Рустам Батров: «1100-летие принятия ислама как арена для битвы смыслов»
«Битва при логотипах» между ДУМ РФ и ДУМ РТ актуализирует важнейшие страницы истории отечественного ислама
Эпохальный юбилей, к сожалению, все больше превращается в повод для раздора и склок, констатирует известный мусульманский и общественный деятель Рустам Батров, наблюдая за спорами вокруг лидирующей роли в праздновании 1100-летия принятия ислама Волжской Булгарией, где схлестнулись с одной стороны Равиль Гайнутдин и его ДУМ РФ, а с другой — духовные и светские власти Татарстана. Предлагая всем заинтересованным силам сохранять общий командный дух, автор «БИЗНЕС Online» находит в дискуссиях и очевидное рациональное зерно.
Решение, принятое на уровне главы государства, — результат командной и многолетней работы
Эпохальный юбилей отечественного ислама, к сожалению, все больше превращается в повод для раздора и склок. Глава ДУМ РФ Равиль Гайнутдин, в ответ на обращение которого президент России Владимир Путин принял решение о праздновании на государственном уровне 1100-летия принятия ислама Волжской Булгарией, почти не скрывает раздражения и обиды от того, что не он сегодня находится в центре всеобщего внимания и что празднование юбилея стало праздником всех, а не его личным бенефисом. Как следствие, в адрес Татарстана и ДУМ РТ с Выползова переулка, где располагается главная московская мечеть, льется нескончаемый поток упреков, придирок и всевозможных обвинений.
Вообще, складывается впечатление, что духовный лидер ДУМ РФ не желает или не может понять элементарную вещь: историческое решение, которое было принято на уровне главы государства, — это результат командной и многолетней работы. Все началось с муфтия Талгата Таджуддина, инициировавшего в конце 80-х на болгарской земле проведение всенародных жиенов. Люди откликнулись на его призыв и стали каждый год массово приезжать в Болгар в день принятия ислама волжскими булгарами. Народное движение подхватила республиканская власть. Для приезжающих из всех уголков страны людей в болгарском городище была выстроена необходимая инфраструктура, а само городище обрело федеральное (через проект Болгарской исламской академии) и даже мировое (через его внесение в список всемирного наследия ЮНЕСКО) измерение. Лидерами Татарстана проделана просто колоссальная работа, с которой был хорошо знаком и Путин, кстати, по приглашению госсоветника РТ Минтимера Шаймиева и президента республики Рустама Минниханова посещавший болгарскую святыню.
Поэтому обращение Гайнутдина к главе государства по поводу празднования 1100-летия принятия ислама не просто легло на подготовленную почву, оно вообще стало возможным именно потому, что Равиль хазрат прекрасно осознавал, что стоит на плечах титанов, с которыми Путин старается считаться. Впрочем, не стоит умалять и заслуги самого главы ДУМ РФ: все-таки из всех исламских деятелей страны именно он поднял перед президентом РФ соответствующую тему, на которую, к слову, Минниханов еще раньше обращал внимание общественности, причем дважды, в своих ежегодных посланиях. Получилась действительно командная работа: каждый внес свой вклад в общий результат. Поэтому, конечно, грустно наблюдать, что сейчас не все находят в себе силы и мудрость сохранять командный дух и совершенно недальновидно и по-детски стремятся перетянуть одеяло на себя, тем самым провоцируя остальных на ответные действия.
Впрочем, любой конфликт ценен тем, что обнажает скрытые проблемы. Раздрай по поводу 1100-летия не стал исключением. Как оказалось, в ДУМ РФ убеждены, что московский муфтият и Татарстан «вкладывают в саму дату 1100-летия разные смыслы и нарративы, по-разному определяют свою целевую аудиторию и цель этого общественного высказывания».
Московский логотип содержит в себе комичный казус
Одна из претензий ДУМ РФ к республике касается принятого логотипа юбилея. «Ярким примером наших разночтений, — считают в московском муфтияте, — являются логотипы, разработанные к 1100-летию ДУМ РФ и татарстанским муфтиятом. Наша символика отсылает к теме Волжской Булгарии как цивилизации городов и учености, активной международной и экономической деятельности, государственнического подхода в делах ислама. Логотип ДУМ РТ выстроен вокруг нарратива Казани как центра коранопечатания».
Чем именно последний не угодил исламскому руководству на Выползовом переулке? «Логотип, представленный 12 января в Казани, — считают там, — резко сужает смысловую нагрузку 1100-летнего юбилея не то что до пределов Республики Татарстан, а даже до города Казани в пределах улиц Тукая и Каюма Насыри. Простые люди при первом взгляде на этот символический знак видят не сложное символическое наполнение, а силуэт, извините, надгробного камня. Это никак не может считаться символикой торжества, убежденной самопрезентации и активного социального действия 25-миллионной уммы. Это самопрезентация довольно малочисленной прослойки ортодоксального духовенства». «Он прекрасно подошел бы, — считают также в Москве, — в качестве логотипа книжной серии, центра по изучению рукописей, мусульманского издательства, научно-исследовательского центра или богословского кружка. Но в контексте празднования 1100-летия главный его изъян — абсолютное непонимание и даже отрицание всего комплекса вызовов, с которыми сталкивается российское мусульманство да и вся Россия в отношении ислама и мусульман».
Логотип, разработанный ДУМ РФ, как мне представляется, действительно намного привлекательнее того, что сделали в Татарстане. Чисто эстетически. Но вот что удивительно: в логотипе ДУМ РФ также никак не отражены те смыслы, за отсутствие которых оно упрекает ДУМ РТ. Так, в логотипе московского муфтията вместо «надгробного камня» (в действительности силуэта памятника трем сахабам, которые, по преданию, принесли ислам на волжские земли) мы видим образ здания. Что интересно: это не одна из российских мечетей, на «катастрофический дефицит» которых жалуются в ДУМ РФ, а помещение, которое было построено в Болгаре над большим печатным Кораном. В чем здесь, собственно, выражен общероссийский масштаб, на который так рьяно претендует ДУМ РФ? Как здесь показаны современные вызовы, стоящие перед российскими мусульманами? В чем выражено «активное социальное действие 25-миллионной уммы»? Совершенно непонятно.
Более того, московский логотип содержит в себе комичный казус: здание, о котором идет речь, — новодел. Другими словами, оно априори не может служит символом тысячелетней истории отечественного ислама. К тому же это здание, как было отмечено, построено для сохранения Корана. А значит, и логотип ДУМ РФ, как ни крути, также выстроен вокруг нарратива коранопечатания. Как говорится, и смех и грех.
И все же критика со стороны московских мусульман содержит в себе рациональное зерно.
Как бы там ни было, полемика между ДУМ РФ и ДУМ РТ крайне важна
В последние время в Татарстане активно поднимается на знамена тема казанского издания Корана. Именно на эту составляющую татарстанского логотипа («нарратив Казани как центра коранопечатания») и указали с упреком в ДУМ РФ. Недовольство московского муфтията вызвано тем, что история «Казан басма» начинается не в Казани, а в Санкт-Петербурге, где в Азиатской типографии, до того как ее перевезли в наш город, успели напечатать несколько изданий Священной книги мусульман.
В ДУМ РТ об этих изданиях, конечно же, помнят и в ответ на обвинения в незнании истории сделали несколько заявлений, что речь идет о Казани как о «городе первого печатного Корана в мусульманском мире». ДУМ РТ отмечает, что петербургские издания Корана содержали множество ошибок, не соответствовали общепринятым стандартам «ар-Расм аль-Усмани» (канонического свода Писания, составленного при халифе Усмане) и не получили признания в мусульманском мире, поэтому их и не стоит брать в расчет. Позиция ДУМ РТ согласуется с научно-богословскими исследованиями. Так, шейх Ганим Каддури Хамд из Ирака, написавший отдельную книгу об истории «Казан басма», констатирует, что первое казанское издание Корана соответствовало «ар-Расм аль-Усмани» и стало первым напечатанным «мусхафом» во всем мусульманском мире. Впрочем, не будем углубляться в данную полемику: нас сейчас интересует не столько фактология, сколько глобальные «политические» смыслы.
Итак, в контексте интересов уммы с чего мы должны вести отсчет «Казан басма»: от первых казанских изданий, как предлагает ДУМ РТ, или от петербургских, как настаивает ДУМ РФ?
Подход ДУМ РТ педалирует тему казанского издания Корана по той простой причине, что оно является, как известно, историческим брендом татарского народа. В этом плане решение о раскрутке данного бренда — совершенно верное. Оно выгодно татарам со многих точек зрения. ДУМ РТ поступает абсолютно правильно, что берет в работу данную тему. Однако нюанс заключается в том, что подобный взгляд на вещи существенно сужает потенциал данного бренда, обедняет транслируемый им смысл. На это и пытается обратить внимание (пусть и в несколько некорректной форме) ДУМ РФ.
О чем идет речь? Когда мы до широкой общественности доносим мысль о том, что в Санкт-Петербурге по указу Екатерины II и за государственный «кошт» был издан первый мусульманский Коран (который, к слову, готовил мусульманин — мулла Усман), то данный факт заставляет по-другому смотреть на природу российского государства. Получается, Россия даже в те времена была не только православной страной, но и государством, которое уже тогда заботилось о мусульманах и их интересах. При этом в ту эпоху ни одна страна (в том числе и мусульманского мира) не могла похвастать тем, что печатает Священную книгу ислама. Это сверхценные страницы нашей отечественной истории, которые важно помнить, ибо они содержат в себе крайне важные посылы. И вот этот фундаментальный смысл просто отсекается выпячиванием лишь казанского периода российского коранопечатания. Таким образом, подход ДУМ РТ вымещает ислам из общероссийского дискурса на окраину российской действительности, делает его частью периферийного нарратива.
Мотив ДУМ РТ понятен: оно не желает делать точкой отсчета Коран, напечатанный не по канону и с ошибками, и при этом стремится возвысить Казань и Татарстан в целом. Это благоразумно. Но в то же самое время получается, что татарстанский муфтият опускает грандиозную историю российского коранопечатания до провинциального сюжета, невольно подыгрывая тем современным исламофобским силам, которые хотят локализовать ислам исключительно в «мусульманских» регионах страны и максимально стереть его присутствие в тех областях, где ему якобы не место. В этой части с критикой ДУМ РФ можно согласиться, и потому отсчет начала истории казанского (российского) Корана мусульманам лучше вести все же от петербургских изданий.
На полях заметим, что тезис ДУМ РТ о Казани как о городе первого печатного Корана в мусульманском мире спорен еще и потому, что современная столица РТ в те времена не была частью мусульманского мира. Это был типично русско-православный город, на окраине которого находилась Татарская слобода, куда Иван Грозный поселил своих татарских соратников, которые вместе с ним пришли уничтожать столицу исламского ханства.
Как бы там ни было, полемика между ДУМ РФ и ДУМ РТ крайне важна. Она полезна хотя бы потому, что напоминает нам о важнейших страницах истории отечественного ислама, актуализирует данную тему в сознании как татар, так и в целом россиян. И нужно обоим муфтиятам отдать должное: они активно выражают свою позицию, в то время как многие их коллеги по цеху просто спят непробудным сном.