Программный директор клуба «Валдай»Тимофей Бордачёв: «Приморье играет ключевую роль в рамках стратегии поворота России на Восток»

На пятом Восточном экономическом форуме пройдет сессия Международного дискуссионного клуба «Валдай». Как говорят эксперты, сейчас пришло время для промежуточной дискуссии с участием ведущих экспертов из азиатских государств — Китая, Южной Кореи, Японии, Сингапура, Малайзии, Вьетнама — с целью узнать и обсудить их мнение относительно успехов и неудач проекта «Поворот на Восток». На ней аналитики обсудят, как с азиатской точки зрения сотрудничество стран АТР может развиваться в дальнейшем. «Приморская газета» решила узнать у программного директора клуба «Валдай», директора по научной работе Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Тимофея Бордачёва, какое место в стратегии поворота занимает Приморье.

—  Тимофей Вячеславович, добрый день. АТР — это большой и активный регион с сильными странами-участниками. Скажите, как за пять лет изменилась расстановка сил?

— В действительности за последние пять лет, которые стали периодом поворота России к Востоку и укрепления взаимодействия с азиатскими странами, общая ситуация в этом регионе изменилась и, к сожалению, она изменилась не в лучшую сторону. Главным определяющим фактором международной ситуации в АТР стало разворачивающееся глобальное противостояние США и Китая. Физическим выражением этого противостояния является торговая война, которую США развязали против Китая при президенте Дональде Трампе, и, безусловно, ответные меры, которые со своей стороны предпринимает Китай.

Также далеко не все просто в отношениях между Кореей и Японией, Китаем и Японией. За эти годы, изменилась роль и восприятие Китая в азиатских делах. Пять лет назад от него ждали новых решений, которые могли повлиять на расклад сил в регионе.  Сейчас большинство предложенных  Китаем  инициатив  им же  и  реализуются. Азиатским  странам остается определить свое практическое отношение к ним. Другими словами, участвовать или не участвовать в тех масштабных проектах развития, которые Китай предлагает.

— Стала ли Россия чувствовать себя увереннее на этом поле?

Нельзя сказать, что за эти пять лет в АТР появились новые страны-лидеры. Общая расстановка сил скорее осталась прежней, и это для России достаточно выгодно. Мы по-прежнему можем фиксировать ситуацию, когда отношения каждой из азиатских стран с Россией лучше, чем отношения между собой или с другими азиатскими государствами. Безусловно, для России это очень важно, и такую ситуацию Россия должна сохранять. Хотя, конечно, здесь будут определенные трудности. В частности, недавние российско-китайские военные учения показали, что сотрудничество России и Китая в военно-политической отрасли может привести к тому, что на определенном этапе российские действия будут восприниматься как слишком прокитайские и способствующие китайскому усилению в данном регионе. Вместе с тем я бы не стал эту угрозу преувеличивать, потому что все азиатские государства, включая даже такого непростого партнера, как Япония, заинтересованы в сохранении России как независимого игрока, и даже если России будет немного склоняться в сторону Китая, все будут делать вид, что этого не происходит, для того чтобы сохранить Россию как некоего общего партнера, с которым можно вести дела вне зависимости от сложных отношений между Китаем и США. В частности, символом такой политики является участие премьер-министра Японии уже в четвертый раз в Восточном экономическом форуме, господин Абэ вновь станет участником пленарного заседания вместе с президентом России и другими региональными лидерами.

— Какова роль Приморья в сотрудничестве со странами АТР?

— В принципе, в рамках стратегии поворота России на Восток Приморье играет ключевую роль как транспортно-логистический, человеческий и экономический хаб, который будет служить связующим звеном между Россией и азиатскими рынками, азиатским образовательным и общечеловеческим пространством. Поэтому роль Приморья здесь совершенно уникальна.

Вместе с тем мы не должны забывать, что впереди большая работа, — очень много лет российское государство ей не занималось, а с момента начала ускоренного развития Дальнего Востока прошло всего ничего, и ожидать сейчас каких-то ярких результатов, особенно в общей международной экономической конъюнктуре, которая складывается вокруг российской внешней политики, достаточно сложно.

Вместе с тем, если мы выйдем на улицы Владивостока, увидим новые строящиеся дома, создающуюся инфраструктуру, мы поймем, что Владивосток по сути становиться третьей российской столицей, и роль Приморья как тихоокеанской столицы России, получает фактическое подтверждение.

— Поворот на Восток — каково положение дел сейчас?

— Мы никогда не должны забывать о том, что в словосочетании «поворот России на Восток» самое важное слово — это Россия. Этот поворот к Востоку осуществляется не для Востока, не для того чтобы делать какой-то выбор между Западом и Востоком, а для того чтобы развивать Россию, очень растянутую с запада на восток страну, находящуюся в огромном количество часовых поясов. Поворот на Восток нужен, чтобы развивать Россию более или менее равномерно. Это развитие невозможно без интеграции тихоокеанской России, Дальнего Востока и Приморья в азиатское экономическое и культурное пространство. Поэтому этот «поворот» – о нашем собственном развитии. Азиатские страны — это уникальный ресурс и возможность для этого развития. Именно в таком виде и нужно воспринимать всю философию и стратегию поворота России к Востоку.

Поворот России к Востоку идет по нарастающей, он ни в коем случае не испытывает стагнации. Хотя иногда хочется так подумать в ожидании более ярких результатов, но все-таки мы привыкли работать с европейскими рынками и европейским пространством, где все дела делаются гораздо быстрее. Мы должны понимать, что в разных регионах мира все происходит по-разному.

Вместе с тем я хотел бы подчеркнуть одну очень важную вещь — для России поворот к Востоку не является выбором между Востоком и Западом в пользу кого-либо. Для России важно развивать отношения с партнерами и на Западе, и на Востоке – там, где они к этому готовы и там, где у России есть экономический интерес. Я думаю, что Россия прошла стадию попыток «определить себя в чужой корзине» – либо в западной, либо в восточной. Россия сейчас по своему экономическому и политическому потенциалам, если хотите, по военному потенциалу достаточно велика и самодостаточна для того, чтобы понимать, что партнёры как на западе, так и на востоке – это ресурсы развития страны, но никак не маяк или полюс, к которым Россия должна прислониться.

— Какова роль ВЭФ в этом повороте?

— Восточный экономический форум является наиболее подходящей иллюстрацией динамики этого поворота. Он возник в 2015 году. Сейчас будет всего пятый форум. И давайте сравним масштабы, по которым этот форум растет каждый год. Сейчас для России ВЭФ — это самое масштабное внешнеэкономическое негосударственное мероприятие как по количеству участников, представляющих экономических игроков, экспертизу, так и в первую очередь по участию зарубежных гостей в пленарной сессии. Ни один экономический форум, включая такой продвинутый, как Петербургский международный экономический форум (ПМЭФ), не принимает одновременно пять глав государств и правительств в рамках одной пленарной сессии. Для ПМЭФ событием был приезд одного европейского крупного политического деятеля в последние годы. В то время как для ВЭФ участие нескольких президентов и премьер-министров – это нормальное явление. Вот, собственно, результаты поворота, вот индикатор российского участия и того, как Россию воспринимают в азиатских делах. Поэтому, с практической точки зрения предстоит сделать очень много.

— Неужели нам не поможет европейский опыт?

— Азиатские рынки очень непростые, в отличие от европейских они одновременно очень нуждаются в новых товарах и услугах, они очень емкие, но также и более консервативные в отношении внешнеэкономических партнеров. Также эти рынки уже существенно заняты конкурентами России из Австралии, США, Канады, Латинской Америки. Эти конкуренты пришли на азиатские рынки давно — с начала экономического прогресса в таких странах, как Япония и Корея, а затем с начала китайского экономического чуда. Так перед Россией стоит непростая, но перспективная задача занять свою нишу со своими товарами. В первую очередь, сельхозсектора, но также и других секторов. Но мы не должны забывать, что на азиатских рынках мы имеем дело с серьезными конкурентами, у которых есть то, чего пока не хватает России. То есть репутация. От России много ждут, к ней положительно относятся, но Россия пока еще не сформировала свою репутацию, а Азия — это в первую очередь репутация. Мы должны показывать своим партерам стабильность и готовность сотрудничать системно на протяжении нескольких лет, может быть, десятка лет, прежде чем нас начнут воспринимать как достойного уважения и стабильного партнера.