Каждый человек на вес золота. Магнитогорские поисковые отряды «Рифей» и «Феникс» заступили на Вахту памяти

После вынужденного перерыва, они вновь будут искать останки защитников Родины, павших в боях подо Ржевом, сообщает сайт “МР-инфо”.

Незадолго перед отъездом командир поискового отряда «Феникс» МГТУ имени Г. И. Носова, кандидат исторических наук Артём Любецкий ответил на вопросы корреспондента «Магнитогорского рабочего».

– Артем, как Вы стали поисковиком?

– Когда я закончил исторический факультет Магнитогорского госуниверситета, к нам пришла Любовь Викторовна Щербина, командир поискового отряда «Рифей». Она рассказывала о поисковиках, об отряде, который образовался в 1988 году. И поинтересовалась, не хотят ли теоретики пощупать историю «живьем»? И предложила вот такой формат, такой вариант взаимодействия. Она взяла подготовку на себя. Это случилось в 2006 году. И в 2007 году мы поехали на первую вахту. В Ленинградскую область, на Синявинские высоты. И с этого началась моя история поисковика.

– В ноябре 2021 года отряду «Феникс» исполнится 15 лет. Сколько Вахт памяти на счету отряда и на Вашем счету?

– На счету отряда и моем  17 таких командировок.  Иногда получается выезжать два раза в год. Чаще всего это происходит в майские праздники. Мы уезжаем 25-го или 26-го апреля. И возвращаемся спустя две недели.  

– Чем руководствуетесь, когда выбираете место для следующей Вахты?

– Во-первых, это, конечно же место, где воевали бойцы, призванные из Челябинской области вообще и из Магнитогорска в частности. Ржев – это такое центральное направление в этом вопросе. И в 2018, и в 2019 году мы работали на местах боев 369 стрелковой дивизии. В ее составе были как раз призывники с Урала и Сибири. Могут нас пригласить в другое какое-то место уже местные поисковики, которые заинтересованы в развитии поискового движения. И мы соглашаемся часто.

– Какова методика поиска на месте?

– Методика всегда разная. Дело в том, что мы исходим из того, какая перед нами местность. Это может быть болото, лес, поле. Исходя из этого, принимаем решение, как вести поиск. В основном, используем глубинные щупы и большие лопаты. Есть металлоискатель. И при помощи этих инструментов мы пытаемся найти останки солдат. В «поле» выходим каждый день. Работа длится, если погода не мешает, с 10 утра и часов до 5-6 вечера. Конечно, с перерывом на отдых, на обед.

– В чем главная цель поиска?

– Это так называемый смертный медальон, который боец хранил при себе. Чаще всего это закручивавшиеся эбонитовые капсулы, в которые вкладывались две записки с указанием данных о бойце. Одну записку передавали в случае гибели в штаб полка, другую оставляли в капсуле при погибшем. Это самый главный, желанный для поисковиков предмет. Когда находим, стараемся прочесть вкладыши. Конечно, в идеальном состоянии их немного.

– В музее я видел вкладыши, на которых буквально ничего нет. Может так быть, что боец его не заполнял?

– Это может быть, но крайне редко. Потому что армия –  это строгий учет и порядок. И мне сами ветераны рассказывали, что командиры проверяли наличие медальона, и заполнение его в том числе. А спустя 60, 70 лет, когда мы поднимаем останки бойца, находим даже вкладыш, часто бывает, что эти надписи просто стираются со временем. Туда попадает влага. И поэтому на первый взгляд кажется, что медальон не заполнен. Но при нынешних цифровых технологиях поисковики достаточно успешно восстанавливают данные, считавшиеся утраченными.

– То есть теперь происходит этот процесс даже и с теми вкладышами, которые хранятся где-то? Вам сколько таких удалось восстановить?

– При помощи цифровых технологий один. Это было в 2018 году. Когда в поле не удалось прочесть этот медальон, потому что надписи были стерты, исчезли. И нам пришлось отсканировать его в большом разрешении. Я не большой специалист в этих технологических вопросах, поэтому призвал на помощь москвичей и других моих друзей-коллег из поисковых отрядов, и они совместными усилиями установили фамилию бойца. Им оказался Григорий Андриянович Сацук из г. Ужур Красноярского края. Мы нашли его семью, и передали родственникам останки и личные вещи. А 7-го сентября 2018 года на родине бойца состоялось торжественное захоронение.

– Вы лично сколько медальонов нашли?

– Это, прежде всего, коллективная работа. Потому что бывает такое, что мои ребята-поисковики приглашают меня, как более опытного человека. Помочь разобраться, поискать. Я подключаюсь и, конечно,  не считаю, что это я лично нашел. А вот когда  нащупал, начал раскопки вести, нашел медальон, таких случаев у меня лично было три.

– Информация была в сохранности?

– Были медальоны и без вкладыша. Просто пустые. Там то ли грязь была, то ли сгнивший уже вкладыш. И заполненные были. Но для меня дорог боец, которого я нашел лично подо Ржевом. Богданов Александр Николаевич был из Ленинграда, и когда мы узнали об этом, надежды на поиск родственников тут же и пропали практически. Конечно мы искали, спрашивали, но в итоге он был похоронен во Ржеве в братской могиле.

– Получается, что каждый раз добавляются фамилии на мемориальные плиты, которые там установлены?

– Да. Каждый год от 700 до 1200 человек. Это усилия всех поисковых отрядов. Из Питера, Москвы, из Челябинской области. Из них у порядка 55-70 человек удается найти медальоны и восстановить имя. Это очень низкий процент, нахождение самого медальона.

– Почему так происходит? Может, потому что медальоны были не обязательно из эбонита?

– Да, такие истории были, и с нами тоже случались. Часто случалось так, что солдат вместо стандартного медальона использовал подручный материал, назовем это так. Кто-то брал для этого гильзу от винтовки Мосина, кто-то от винтовки ППШ, и таким образом пытался себя как-то обозначить. Дело в том, что в ноябре 1942 года по приказу Верховного главнокомандующего эти смертные медальоны были отменены. Вместо них выдавалась красноармейская книжка. Она ничем не была защищена. И поэтому мы находим людей без документов. Бывают случаи, когда и письма сохраняются спустя 70 лет при убитом бойце, и какие-то квитанции, и красноармейские книжки. Но это исключение из правила.

– Сколько защитников Родины вернули из небытия отряды «Рифей» и «Феникс»?

– Точную цифру назвать трудно. Где-то тысячи полторы совместно мы подняли. То есть в 80-е годы понятно, что за одну вахту ребята поднимали и по 150 человек. За два последних года (2018 и 2019) мы 50 человек подняли в общей сложности. Эти цифры такие «скользкие». Не люблю я статистику в этом смысле. Каждый человек на вес золота. И каждый медальон тоже. Поэтому я не считаю, что чем больше отряд поднял, тем он значимее, круче. Надо работать по каждому случаю, по каждому солдату.

– Расскажите о своем отряде. Как Вы находите ребят, чем мотивируете?

– Поисковики «Феникса» – это студенты МГТУ. В отличие от нашего старшего брата – «Рифея». В его составе работают люди взрослые. Поскольку я преподаватель, то, конечно, со мной работают и учатся историки. Им долго объяснять ничего не надо. И как-то особо агитировать. Показываем фотографии, видео, рассказываем о поисковой деятельности. Одних увлекает романтика, других историческая правда. После своей первой вахты они рассказывают друзьям, что мы там делали, как работали. Это становится интересно товарищам. Потом эти мои студенты идут к первокурсникам, их тоже мотивируют, рассказывают завлекательно. И таким образом ряды поисковых солдат пополняются.

– В «Фениксе» только будущие историки?

– Чаще всего. Но есть и люди, связанные с информатикой, с филологией и т.д. То есть мы не отбрасываем никого. Было бы желание делать благое дело. И здоровье, конечно. Потому что условия в «поле» некомфортные, откровенно говоря. Ну а сегодняшняя молодежь, она крайне неохотно выезжает в те места, где нет интернета. Поэтому некоторых это пугает. Кстати говоря, по статистике большинство в нашем отряде это те студенты, которые либо родились в деревне, либо занимаются туризмом, спортом. Вот они трудностей не боятся.

– Как встречает поисковиков местное население?

– Одобряют, подбадривают нас. Однажды мы 9 мая возвращались с праздничной церемонии. В Ржеве это было. Наши ребята зашли в магазин купить мороженое, шоколад. И местный житель взял и просто купил за свои деньги упаковку газировки и отдал ребятам. Мы были не то чтобы счастливы, мы там не голодаем. Но как знак внимания, уважения, это дорого стоит.

– Артем, поздравляю Вас с окончанием вынужденного перерыва в поисках…

– Спасибо. На Вахту памяти едут вместе со мной восемь человек. Два представителя поискового отряда «Рифей» и шесть человек от студенческого отряда МГТУ. Отправляемся 25 апреля на поезде из Магнитогорска до Москвы. От столицы до Ржева добираемся на автобусе. 27 апреля приступаем к работе. Кроме самого поиска останков бойцов, в наши планы входит посещение Мемориала и братских могил во Ржеве, а также музея и нового памятника в честь Ржевской битвы. День Победы встретим там же. Домой вернемся 11 мая.  

СПРАВКА «МР»

Ржевская битва – боевые действия, проходившие во время Великой Отечественной войны в период с 8 января 1942 года по 31 марта 1943 года. Бои подо Ржевом были одними из самых ожесточенных, группы фронтов одну за одной проводили наступательные операции, потери с обеих сторон были катастрофическими. Ржевская битва, несмотря на название, не была сражением за сам город, главной ее задачей было уничтожить основные силы немецкой группировки на ржевско-вяземском плацдарме в 150 км от Москвы. Ржевская битва была одной из самых кровопролитных битв Великой Отечественной войны, но до сих пор нет единого ответа, сколько советских солдат полегло на ржевской земле. Источники указывают разные цифры: от 1 до 2 млн. человек.