В Краснодарском крае кассационная инстанция вернула дело «наркоторговца»

В Краснодарском крае кассационная инстанция вернула дело «наркоторговца»

Жительница станицы Ладожской рассказала «Живой Кубани» фантастическую историю о том, как ее муж Руслан Мирзоян оказался «в местах, не столь отдаленных». «Фантастическая» она, на наш взгляд, по уровню фальсификации доказательной базы. В этом случае Право, как говорится, нервно курит в сторонке. Но – по порядку… 

«А был ли мальчик?»

2 ноября 2017 года Руслан Мирзоян у себя дома якобы продал пакетик марихуаны некоему В. Арутюняну. Почти сразу же выяснилось, что это было не случайностью, а частью заранее спланированной операции, в анналах оперативно-розыскных мероприятий проходящей как «проверочная закупка». Позже защитник «наркоторговца» пояснил, что у сотрудников наркоконтроля не было подтверждений, что его подопечный занимается сбытом наркотиков - ни актов наблюдения, ни актов «прослушки», как того требуют Генпрокуратура и ведомственные акты. То есть не было оснований для проведения оперативно-розыскных мероприятий (ОРМ) под названием «проверочная закупка».  

Поэтому можно с большой долей уверенности предположить, что покупатель был – говоря по-простому – «подсадной уткой» (а официально – «засекреченный свидетель»). А саму операцию любой неискушенный человек (не юрист, не правоохранитель) назовет провокацией. 

Как рассказали «Живой Кубани» собственные источники, якобы существует видеозапись, где зафиксирован Арутюнян, подъезжающий к одному из домов на улице Вокзальной. Но в кадре нет ни самого дома, ни его номера, ни самой встречи, ни передачи наркотика, ни передачи денег за «товар». Кстати, и денег от продажи партии «наркоты» у Мирзояна тоже не обнаружили.

Есть аудиозапись этой «проверочной закупки». Сторона защиты обратила внимание суда, что при переносе записи с диктофона на диск был смонтирован по сути новый файл. Четырежды (!) защита просила провести фоноскопическую экспертизу, и каждый раз суд отказывал. 

В «операции» принимали участие так называемые «представители общественности» - это добровольные помощники полиции, обычно пенсионеры, которые являются не случайными свидетелями, а как бы «плановыми». Потому что заранее соглашаются поучаствовать вместе с правоохранителями в… засаде, например. В той операции один из двух представителей общественности в тот период сам находился под следствием за хранение марихуаны; второй, пенсионер, являлся постоянным участником подобных ОРМ и традиционно был «на стороне» правоохранителей. Но даже они саму «проверочную закупку» не видели, потому что «ждали у ж/д вокзала какого-то человека, он приехал, ему дали деньги, он куда-то уехал, потом вернулся с пакетиком. Куда и к кому ездил этот человек, они не знают» (что зафиксировано в Протоколе судебного заседания от 17.07.2019 г.).  

Шито белыми нитками

Наконец, о проводивших операцию сотрудниках наркоконтроля: А.Рыбас и Г.Щербина. Как рассказала супруга Руслана Мирзояна Надежда, много, на ее взгляд, неправды они сообщили в своих актах: о проведении ОРМ, о видеонаблюдении за домовладением Мирзояна и прочем. Любопытно, что во время этой «проверочной закупки» сотрудники наркоконтроля как будто бы клонировались: Рыбасов стало двое, а Щербин даже трое.

- По документам в одно и то же время они были одновременно в совершенно разных местах, - говорит Надежда.

Из документальных самая главная их нестыковка в том, что передача денег и наркотиков произошла не в домовладении, а на улице, и за этими событиями они якобы наблюдали совместно с представителями общественности. Выше мы упоминали, что именно «видели» представителей общественности. 

Но мало этого – согласно полицейским протоколам и актам, события происходили по адресу станица Ладожская, улица Вокзальная, 2 А. 

А администрация Ладожского сельского поселения (и служба картографии) утверждает, что такого домовладения просто нет в природе. 

Понятно, что полицейские, скорее всего, просто ошиблись при оформлении документов. С другой стороны, эта ошибка иллюстрирует небрежность при оформлении дела, как будто виновность «продавца» всем очевидна и не требует скрупулезной фиксации. Вся эта история переполнена странностями. 

- Например, детализация телефонных звонков «говорит», что наркополицейский Рыбас звонил «покупателю» Арутюняну как раз в то время, когда они оба должны были участвовать в «проверочной закупке». Семь (!) продолжительных по времени звонков, из чего ясно, что рядом, в одном месте они не были, - рассказывает Надежда Михайловна. 

Или – спустя время следователь О. Фролова составила протокол обыска в жилище Мирзояна. Хотя обыск она не проводила, а приехала на место, когда «оперативники» уже все «нашли» и сложили посреди гаража. С их слов и протокол составила, о чем откровенно и сообщила суду (протокол судебного заседания от 29.05.2019). 

Или - на экспертизу отдается больше «мирзояновского» наркотика, нежели его было сдано в камеру хранения Усть-Лабинского отдела полиции… 

Или – поддельные подписи Мирзояна в многочисленных официальных протоколах, что подтверждено актом специалиста - эксперта в области почерковедения… 

Можно было бы и дальше перечислять «белые нитки», которыми, по нашему мнению, сшито это дело. Но итог ясен и без того. 10 сентября 2019 года Усть-Лабинским районным судом Руслан Мирзоян был приговорен к 12 годам лишения свободы с отбыванием в колонии строгого режима. 

Беспристрастность – главный принцип правосудия

Пора определить позицию «Живой Кубани» по этому делу. Разумеется, точку в нем поставит справедливый суд. Мы не вправе вмешиваться или влиять на его решения. Но стоим на том, что вину надо доказывать, а не придумывать… 

8 июня 2020 года определением апелляционной инстанции приговор суда первой инстанции оставлен без изменения. Судьи Краснодарского краевого суда почему-то отказали защитникам и обвиняемому в исследовании материалов дела.

Но 2 декабря 2020 года открылся «свет в конце тоннеля»: Четвертый кассационный суд общей юрисдикции отменил Р. Мирзояну обвинительный приговор, поскольку судом был нарушен главный принцип правосудия: беспристрастность. Дело направлено в Усть-Лабинск на новое рассмотрение. В определении сказано, что при новом разбирательстве должны быть проверены все доводы защиты.  

Собственно, обращение в нашу редакцию общественного защитника объясняется неверием, что суд первой инстанции исполнит-таки определение кассации и исследует все обстоятельства, в том числе доводы обвиняемого и защиты; а аргументы обвинения, собранные с нарушением закона, признает недопустимыми. 

Когда жена обвиняемого Надежда рассказала историю о том, как ее муж оказался за решеткой, мы поинтересовались: есть ли у нее предположение почему?  

- Еще в 2017 году какой-то сотрудник полиции предложил мужу продать коммерческую недвижимость, - вспоминает Надежда Михайловна. - У нас в центре Ладожской, около рынка есть почти 18 «соток» земли с тремя недостроенными зданиями. Цену предложил смешную: миллион рублей. Муж отказался и услышал: «Не хочешь по-хорошему, отдашь по-плохому!..»