Политическое восхождение и криминальный сериал
«Мой сахарный»
Кадровая политика губернатора Кубани частенько вызывает чувства самые разнообразные. От легкого изумления до неподдельного ужаса. Примеров тому масса.
Но, наверное, самым характерным из свежих можно считать назначение нового руководителя Усть-Лабинского района.
Здесь как раз уровень оценки данного решения – полный мрак и не понимание как такое решение в принципе могло состояться.
После того, как губернатор сильно раскритиковал предыдущего главу района – Николая Артющенко за построенный не по правилам новехонький детский сад, за детей-сирот, которым дали квартиры в «домах для зэков» (что, понятно, полная чушь, в которую способен поверить исключительно политик масштаба Кондратьева) и проваленный пол второго этажа районного загса (но при этом загс так и стоит сейчас неотремонтированный).
И на основании всего подмеченного отправил Артющенко в отставку, и, окинув взором лучших представителей из своего калиброванного кадрового резерва, назначил верховодить в районе нового талантливейшего управленца.
19 февраля 2019-го исполняющим обязанности стал Алексей Алексеевич Гедзь.
По традиции, те, кто заинтересован в том, чтобы Кондратьев обратил внимание на их персоны, достав трубы и литавры, спели невероятный по своей одухотворенности гимн губернаторской кадровой мудрости, где в припеве отражался так же и мощный позитив проистекающий от нового назначенца.
Путь-то какой прошел Алексей Алексеевич Гедзь.
- Родился же совсем безвестным человеком в 1961-м.
- Потом уверенно зашагал от инженера-механика на мясоптицефабрике до гендиректора сахарного завода «Свобода».
- Затем перешел в структуру Россельхознадзора, в 2013-2016 годах – заместитель руководителя управления ведомства по Краснодарскому краю и Адыгее.
- В 2017 году назначен заместителем министра сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности Краснодарского края.
Предпосылки у него все есть! Алексей Гедзь еще в том возрасте, когда его энергии еще на много лет хватит. Очень грамотный человек».
Развернутая биография губеранторского обожанца. Ну, то есть, обожаемого выдвиженца, не дает ни одного повода для восторга.
Потому что биография А. А. Гедзя может лечь в основу увлекательного криминального сериала.
Поэтому, чтобы не утомлять, расскажем содержание всего лишь одной серии.
Называется: «Мой сахарный».
Речь в ней о том немалом периоде жизни А. А. Гедзя, который почему-то сегодня во всех его официальных биографиях обозначают одной строкой: «Работал директором сахарного завода «Свобода»
Вот чем бы жителей Усть-Лабинска могло заинтересовать скромное предприятие ООО «Донметалл», которое без претензий ведет свою деятельность с 2004-го (ну, как без претензий – просто нулевое движение по счетам) в городе Каменск-Шахтинском Ростовской области?
Да ничем. Кроме, разве что, руководителя данного юрлица. Рюмшин Владимир Иванович. Для Алексея Алексеевича Гедзя он, как тень отца Гамлета.
При его «блестящем» настоящем, обо всем, что связано с Рюмшиным Алексей Алексеевич точно постарался бы забыть навсегда.
Ведь у видного политика не может быть в биографии темных «пятнышек». А уже тем более огромного темного «пятнища». Которое Алексей Алексеевич лично посадил на свою замечательную биографию, в конце «тревожных девяностых».
Для начала цитата из статьи «Судьба инвестора в России, которая была опубликована в газете «Коммерсантъ» №33 от 04.03.1999.
Глава о взаимоотношениях Гедзя и Рюмшина была озаглавлена вполне в стиле 90-х: «Тюрьма как инструмент конкурентной борьбы».
«Почти невероятная история случилась недавно с одним ростовчанином. Генеральный директор ООО «Гефест-сахар» (компании, импортирующей с 1991 года сахар-сырец) Владимир Рюмшин в прошлом году решил заняться производством и вложил в акции и производство трех сахарных заводов в Краснодарском крае около $4 млн.
Но ему не повезло. Зато он понял, легко ли быть инвестором в Краснодарском крае.
✔️ Для начала ему не удалось зарегистрировать покупку почти 75% акций крупнейшего в крае усть-лабинского завода «Свобода», хотя деньги были уплачены работникам-акционерам.
✔️ После того как директору завода не удалось получить под контроль блокирующий пакет акций, он объявил инвестору настоящую войну.
✔️ Работников-акционеров вынудили вторично продать их акции (подано более 30 жалоб на действия директора в прокуратуру) учрежденной директором фирме «Сафра».
✔️ Под угрозой увольнения работники были вынуждены идти на мошенничество.
✔️ Потом началось силовое давление.
По заявлению директора против Рюмшина было возбуждено дело о мошенничестве (уже закрыто). Самому Рюмшину снова грозит тюремное заключение.
Следователи заявили в присутствии адвокатов что цель следователей - сам Рюмшин».
Но это уже конец той истории. С которой, собственно, и стартовало восхождение А. А. Гедзя к вершинам кубанской политики.
А началось все за год до всей этой сфабрикованной уголовщины.
Краснодарский край, Усть-Лабинский «Сахарный завод «Свобода»
В те времена Рюмшин - оборотистый предприниматель, основой капитала которого были многочисленные взятые в банках кредиты.
Импорт сахара, немалый автопарк. Когда он решил, что продавать чужой сахар менее выгоднее, чем свой, родилась идея покупки трех кубанских производств.
В сферу интересов попал и Усть-Лабинск.
Деловой Рюмшин предложил деловому Гедзю «выгодный» вариант выкупа акций у заводских акционеров. На тот момент общее их количество, была слегка за миллион.
И работники, проработавшие на производстве не один год, имели, понятно, не одну. У многих на руках было 1000 и более заводских акций. Что, в общем-то, позволило «партнерам» - Гедзю и Рюмшину сформировать «выгодное» предложение.
При этом сам Алексей Алексеевич оставался как бы «в тени» намеченной процедуры. Он даже на месяц ушел в отпуск , чтобы уж вообще «быть ни при чем».
Рюмшин тоже особо на заводе не нарисовывался. Все формальности по переоформлению акций были поручены честному юристу (назовем этого исполнителя, скажем, Максим).
Определенная компаньонами цена одной акции составляла… от 3 до 10 рублей. Честный юрист Максим использовал аргументы типа: «Продавайте, зато столько всего нужного купите».
В итоге, продавшие за три рубля свои пару тысяч акций работяги, к примеру, обзавелись престижными на тот момент «Жигулями».
Немалое число работников прекрасно поняли, что задумывается обычное мошенничество.
Практически сразу была образована инициативная группа, которая начала борьбу за свой завод.
Первым делом была рассчитана реальная стоимость акций. За основу взяли стоимость оборудования, наличие средств на заводских счетах, стоимость сахара на складах.
Получалось, что каждая акция должна была стоить минимум 150 рублей.
То есть «партнеры» с помощью честного юриста Максима «кидали» рабочих, занизив стоимость в 50! раз.
Инициативная группа инженерно-технических работников начала работу по разъяснению. Да где там.
В итоге Рюмшин и Гедзь скупили акции, реальная стоимость которых составляла более 1 миллиона долларов.
Гедзь на тот момент был полноправным участником всей этой выкупной процедуры. Откуда он брал деньги, в общем-то, особым секретом не являлось.
Помимо «удачного участия» в федеральной программе «Сахар», у Алексей Алексеевича был и личный «свечной заводик».
Точнее, особо не учтенное, никем не проверяемое производство. Речь о линии по выпуску кускового сахара-рафинада. Это на тот момент была полная «неучтенка».
Которая кормила не только Гедзя, но и «неподкупную» в 90-х часть усть-лабинской милиции, которая организовала охрану и прикрытие этого производства.
Почувствовав, что от задуманной схемы можно получить куда большие деньги, чем было предусмотрено первоначальным договором, Гедзь решил «кинуть» (популярное в 90-х слово) своего партнера Рюмшина.
Ну, если быть более точным, избавиться от «партнера» он собирался с самого начала. Поскольку изначально собственных средств на такую «прихватизацию» у Алексея Алексеевича в полном объеме не было, то просто грешно было бы не воспользоваться деньгами чужими, то есть деньгами Рюмшина.
К тому же все имиджевые потери, при такой схеме можно было бы списать на самого «подлеца Рюмшина».
Для того, чтобы в удобный момент можно было легко развернуть ситуацию в свою сторону Гедзь на первом же этапе «работы» просто… купил кристально честного юриста Максима.
Который изначально оформлял расписки от работников с незаметными для непрофессионалов нарушениями требований закона.
Начавшиеся серьезные «разборки» между Гедзем и Рюмшиным, понятно, не могли не беспокоить работников «Свободы». Многие начали понимать, что у них просто крадут завод.
Жители Усть-Лабинска помнят начавшийся тогда общезаводской протест. Люди выставляли пикеты у завода, митинги шумели и в Краснодаре у здания администрации края.
Гедзь подключил к этой войне своих приятелей из правоохранительных органов. За теми, кто протестовал установили «плотный» контроль. Слушались телефоны, следили за машинами, перемещениями.
В том момент работники приняли решение о переизбрании совета директоров. Сотни работников передали своим представителям заверенные бюллетени для голосования.
А эти 30 доверенных лиц выехали в… город Шахты. До этого городка в Ростовской области путь не близкий. Но по крайней мере, можно было бы провести встречу без больничных последствий.
А то, что они были бы, вытекало из угроз, поступавших, в том числе, и от Алексея Алексеевича, где самым щадящим вариантом была перспектива увольнения.
Алексей Алексеевич, надо отметить, это человек, который обладает хорошей памятью. Поэтому, когда в таких разговорах он безошибочно называл и имена детей своих «протестных» сотрудников, многим становилось не по себе.
Тем не менее, тайно выехавшие в Шахты люди новый состав совета директоров избрали.
Ага, сейчас. Не на того они попали.
У Алесей Алексеевича, был свой козырь в рукаве. Это 25 процентов акций, - блокирующий пакет, который он, заявив, что он один из самых величественных патриотов Кубани, передал в распоряжение… администрации Краснодарского края.
То есть, борьба за «Свободу» моментально превратилась за борьбу за мнение тогдашнего главы края – Николая Игнатьевича Кондратенко.
Батька Кондрат был человеком искренним и о его привязанностях, и о его «врагах» все прекрасно знали.
✔️ Гедзь спел песню о том, что «залетные» хотят злобно хапнуть исконно кубанское.
✔️ Рюмшин доложил, что готов спокойно стать кубанским патриотом о зарегистрировать юрлицо, то есть, свое предприятие «Гефест» в Усть-Лабинске.
В итоге Кондратенко вынес общее решение: «Надо разобраться с вашим делами. А то, погляжу, там много всяких муток».
И тут Гедзь принял в общем-то определяющее решение. Он взял в союзники тогдашнюю районную власть. А власть это же и газеты, и телевидение, и милиция, и прокуратура.
«Что вы себе позволяете»,- начала кричать на протестующих тогдашняя власть по тогдашнему телевидению. Правоохранительным органам было поручено проводить тотальный контроль.
А Гедзь, в то время уже имел на руках документы, подготовленные «по другому честным» юристом Максимом о неправильности оформления покупки акций.
Ситуация сложилась самая благоприятная. Работники деньги за акции получили? Получили. То есть, они уже не их? Нет, не их. Покупка оформлена неверно? Да, неверно.
То есть, с юридической точки зрения Рюмшин не может быть владельцем этих акций? Нет, не может.
Получается, что акции как бы ничьи? Ну да. «Ну, тогда раз они никому не нужны, может быть я их возьму», - рассудил Гедзь.
Чтобы Рюмшин не мог помешать реализации этой простой мошеннической схемы, его и «закрыли» на месяц в СИЗО. По вполне профессионально сварганенному уполномоченными делу.
Владельцем акций фактически стал Алексей Алексеевич Гедзь.
Первым делом он сократил всех протестующих. Мало того, взял за правило следить за дальнейшей судьбой своих бывших сотрудников: перегораживая им любую возможность устроиться в районе на другую работу.
По сути, Гедзь стал тем человеком, который и начал массовый уезд горожан из Усть-Лабинска.
И хотя после передела, еще как-то по инерции борьба какое-то время продолжалась. К примеру, попытались «показать» моральный облик Алексей Алексеевича приводя вполне определенные факты.
Мол, не такой уж он и верный семьянин. Но кто в те годы, на это вообще внимание обращал.
Кстати, до сих пор о моральном облике директора ходят разговоры…
Чуть позже Алексей Алексеевич смог с немалым финансовым плюсом реализовать «свой» завод выгодному для него покупателю – компании «Русагро».
Полученный капитал стал основой для его политического восхождения.
А политика – это уже другие возможности, другие деньги, новые связи и шикарные перспективы.
А вы спрашиваете, почему про всю работу Алексея Алексеевича на заводе «Свобода» в его биографии одна строка. Потому что вторая была бы насыщена, если бы правоохранители сработали в конце 90-х так как положено по закону очень яркой уголовщиной.
***
✔️ Во время приема на работу на определяющие краевые должности губернатору всегда кладут на стол «объективочку» для ознакомления с особенностями биографий соискателей.
Причем в ней описаны абсолютно все стороны – и позитивные и резко негативные. Исключений из этого правила нет.
100-процентная просвечивающая, «рентгеновская» информация о каждом.
Вот интересно, какие-такие заслуги в подобнойсхеме прокрученной Гедзем, увидел Вениамин Иванович?
Ведь плюс у такого выдающегося кадра, по сути один: он будет сидеть на таком крючке, что только попробуй рыпнись. Зато исполнять любого рода предписания такой кадр будет беспрекословно. Что Вениамин Иванович конечно же ценит.
«Алексей 3 процента»?
(© «Новая Газета Кубани»)
Негативный шлейф прошлого и о главы Усть-Лабинского района в администрации Краснодарского края либо не знают, либо предпочитают не замечать…