Медицина по-прежнему больна, но ей помогут
Автор: Дмитрий Киселёв
Председатель правительства Михаил Мишустин провел совещание по улучшению помощи онкобольным. Тема – острая, особенно когда речь идет о больных детях, нуждающихся в иностранных и дорогостоящих препаратах.
"Никакие экономические выгоды производителей не сравнятся с тем, как быстро ребенок может почувствовать себя лучше и насколько успешно он преодолеет болезнь. А для этого прежде всего нужны качественные препараты. История болезни всегда индивидуальна. Есть ситуации, когда комплексное использование препаратов, включая зарубежные, дает лучшие результаты, позволяет сократить количество побочных явлений и в конце концов ведет к тому, что пациент быстрее выздоравливает. В этих случаях в приоритете, мы все понимаем, должна быть не страна происхождения лекарства, а эффект для пациента, особенно если пациент — маленький ребенок", — отметил Мишустин.
Важные новости сообщила Татьяна Голикова. Среди прочего:
- будут сняты ограничения на закупку иностранных препаратов, если эффективных отечественных аналогов нет;
- качество дженериков на российском рынке по сравнению с оригинальными препаратами проверят;
- врач сможет назначать эффективные лекарства, а не лишь те, которые есть в аптеке.
Кроме того, обсуждали и тему медицинского образования. Его структура вызывает большие дискуссии.
Автор: Елена Ерофеева
Он оперирует азартно и легко, подчинив искусственный интеллект человеческому разуму. Дмитрий Пушкарь виртуозно исполняет хирургическую кантату, растворяясь в точности каждой ноты.
"Эта технология сегодня уже является рутинной. Она для нашей страны пока самая современная. Во всем мире это уже операция простая", — говорит Дмитрий Пушкарь, академик РАН, главный уролог Минздрава РФ, заведующий кафедрой урологии МГМСУ.
Академик управляет роботом, профессор ассистирует. Разложив эту партию на четверых, за 46 минут они удаляют рак простаты. Студенты Медуниверситета завороженно наблюдают. Когда Пушкарь отрывается от консоли, их внимание — на пределе. Они ловят каждое слово. Хирург увлеченно рассказывает. Он всегда готов делиться опытом с коллегами, особенно с начинающими.
"Мы не можем допустить серость в медицину, потому что российского врача всегда отличало образование, умение подойти к пациенту, сочувствие, плюс хирургические навыки", — отметил Пушкарь.
О подготовке кадров наболело. И разговор уже давно назрел.
"Слабая мотивация и сложная учеба в мединституте, и сложная учеба на выходе, и еще предстоящая учеба постдипломная — без мотивации. И низкая мотивация многих педагогов. Поэтому эту систему надо настраивать, налаживать, и все в наших силах. Мы очень талантливые", — уверен Андрей Карин, академик РАН, главный онколог Минздрава РФ, гендиректор НМИЦ радиологии.
Из лучших выпускников медицинских вузов академик Каприн выбирает самых лучших. Мы приезжаем к нему в Обнинск. Здесь, в Национальном медицинском центре, — последние достижения науки и техники в борьбе с раком.
Поставить правильно диагноз — это первый шаг в лечении онкобольных. На пациента лечащий врач смотрит глазами морфолога. Он распознает клетки опухоли, ее природу. В регионах такие лаборатории тоже есть, но за консультацией нередко обращаются в Обнинский радиологический центр. Для этого скан взятого образца опухоли отправляют специалистам центра. Без уточненного диагноза к лечению не приступают.
Но морфологи сегодня — в дефиците. Из редких — профессии смежные. Например, медицинский физик, без которого невозможна брахитерапия, когда на опухоль воздействуют изотопами иридия. И рентгенохирурги — тоже специальность редкая.
Врачу по рентгенэндоваскуляным диагностике и лечению Федору Трифонову — 29. Он читает лекции, ездит по российским онкоцентрам с консультациями, оперирует. Он вырос как доктор в стенах Обнинского центра радиологии.
В этом году на ординатуру Национального медицинского центра выделили всего 16 бюджетных мест. Претендентов было 360.
"У нас была возможность выбрать из ординаторов ребят с языком — я имею в виду с иностранным языком, начитанных, с хорошим дипломом, с хорошим уровнем. А главное — с желанием. Но все равно, я хочу ваше внимание обратить, что всего 16 бюджетных мест. Мы, кстати, расширили прием. Такие были хорошие ребята, что мы их взяли к себе учиться за свои деньги", — рассказал Андрей Каприн.
Бюджетных мест должно быть больше. Такую задачу поставил президент, обращаясь с Посланием к Федеральному Собранию. Это даст шанс талантливым студентам расти в профессии. У тех, кто платит, мотивации нет: они не учатся — дипломы покупают.
"Изменение произойдет в количестве мест дополнительных примерно на 4,5 тысячи, и новация, которая будет также введена, — это 70% мест на целевой прием на лечебное дело и 75% на педиатрические факультеты", — заявил министр здравоохранения РФ Михаил Мурашко.
В Воронежский медицинский институт Юля поступала по целевому набору. После ординатуры вернется в Новую Усмань врачевать. "Кто, если не я? Я — доктор. У меня есть огонек врачебный. Если я хочу что-то делать, я буду это делать от всей души. Единственное — очень страшно, что ты не сможешь помочь чем-то человеку, но бояться нельзя в этой профессии, потому что в твоих руках жизнь человека", — признается девушка.
В медицинский трудно поступить — самый высокий балл среди вузов. Еще труднее учиться. Шесть лет бессонных ночей и зубрежки — такое выдержит не каждый. Потом – ординатура: два года. И первый пациент, когда профессор уже не стоит за спиной.
"Через шесть лет этот мальчик или эта девочка становятся врачами. Можем мы доверить своих родителей или себя самих врачу 24 лет? Конечно, нет", — сказал Дмитрий Пушкарь.
В Соединенных Штатах на подготовку врача уходят от 12 до 18 лет, в Англии — не меньше 10. В России уже через 6 лет можно лечить пациентов. Но работать по специальности идут далеко не все.
Говорящая статистика: в прошлом году из 36 тысяч выпускников только каждый шестой пришел работать в госклинику. Остальные "растворились" по частным. Каждый четвертый из профессии ушел. По всей стране открыты профильные классы.
На занятиях по сестринскому делу их учат ставить уколы и правильно пеленать. Усиленный курс химии, биологии, анатомии. Примерив в школе медицинский халат, они могут понять, снять его или остаться в белом.
Отец Егора Чудинова – кардиохирург: 30 лет практики. Он сыну объясняет: если нет призвания, это не про медицину.
"Если у тебя есть пациент, который поправился вопреки ожиданиям, то ты — Бог. Если ты потерял по оплошности пациента, то ты – червь", — отметил Георгий Чудинов, доктор медицинских наук, кардиохирург, заместитель главного врача БСМП Таганрога.
Егор собирается поступать в Санкт-Петербургскую Военно-медицинскую академию. В прошлом — императорская, сегодня — под Министерством обороны. С армейской выправкой и строгой дисциплиной. Здесь готовят военных врачей. Проходной балл ЕГЭ не меньше двухсот. Но важнее госэкзамена обязательное психологическое тестирование: абитуриенты отвечают на тысячу вопросов. Такая система помогла бы и в гражданских медицинских вузах отсеивать профнепригодных.
"У гражданского врача велика вероятность, что рядом стоит какой-то профессор, который всегда придет на помощь и скажет, что надо делать. А военных врачей подготавливают, особенно военных хирургов, именно к самостоятельности", — пояснил Владислав Малышев, курсант академии.
Сегодня конкурс в академию – огромный: 10 человек на место для юношей и почти 30 для девушек. На кафедре авиационной и космической хирургии погружаемся в виртуальную реальность сверхзвукового самолета Су-34. За штурвалом — курсант-пилот, за компьютером — курсант-медик. Летчик не должен уйти в эйфорию. Когда пилот предается иллюзиям, он начинает совершать ошибки. В таком состоянии его жизнь сокращается до 178 секунд.
"Миссия авиационного врача заключается в подготовке летчика к выполнению полетов, чтобы во время боевой работы у него не было никаких сбоев", — сказал Андрей Благинин, завкафедрой авиационной и космической медицины Военно-медицинской академии имени С. М. Кирова.
При академии создана современная клиника — практическая база для подготовки будущих врачей. Но программу обучения надо пересматривать, убежден генерал-майор Александр Фисун, начальник академии, член-корреспондент РАН. И увеличить часы по специальным дисциплинам.
"Есть общероссийский стандарт, этих часов маловато: военно-полевая хирургия, военная травматология и ортопедия, вопросы военной токсикологии. Этого недостаточно", — уверен Фисун.
Здесь расположена уникальная старинная библиотека. Среди редких фолиантов — медицинская карта императорской семьи. История болезни Петра Первого. Заграничные доктора Альбин, Бруннер и Брейн заочно ставят Петру ипохондрию, цынгу, изнурение тела и застой крови.
"Они предписывали ему бросить свою неупорядоченную жизнь. В том числе и правление государством ему не рекомендовалось, потому что у него огромное количество различных болезней было. Он очень сердился на своих врачей и практически не следовала их указаниям", — рассказали сотрудники библиотеки.
После реформ Петра Первого русских врачей начинают готовить в Москве и Петербурге. Сначала это госпитальные школы. В середине XVIII века медицинский факультет открывается при МГУ. До революции докторов готовят непрофильные вузы. Медицинские факультеты существуют при университетах: Казанском, Харьковском, Киевском. Сегодня все чаще задумываются о возвращении к той практике, ведь это позволяет готовить специалистов смежных с медициной профессий.
Изменились требования и к медицинским сестрам. Лечить только душой уже недостаточно.
"Это не просто уже формат человека, который записывает что-то за врачом, это участие в лечении пациента", — подчеркнул Михаил Мурашко.
Новый симулятор "Игорь" студенты вяземского медицинского колледжа оживляют впервые. Они привыкли работать с манекеном 1990 года. Напичканный проводами, он уже давно не подает признаков жизни. Здесь много таких раритетов: списанный аппарат для наркоза, старенький кувез как наглядное пособие: Смотреть можно, трогать нельзя.
Еще 30 лет назад в вяземском медучилище тренировались на таких фантомах новорожденных. Это теперь его показывают как пример недоношенного ребенка, а тогда учились пеленать. А что еще с ним делать? Для взвешивания слишком легкий, для уколов слишком мягкий. Сегодня к услугам студентов – новый младенец-тренажер: ему можно и промывание желудка сделать, и поставить катетер.
Светлана Мыринова тоже закончила это училище. 30 лет уже преподает. "Я думаю, что с образованием как таковой проблемы нет. Возможно, если только дефицит кадров преподавателей. Молодые на эту работу уже не очень хотят идти по многим причинам. В том числе зарплата. Я боюсь говорить вам эту цифру, потому что это шоковое состояние. Практически минимальный прожиточный уровень – 15-20 тысяч", — рассказала Мыринова.
Из 130 выпускников прошлого года только половина пошла работать по специальности. Хотя в смоленских больницах — большой дефицит на средний медперсонал.
"Родители не одобряют мой выбор. Профессия не очень прибыльная. Ответственность очень высокая. Причем уголовная ответственность. Любая ошибка может привести к тому, что ты можешь сесть", — сказал один из студентов вяземского медколледжа.
Они умеют делать уколы и ставить клизмы. Заполнять медицинские карты и ухаживать за больными. С такой базой они выйдут из медицинского колледжа.
Сегодня огромные деньги выделяют из бюджета на модернизацию здравоохранения. Но медицина по-прежнему больна, ведь прорыв совершают люди, а не техника.