правила большой игры. «”Семерку” обвиняют, и часто совершенно справедливо, что она является лишь инструментом западного неоколониализма, навязывания западных товаров, навязывания западных стандартов и прочих вещей», - считает политолог, программный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай» Олег Барабанов. Заявление Трампа и Макрона определенно свидетельствуют если не об отрезвлении Запада, то о явной смене парадигмы. Мир гораздо разнообразнее, чем кажется «семерке». Существуют, например, страны БРИКС и игнорировать их также иллюзорно, как иллюзорны санкции, о которых теперь если и вспоминают, то с сожалением: и не только в странах малых, вроде Греции, Словакии и Венгрии, но и в столпах Европы: Италии, Франции, Германии. По данным свежих немецких опросов, за постепенную отмену ограничений выступает уже треть населения Германии. А то, что своеобразным проводником нового мышления объясняется довольно легко: Британия озабочена Brexit и сама отдаляется от Евроатлантики, Германия слабеет вместе с Меркель, которая больше занята передачей власти будущему канцлеру, нежели международной повесткой. В Италии правительства меняются чаще, чем времена года. Говоря проще, обстановка в Европе располагает к французской активности. «Макрону, видимо, очень хочется самостоятельно оторваться в свободное плавание. Он пытается показать, что он хоть и молодой человек, но по своему опыту он приближается к признанным политикам, именно этим объясняется его стремление встретиться с Путиным и сделать сэлфи с ним», - уверен политолог, член научного совета при Совете безопасности Российской Федерации Андрей Манойло. Мнящему себя лидером новой Европы Макрону нужно и предложить что-то новое. По крайней мере, относительно того, что было в последние несколько лет. Новый подход и слом стереотипов - на примере той же «семерки». Не обсудив ни с кем, Макрон приглашает на саммит главу МИД Ирана - хотя Трамп, говорят, был в ярости, когда узнал. Макрон встал на защиту амазонских лесов, чем вызвал гнев бразильского лидера Жаира Болсонару. И, наконец, именно Макрон начал демонстративное сближение с Россией. В Национальном собрании Франции поднят вопрос о возобновлении военно-технического сотрудничества с Москвой, замороженного в 2015 по инициативе Парижа. Тогда был сорван контракт на поставку двух вертолетоносцев Мистраль. А незадолго до «семерки» Макрон приглашает Путина в уютный дом своей летней резиденции в форте Брегансон и заявляет журналистам, что верит в Европу от Лиссабона до Владивостока. По сути, Макрон признал то, о чем Москва и так всех предупреждала. Еще в своей Мюнхенской речи Владимир Путин жестко раскритиковал модель однополярного мира, отметив, что она не только неприемлема, но и невозможна. Теперь в этом убеждаются те, кто тогда лишь качали головами. Но вот факты: только вместе с Россией смогли заключить сделку с Ираном по ядерной программе, благодаря России остановили расползание боевиков в Сирии. И в конце концов это не Россия уничтожила ДРСМД, что поставило под угрозу Европу и сделала ее заложником внешнеполитических игр Вашингтона. «В интересах общего дела для ответственных политиков Запада лучше иметь Россию за одним столом, и поэтому, кстати, пришло осознание возвращения России в Парламентскую Ассамблею Совета Европы, и эту же логику использует Трамп применительно к “семерке” - “восьмерке”», - говорит политолог, программный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай» Олег Барабанов. Хотя самой России формат «семерки» уже не так и близок. В той же «двадцатке» комфортнее и уж точно не менее эффективно. Но предложение, если оно поступит, в Кремле рассмотреть готовы. В рабочем порядке. Так же, как и любые другие предложения.