Наталья Ветер: «Собственникам дорогих участков земли не интересно видеть на них парк или лес»

Вопросы экологии никогда не уходят с информационной повестки регионов. Сбросы сточных вод, присвоение береговых участков рек, незаконные стройки на особо охраняемых территориях – прецедентов нарушения законодательства в этой области хватает. И Воронежская область здесь не исключение. Руководитель регионального департамента природных ресурсов и экологии Наталья Ветер рассказала о мусорной реформе, последствиях некачественной работы подрядчиков, а также о том, тяжело ли было выйти на разговор с сотнями протестующих в конфликте вокруг Северного леса. - Вы пришли в департамент из городского управления экологии, до этого занимались вопросами охраны окружающей среды как общественный деятель. Трудно было перестроиться? - Трудно, конечно. В общественной организации было в какой-то мере больше возможностей и не было ограничений, в разумном смысле, конечно. Когда ты приходишь на должность чиновника, таких ограничений масса. Даже из простых, казалось бы, ситуаций иногда бывает сложно выйти. Поэтому важно найти «золотую середину» в рамках общения и инициатив. - Что оказалось самым сложным в работе главного эколога Воронежской области? - Сложностей здесь не мало, это высокая зона ответственности, и объем работы соответствующий. Некоторые направления, которыми приходится заниматься сейчас, в регионе внедрялись впервые. Например, реализация мусорной реформы. На сегодняшний день, кстати, губернатором было принято решение передать полномочия в части политики по отходам в департамент ЖКХ региона. Они и до этого занимались организацией деятельности региональных операторов по обращению с отходами, принимали участие в формировании территориальной схемы. - Как оцениваете эффективность территориальной схемы? - Если честно, она не очень велика, потому что не все моменты были изначально учтены. Огромное количество нюансов есть в части транспортировки отходов, много нерешенных вопросов осталось при формировании схемы потоков отходов, направлении их на объекты обращения с отходами. Потому что какие-то отходы относятся к коммунальным, какие-то не относятся. Чтобы это направление развивать эффективно, необходимо сконцентрировать их в одних руках. Все операторы ТКО, которые работают на территории региона, были отобраны в рамках конкурсных процедур департаментом ЖКХ и все сведения о них были именно там. По факту мы в этом не учувствовали на таком уровне, чтобы профессионально решать те или иные вопросы. Всю имеющуюся информацию мы уже передали в департамент ЖКХ Воронежской области, но, тем не менее, эту тему не оставляем и стараемся в ней активно принимать участие. - Воронежская область участвует в нацпроекте «Экология»? - Конечно, непосредственно со старта. Ведется работа и в части сохранения лесов, и в части уникальных водных объектов. Есть еще проект «Чистая страна» - в его рамках проходит ликвидация двух несанкционированных свалок. Одна свалка - в Воронеже на улице Землячки, вторая - в Эртиле. В этом году стартует мероприятие по выбору подрядчиков для их ликвидации. Ведется работа по расчистке водоемов: на реке Икорец, а также Осередь в Павловском районе. А вот с расчисткой этой же реки в Бутурлиновском районе ситуация сложная. Мы пять раз объявляли торги эти процедуры, но никто не заявился, и для этого было много предпосылок, мы их понимаем. При этом подняли половину страны «на уши», обращались в Федеральное агентство водных ресурсов, чтобы они предоставили перечень потенциальных подрядчиков. Но уже и сами подрядчики «наелись» контрольными и надзорными процедурами, потому что там очень жесткие условия исполнения контрактов. А река, вы сами понимаете, живой организм, который требует индивидуального подхода. - По реке Икорец, кстати, прошла информация, что возбуждено уголовное дело… - Смотрите какая ситуация. Мы не можем в полной мере оценивать качество работ подрядчика, у нас нет таких узких специалистов в департаменте, они и не предусмотрены законодательно. Поэтому уже много лет мы привлекаем таких специалистов. При приемке работ на реке Икорец у нас не было серьезных претензий к подрядчику. Но впоследствии Росприроднадзор в рамках проверки привлек специализированную организацию, которая в том числе с использованием подводных дронов, проверила качество работ и на момент проведения проверки выявила несоответствие проектным решениям. Но говорить о том, что там произошла какая-то экологическая катастрофа я бы не стала. Об уголовном деле знаю только от СМИ, у нас не было ни запросов, ни изъятия документов. Подрядчик в курсе претензий, но исправлять работу не спешит, он просто исчез, а мы были вынуждены обратиться в суд. - В прошлом году был скандал в Липецкой области с несанкционированным сбросом сточных вод в реку Усмань. Что думаете об этом? - Что тут о Липецке рассуждать, у нас и своих примеров хватает. Стоит проехать по региону и посмотреть то количество сточных вод, которое сбрасывается в реки. Если везде брать пробы на анализ, прецедентов аналогичных липецкому будет много. Почему именно к этому случаю такое внимание, потому что нарушения были обнаружены на территории заповедника. Кроме того, река Усмань у нас считается водоемом областного значения. Кстати, на берегу Усмани по урезу воды до центра русла реки были поделены участки и оформлены в собственность разными лицами. Это уже кощунство. Любая местность, прилегающая к устью реки, является лакомым куском для того или иного лица. Мы всеми силами и всеми возможностями, с привлечением суда изъяли эти участки. Я считаю это наша региональная победа. - А в каких-нибудь еще федеральных или межрегиональных проектах участвует? - Конечно. Сейчас мы в рамках реализации мероприятия «Защита от негативного воздействия вод» за счет средств субвенции федерального бюджета проводим работы по расчистке реки Подгорная в поселке Заброды Калачеевского района. Проект направлен на предотвращение затопления населенных пунктов. В следующем году планируем уже завершить работы. - В прошлом году был скандал в Липецкой области с несанкционированным сбросом сточных вод в реку Усмань. Что думаете об этом? - Проблемы с выдачей путевок и разрешений на охоту были всегда, потому что ресурсы у нас ограниченные, а количество желающих огромное. Более 60 тыс. охотников на территории региона, только представьте. С «лисьим скандалом» мы все, конечно урегулировали, пригласили представителей инициативной группы, обсудили все. Сейчас они входят в состав экспертного совета по охоте, который будет помогать нам в решении вот таких острых вопросов. От инициативной группы, кстати, поступали предложения по отстрелу безнадзорных животных, но я считаю, что, если мы идем по пути гуманного отношения к животным, такое решение вопроса недопустимо. - Больной вопрос для всех воронежцев – очистные сооружения. Как сегодня обстоят дела с ними? - Честно говоря эта проблема уже не такая огромная как раньше, хотя все еще остается. Не так давно в центральной части города можно было ощущать этот ужасный запах. И когда он не проходил днями – вот тогда уже начали бить тревогу. Поверьте, везде, где есть очистные сооружения, существуют проблемы. Департамент ЖКХ прорабатывает масштабную программу, участвует в федеральном проекте по реконструкции очистных сооружений. Они у нас пока не модернизированные. Тем не менее вместе с департаментом ЖКХ работу ведем. - В конце лета 2020 года произошел скандал с Северным лесом. Вы были единственным чиновником, который не побоялся приехать и встать перед несколькими сотнями протестующих. Чем закончилась эта история и закончилась ли вообще? - Нет, она не закончилась. Конечно мы с нетерпением ждем решения по генплану города, потому что от этого зависит, что будет с участками Северного леса. Там же огромное множество собственников. Территория эта уникальна, ей был дан статус особо охраняемой при наличии такого количества собственников. Там, где есть частные собственники, у нас полномочия ограничены. Поэтому мы были честны в разговоре с протестующими. Когда в рамках конкурсных и аукционных процедур нашелся исполнитель, неким образом связанный с собственниками земельных участков, он, вместо того, чтобы вырубить деревья с метками, поставленными экспертами лесотехнического университета, начал рубить все подряд, готовить себе некую площадку. Здоровых деревьев вследствие этого деяния там практически не осталось. То чувство безнаказанности, которое присутствует у этих лиц, оно приводит к катастрофам, социальным взрывам. Поэтому именно по поручению губернатора и под его контролем у нас реализуется проект «Благоустройство Северного леса». Получено заключение экспертизы, подписано соглашение об обмене участков с собственниками, за исключением одного – его пока найти не могут. - Теперь ждете утверждения генплана Воронежа? - Да. Есть уже конкретные участки для обмена, которые предложены каждому владельцу земли. Это, конечно, не самая лучшая территория, тем не менее, других вариантов, к сожалению, не нашлось. Собственникам, которые приобретают дорогие участки, не интересно видеть на своей площади парк или лес. Но с владельцами земли в Северном лесу удалось договориться. Теперь должен быть утвержден генплан, но по нему много вопросов. Огромное количество замечаний отправляли от нашего департамента. Они были устранены, может не в том объеме, в котором нам хотелось бы видеть, но, тем не менее, документ отредактировали. И сейчас генплан не согласовывает Рослесхоз, все находятся в ожидании решения этого вопроса со стороны мэрии. - У нас в Воронеже есть пример реконструкции парка Дельфин, его можно признать положительным? - Тут можно провести параллель между сегодняшним парком Дельфин и парком Танаис. Его тоже передавали в свое время инвестору. Территория великолепная, для меня он очень дорог и близок, но во что его превратили в 90е году и 2000-е, это ужас. Может быть тот концессионер, который пришел в Дельфин, своим опытом и своим участием может продемонстрировать качественное исполнение своих обязательств. А чтобы реконструировать Танаис нужны баснословные деньги. Такие территории обязаны содержаться в идеальном состоянии, потому что выводить их из упадка очень дорого. - Департамент много лет организует проект «Воронеж - город сад». С каждым годом он становится все масштабней. Уже готовитесь к 2023 году? - Конечно мы готовимся. Конечно мы готовимся, определяемся с тематикой. В этом году мы попытались изменить локацию, но больше этого делать не будем. Потому что территория для посетителей оказалась необычной и непривычной, мы хотели расширить площадь и разделить экспозиции, но воронежцы этого не оценили. Но в целом все неплохо прошло в этом году. А в следующем будем ориентироваться на ситуацию. Если честно, не до праздников сейчас. Конечно не хочется отходить от традиций, но в определенные моменты мы должны этим поступиться. Будем собирать бойцам, участвующим в СВО, индивидуальные подарки - это все инициатива правительства. Вот это важнее сейчас, на мой взгляд. - Затронули тему СВО, буквально несколько слов от Вас тем ребятам, кто находится на передовой. - Я искренне верю в силу воли и в силу духа, в то мужество, присущее русским людям. Это наша особенность, которой мы все гордимся. Я искренне желаю всем нашим ребятам возвращения домой здоровыми и с победой. Мы в них верим и всецело их поддерживаем. Автор: Александр Баймурзаев Фото: Правительство Воронежской области