Таёжная «перезагрузка». Минлес Иркутской области меняет принцип работы?

Полиция Иркутской области в начале 2020-го заявила, что за два последних года количество незаконных рубок в лесах региона сократилось на 60%. Однако это не означает, что чёрные лесорубы готовы полностью сложить пилы и топоры.

Как говорят в областной прокуратуре, преступность, которая орудует в тайге, трансформируется. Если лет десять назад «чёрным» лесом промышляли безработные граждане, которые хотели добыть лишнюю копейку, то теперь - целые организованные преступные группировки, вовлекающие в свой бизнес даже высокопоставленных чиновников и зарабатывающие миллионы. Так что уголовные дела, которые возбуждают из-за незаконных рубок, становятся всё более громкими.

«Деревья жучок поел»

«В последние годы мы столкнулись с тем, что желающие промышлять незаконными порубками леса уходят в такие преступные схемы, которые мы называем «серыми». Преступники получают документы для видимого легального оборота леса: фальсифицируют документы о заболеваниях деревьев, уничтожают их под видом санитарных рубок и строительства дорог. В 2019 году у нас в регионе работала бригада Рослесхоза, которая составила большой акт - 300 листов, где все эти схемы описаны: как вели заготовку леса там, где законных оснований для этого не было», - рассказал зампрокурора Иркутской области Роман Шергин.

Конечно, самое громкое уголовное дело, связанное с лесом, - «Туколонь». Как считают следователи, в этом заказнике в Казачинско-Ленском районе как раз и применили такую «серую» схему: уничтожили реликтовые деревья под видом санитарных рубок. Одним из обвиняемых стал бывший министр лесного комплекса региона Сергей Шеверда, он арестован до 9 марта.

Прокурор Приангарья Александр Воронин 22 января рассказал новые подробности этого уголовного дела. Он сообщил, что деревья, которые вырубили в «Туколони», продали в Китай по цене древесины первой категории. Также глава надзорного ведомства уточнил, что чиновники заявляли, мол, лес в заказнике надо было вырубать, потому что его «поел жучок», однако в официальных документах о причинах рубок стояли другие основания.

Тем временем Дмитрий Петренёв, который исполняет обязанности главы минлеса Приангарья сейчас, заявил, что министерство перестраивает свою работу, в том числе через суд останавливает рубки в природных заказниках.

«Они велись по десяти договорам и привели к уничтожению 5,5 млн кубометров защитных лесов на площади более 23 тыс. га, ущерб государству от такой деятельности, по данным Рослесхоза, составил 44 млрд руб.», - уточнил и.о. министра.

Бизнес на саженцах

Чиновники обещают подготовить к 1 марта обновлённую концепцию развития лесохозяйственного комплекса Иркутской области, акцент они собираются сделать на восстановлении лесов после пожаров и рубок. Сейчас с этим есть проблемы: бизнесмены, работающие в тайге, говорят, что и рады бы возвращать к жизни деляны, но вот возможностей для этого нет. Не хватает саженцев.

«Моё предприятие работает в Усть-Илимском районе. Поскольку саженцев, выращенных в местном грунте, у нас нет, мы покупаем их в других районах области. В итоге приживаемость - порядка 10%. Знаем, что через год-два они всё равно погибнут - почвы такие, но других вариантов у нас нет, ведь арендаторы должны заниматься восстановлением леса по закону. Формально, да, мы исполняем эту обязанность, но, если через пять-десять лет проверить участки, которые сейчас засаживаются, они будут лысыми», - рассказал один из предпринимателей.

Чиновники заверяют, что намерены решать эту проблему - привлекать в строительство питомников, развитие семеноводства и выращивание саженцев как государственные, так и частные инвестиции. Также к этой работе планируют подключать лесхозы, которые сегодня сами, как и тайга, нуждаются в «выздоровлении». По мнению региональных властей, выращивание саженцев - бизнес прибыльный, а значит, сможет помочь подзаработать и лесхозам.

Комментарий

Руководитель Федерального агентства лесного хозяйства Сергей Аноприенко выступал на совещании в Братске 27 января:

«Сохранение и воспроизводство тайги - часть национального проекта «Экология». Для Иркутской области эта тема особенно важная.

В Приангарье по плану показатель соотношения выбывших и восстановленных лесов составлял 60,4%. В итоге в регионе вышли на уровень более 75%. К 2024 году в Иркутской области должно быть достигнуто 100-процентное соотношение воспроизводства тайги к вырубке и гибели деревьев. Такая цель обозначена в региональном проекте «Сохранение лесов».

Кстати

По информации начальника Иркутской таможни Юрия Русакова, в прошлом году из Иркутской области за рубеж экспортировали 10,6 млн «кубов» леса, в том числе 2,2 млн кубометров «кругляка», остальное – пиломатериалы.

«В прошлом году мы выявили 36 преступлений, связанных с экспортом леса, 19 из них касаются нарушений валютного законодательства. Для Иркутских экспортёров в 2019 году невозврат денег из-за границы составил 3,7 млрд руб.», - отметил Юрий Русаков, добавив, что 15 уголовных дел было возбуждено по статье «Контрабанда». Все они связаны с незаконной заготовкой древесины. Три таких дела возбудили уже в 2020 году.