Пилот виновен всегда, или как расследуют авиакатастрофы в России

Почти год назад в мае 2019 года в Шереметьево загорелся самолет «Сухой Cуперджет», который выполнял рейс Москва — Мурманск. Это случилось после удара молнии и аварийного приземления. В результате пожара погиб 41 человек, не успевших выбраться из горящего самолета. За свободу и доброе имя командира корабля Дениса Евдокимова, которого «назначили» главным виновником катастрофы, вступилась в своем блоге его жена Оксана. Ее первый пост «Новые Известия» опубликовали неделю назад, а сегодня пришел черед продолжения частного расследования Оксаны. Оксана Евдокимова, жена летчика В настоящее время следственные действия по результатам катастрофы полностью закончены и дело передано суд. За этот период я столько узнала об обратной стороне авиации, что считаю своим гражданским долгом поделится со всеми, так как мы все летаем на самолетах, а дальше каждый сможет самостоятельно оценить эту информацию и сделать собственные выводы. В гражданской авиации для определения причин катастрофы расследованием занимается Межгосударственный авиационный комитет (МАК), который по законодательству не должен определять вину. Это дело правоохранительных органов. Следственный комитет РФ (СКР), в соответствии с законодательством должен провести свое независимое расследование с целью определения виновности лиц причастных к катастрофе. Далее прокуратура РФ проверяет правильность и законность проведенного следствия и, если нет нарушений, передает дело в суд. И только суд определяет виновного и степень наказания. В этой простой последовательности слишком много темных пятен, которые, как оказывается, напрямую влияют на безопасность полетов. Вот об этой темной стороне расследований и хочу рассказать. В соответствии с действующим законодательством к причинам катастроф относятся действия, бездействие, обстоятельства и условия или их сочетание проводящие к инциденту или авиационному происшествию (катастрофе). На сайте МАК указывается: «МАК призван служить достижению целей безопасного и упорядоченного развития гражданской авиации». Красиво звучит, но неубедительно. Что в мы имеем? Судя по его отчетам, всегда виноваты пилоты, а обстоятельства и условия, которые являются такими же причинами катастроф наравне с действиями или бездействием, остаются не выявленными и не устраненными из авиационно-транспортной системы и как бомба замедленного действия ждут очередной жертвы. МАК никогда не отвечает на вопрос, почему действия пилотов были такими, так как ответ на этот вопрос лежит в области обстоятельств и условий, которые являются системными, но кто позволит себе тронуть системные проблемы, ведь у нас не может быть плохо. МАК занимается расследованием катастроф тех самолетов, которые сам же сертифицировал, а это уже само по себе является конфликтом интересов и системной проблемой. Только 2015 году сертификацию самолетов от МАК передали в Росавиацию. Однако в случае с моим мужем данный тип самолет SSJ был сертифицирован МАК и он же теперь занимается расследованием. Теперь вопрос: «Можно ли при таких обстоятельствах от МАК ожидать объективного и всестороннего расследования?». Логика и здравый смысл говорят: «НЕТ». И это подтверждается тем, что вместо улучшения безопасности полетов, которое является целью расследования катастроф, по результатам работы МАК, состояние безопасности полетов в РФ не улучшается, а катастрофы, по мнению МАК, происходят по одним и тем же причинам - плохая подготовка пилотов. Эта позиция удовлетворяет всех, кроме пассажиров и самих пилотов. В ноябре 2014 г. ИКАО (Международная организация гражданской авиации) проводила плановую проверку РФ на предмет организации контроля за обеспечением безопасности полетов. Замечания касались, в том числе, использования отчетов МАК. Если коротко, то российскому государству в этом отчете предписано «Внести изменения в действующее законодательство, процессы и организационную структуру для обеспечения независимости при проведении расследований серьезных инцидентов». А также «Создать и внедрить эффективные средства обеспечения невмешательства судопроизводства в расследования», «проведение расследования в соответствии с Приложением 13 отдельно от расследования, проводимого судебным органом». Но после этих замечаний МАК не просто продолжает сотрудничество с СКР, а подписывает Соглашение о сотрудничестве между Следственным комитетом Российской Федерации и Межгосударственным авиационным комитетом. Кого и с какой целью мы обманываем, не расследуя полноценно авиационные происшествия? Уверена, что самих себя, потому что продолжают гибнуть и пассажиры и пилоты. Наверное, мы просто не совсем понимаем серьезность вопроса. При таком подходе к расследованию катастроф и несоблюдению стандартов Международной организации гражданской авиации (ИКАО), членом которой является Россия, российским авиакомпаниям могут просто запретить полеты за границу, и в лучшем случае, будем летать только по стране, благо она у нас большая. Напомню, что однажды так было, когда запретили летать за границу отечественным самолетам, которые не проходили по уровню шума стандартов ИКАО. Выводы не сделаны. В этой авиакатастрофе экипаж, к счастью родных и к несчастью производителя самолета, остался жив. Но его мнение, вопреки нормам ИКАО, МАК игнорирует. При этом мой муж неоднократно встречался с членами комиссии и говорил: «Я готов ответить на любые вопросы. Задавайте, спрашивайте, если нужны какие-либо пояснения, уточнения и прочее». Но никто к его словам не прислушивается, а ведь это очень важный источник информации для понимания причин катастрофы, не говоря о том, что он и свидетель. На основании показаний экипажа можно выяснить обстоятельства и условия, которые «формировали» условия для катастрофы, которые никогда в России не исследуются. Председателем комиссии в МАК по расследованию авиакатастрофы SSJ-100 назначен специалист без опыта полетов, не имеющий летного образования. Ранее, из открытых источников, мне стало известно, что мать командира воздушного судна и жена второго пилота ЯК-42 (самолета, в котором погибла хоккейная команда ярославского «Локомотив»), написали жалобу в ЕСПЧ на МАК, который возложил на их близких вину за трагедию. Они заявили, что комиссия МАК была некомпетентна, что в ней не было ни одного человека, который бы пилотировал ЯК-42. То есть с 2011 года ничего не изменилось, методы работы – прежние. В самой комиссии МАК по расследованию принимают участие и пишут заключения пилоты-испытатели, работающие в ГСС (бывшая компания Гражданские самолеты Сухого), что является конфликтом интересов. Как вы считаете, можно ли говорить о независимости мнений, если заинтересованные лица очень переживают за то, что могут вскрыться существенные недостатки в конструкции самолета? И это при условии, что МАК также не заинтересован в реальном расследовании, так как и у него имеется конфликт интересов, ведь именно он сертифицировал этот тип самолета. То есть ни одна из сторон, привлеченных к расследованию, априори не сможет признать собственные недостатки, если таковые были. И если самолет не отвечает нормам летной годности, то они ЯВНО будут это скрывать. Именно поэтому в предварительном отчете МАК никак не упоминается о соответствии самолета нормам летной годности, а они должны быть как минимум и по молниезащите, и по конструкции основных опор шасси, которые при разрушении повредили кессон топливного бака, вследствие чего произошло вытекание топлива и его возгорание. А этого, как выяснятся, по нормам летной годности не должно быть ни при каких жестких посадках: шасси должны складываться без разрушения топливных баков, как это недавно случилось с самолетом «Боинг» при посадке в г.Усинске (фото этой посадки находятся в открытом доступе). Хочу донести до всех и это ВАЖНО: никогда у пилотов, и у моего мужа, в том числе, НЕ БЫЛО И НЕ МОЖЕТ БЫТЬ МОТИВАЦИИ к совершению катастрофы, поэтому и важно понять истинные обстоятельства и причины катастрофы для их предотвращения в будущем, а не останавливается только на действиях или бездействии. Документы ИКАО говорят о том, что экипаж — это последнее звено в цепи событий, которые начинаются с разработки чертежей самолета. Однако у нас крайними за все упущения в этой цепочке делают только пилотов. Истинные причины катастроф не выявляются, а скрываются за обвинением экипажа. Такой подход к расследованию авиационных происшествий и инцидентов не обеспечивает безопасности полетов, а следовательно, не отвечает интересам общества. Надеюсь, что когда-нибудь в РФ появится независимый орган по расследованию катастроф и его расследования будут «служить достижению целей безопасного и упорядоченного развития гражданской авиации», выведя безопасность полетов в РФ на другой уровень. Пока же все складывается печально и для пилотов, и для пассажиров...