«Большая семерка» ничего не решает: зачем Трамп зовет Россию в G7 

«Самое интересное здесь — океан; он шумит даже в очень тихую погоду», — так русский писатель Антон Чехов рассказывал о своем пребывании на французском курорте Биарриц, где 26 августа завершился саммит «большой семерки»: США, Канады, Великобритании, Германии, Франции, Японии и Италии.

У европейских лидеров, приехавших на саммит, была возможность насладиться океаном. Президент Франции Эмманюэль Макрон совершил утреннюю пробежку, а канцлер Германии Ангела Меркель демонстрировала, что вполне оправилась от недомоганий, которые текущим летом были в центре внимания мировой прессы.

Однако найти консенсуса по большинству вопросов им так и не удалось. Саммит завершился без традиционного коммюнике и лишь «скромным консенсусом», подведя его итоги, назвало результат встречи издание The Washington Post.

Единственным реальным итогом стало решение G7 выделить €20 млн в качестве помощи в ликвидации пожаров в Амазонии. По словам Макрона, это бедствие «никого не должно оставлять равнодушным». «Амазония — это легкие планеты. Это драма для всего человечества, мы должны реагировать», — сказал французский лидер.

Правда, президент США Дональд Трамп, как пишут мировые СМИ, дискуссию о лесах Амазонии проигнорировал, и это казалось весьма символичным. Большинство подобных проблем связано с изменением климата, а одним из первых шагов Трампа на посту главы белого дома в июне 2017 года был выход из Парижского соглашения по климату.

Запомнилась и дискуссия о России, заданная Макроном и продолженная Трампом. Французский и американский президенты почти в унисон заявили, что Россия должна вновь участвовать во встречах этой организации, откуда ее исключили после референдума в Крыму в 2014 году.

Против подобного развития событий выступили Германия и Великобритания. Надо, правда, отметить, что и тут возражения лидеров этих стран не были столь радикальными, какими они были, например, буквально год назад, когда Трамп уже выдвигал подобное предложение.

«Большая семерка», а ранее с Россией — «восьмерка» — это не глобальная международная организация, и ее саммиты не решают глобальных проблем, а сам набор стран «семерки» вызывает немало вопросов. Так,

входящая в состав «семерки» Канада не является крупным внешнеполитическим игроком, состояние экономики Италии угрожает зоне евро, а вторая по мощи в мире страна — Китай не входит в состав «группы семи».

По мнению российской стороны, многие глобальные вопросы легче решаются в компании «большой двадцатки», а потом возвращение в формат «7+1» не является для Москвы самоцелью.

Однако, несмотря на то, что современные саммиты «большой семерки» все меньше напоминают судьбоносные мероприятия прошлых лет, желание видеть на них Россию есть определенный позитив. Это де-факто признание того, что Москва должна участвовать в решении мировых проблем совместно с другими крупными игроками. Говоря об этом, президент Франции называет Россию «европейской державой».

При этом в желании видеть РФ «среди своих» чувствуется определенный политический расчет, ведь вторая экономика мира — КНР — остается при этом в « политическом одиночестве».

Желание дать «пряник» Москве, показав «кнут» Китаю, — одна из главных целей политической повестки Дональда Трампа, который ведет с Пекином жесткую торговую войну.

Кроме Москвы, еще одним фактором прошедшего саммита стал Тегеран, а точнее — ситуация вокруг ядерной программы Ирана. Хозяин саммита — Макрон — фактически сделал ход конем, пригласив во Францию во время саммита главу МИД Ирана Мохаммада Джавада Зарифа. Его появление стало сюрпризом для Трампа, однако продемонстрировало независимую линию стран, которые поддерживают иранскую «ядерную сделку», несмотря на выход из нее США. Самого Трампа приезд Зарифа «застал врасплох», отмечает Reuters.

На пресс-конференции 26 августа Макрон дал понять, что приглашение Зарифа — часть дипломатических усилий по налаживанию прямого диалога между Ираном и США: «Президент Ирана Хасан Роухани должен встретиться с Трампом», — заявил Макрон. По его словам, эта встреча очень важна для урегулирования ситуации на Ближнем Востоке.

Приезд иранского министра «стал показателем того, что страны „большой семерки“ достигли прогресса по иранскому вопросу,

считает научный сотрудник Центра ближневосточных стратегических исследований в Тегеране, эксперт клуба „Валдай“ Абаса Аслани.

Однако в случае переговорного процесса странам Запада необходимо принять во внимание, что Тегеран „настроен очень пессимистично“. „Сам по себе переговорный процесс не удовлетворит Иран, ему нужны результаты, которые освободят его от санкций в нефтяном и банковском секторе“, — говорит эксперт „Газете.Ru“.

На итоговой пресс-конференции с французским президентом Трамп не дал однозначного вопроса на вопрос о возможности встречи. Он лишь похвалил иранский народ и заявил, что у Тегерана не должно быть ядерного оружия — в этом главная цель американских санкций. „Соединенные Штаты не ищут смены руководства в Иране, а просто стремятся к тому, чтобы страна не создавала ядерные ракеты“, — подчеркнул Трамп.

Следующий саммит G7 пройдет в США. Трамп уже определил для него место — принадлежащий ему Trump National Doral Miami Golf Resort. Американский президент заявил, что хотел бы видеть на этом курорте президента России Владимира Путина. При этом он отметил, что не „уверен, что он примет это приглашение“.

Приедет ли Путин на саммит в США, если такое предложение поступит, — сказать трудно, как и трудно сказать, в каком статусе будет принимать его сам Трамп, которого в 2020 году ждут президентские выборы. К моменту проведения саммита будет уже более ясно, каковы будут шансы нынешнего президента США вновь занять Белый дом.

Несмотря на определенный скепсис Москвы по отношению к формате „большой семерки“, пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков отметил, что даже в случае приглашения от нескольких стран-участниц, или от Трампа как хозяина следующей встречи, говорить о возвращении в G7/8 невозможно, поскольку все решения в этом формате принимаются на основе консенсуса.