Немец удивился, когда узнал зачем русские покупают Porsche Cayenne
Как-то раз один мой хороший товарищ решил пополнить свой автопарк очередной приличной машиной. Приличной машиной в его понимании было не что иное, как Porsche Cayenne. Дело было в 2008 году. Поехал он в Германию, где встретился со своим знакомым, уроженцем Мюнхена, Оливером. И вот, сидят они в кафе, на террасе с видом на улицу, плотно уставленную припаркованными автомобилями, и немец пытается отговорить Гену от покупки желанного автомобиля. Аргументировал Оливер тем, что «Кайенн» не подходит приличному человеку, что это машина для жлобов и тому подобное. Спор продолжается. Гена приводит свои доводы, немец свои. Постепенно их внимание привлекает молодая блондинка за соседним столиком: красивая, в изящном коротком платье с вырезом, она потягивала коктейль, закинув ногу на ногу. Внезапно возле террасы проезжает Cayenne, возвращая собеседников к спору о покупке машины. В течение еще, наверное, минут двадцати злополучный автомобиль четыре раза проезжал мимо кафе, постепенно раздражая Оливера и, напротив, убеждая Гену в покупке. Наконец, возле входа освободилось место и водитель Porsche припарковался. Немец моментально прокомментировал это словами, что хозяин внедорожника типичный скупец, которому обязательно надо покрасоваться своей машиной перед другими, поставив ее перед рестораном. Из автомобиля вышел седеющий бюргер, к которому моментально в объятия бросилась та самая дамочка, которую герои приметили ранее. Такой «козырь» моментально разбил все доводы Оливера, и спор о покупке «Кайенна» был окончен. Через полгода немец приехал в гости к Гене в Москву. Подъезжая к дому своего русского знакомого, Оливер долго разглядывал машины, припаркованные во дворе элитного жилого комплекса. После чего сказал: «Да, Гена, теперь я понимаю, зачем тебе был так нужен Cayenne… Чтобы не выделяться».
Андрей Зубов, Москва
Моя семья никогда не отличалась чутким вниманием друг к другу. Муж вечно думает о работе, а 15‑летняя дочь, как и ее сверстники, не вылезает из смартфона, планшета или ноутбука. Как-то раз мы отправились в путешествие на автомобиле по центральной части России. Дорога долгая, муж за рулем, дочь увлечена гаджетами, а я сплю сзади. Проснулась на одной из заправочных станций. Пока муж заливал топливо, я пошла в уборную. Надо признать, что пунктуальностью и чувством времени я не отличаюсь. И нередко утомляю этим своего благоверного. Но каково было мое удивление, когда спустя 20 минут я вышла на улицу и не обнаружила ни своей семьи, ни машины! Вначале я решила, что это розыгрыш. Однако, обойдя АЗС со всех сторон, поняла, что меня бросили. В поисках телефона давай шерстить сумочку. Вспоминаю, что оставила его заряжаться в машине. Тут у меня уже началась реальная паника. Я одна, ночью на какой-то неизвестной заправке, а из персонала только кассир, который как назло куда-то испарился, когда я отдала ему ключи от туалета. От безысходности я просто села на землю и заплакала. Не знаю, сколько я так просидела, но объявился кассир, который тут же ринулся меня утешать и предложил мне свой телефон. Ох, сколько же мата я тогда выплеснула из себя, дозвонившись до «внимательного» супруга. Оказалось, что он, заправив автомобиль, как ни в чем не бывало поехал дальше, находясь в полной уверенности, что я сплю, и проехал около 70 километров до моего звонка. А дочь… А что дочь? Она была так увлечена перепиской с кем-то, что не обратила бы внимания и на аварию, наверное. С того момента мы стали внимательнее относится друг к другу.
Ольга Зарубина, Дмитров
Дело было дождливым апрельским днем. Рано утром, так рано, что до рассвета было еще несколько часов, мы с друзьями выдвинулись с базы отдыха на точку для охоты. Все, включая старого егеря, загрузились в мой старенький Mitsubishi Pajero Pinin и отправились в путь. Тьма кромешная, дождь льет как из ведра, едем по указаниям егеря, которые он сопровождал фразами: «Ничего, проедем, я тут на «Оке» проезжал». Каждое следующее препятствие вызывало у меня все больше подозрений, справится ли с ними машина. Но старик подбадривающе восклицал про свою «Оку», и мы ехали. Если она проезжала, то уж мой «Пинин» точно справится. Следуя указаниям проводника, мы проехали ручей, горку, речку, мягкую поляну и большую лужу. Наконец, добравшись до места, выгрузились и начали охотиться. К обеду настало время возвращаться обратно. И тут меня охватил ужас: все, что несколько часов назад едва освещали тусклые фары моего внедорожника, я увидел при свете дня. Речка и ручей были настоящими реками метров по пятьдесят шириной. Мягкая поляна оказалась болотом. Большая лужа — разлившимся из-за дождей озером в низине. Горка — горой. А дорога была глиняная и с глубокой колеей, оставленной «Уралами». Я чуть не поседел, когда мы добрались до базы. Когда встретился в лагере с егерем, задал ему всего один вопрос: «Ты когда, зараза, на своей «Оке» там ездил?» «Этак где-то в декабре, когда морозы стояли», — ответил, как ни в чем не бывало старик.
Игорь Юрьев, Усть-Илимск