Султан Юшаев: Живопись - это пища для моей души
0
2000
Он родился в чеченской семье в дагестанской селе Хасавюрт, учился в Академии художеств Санкт-Петербурге (бывший Ленинград), как дипломную работу написал картину на запретную в советские времена тему о депортации чеченцев, завоевывал медали за лучший дизайн ковров на Лейпцигской международной ярмарке, стал автором герба , объявившей о своей независимости, Чеченской Республики. Он стал известным художником на Западе, членом Общества Бельгийских Профессиональных Художников. Его картины находятся в коллекции королевы Бельгии Матильды. Султан Юшаев дал интервью Маршо Радио.
- На днях я смотрел видео, снятое во время презентации твоей дипломной работы. Там выступает один из преподавателей и дает высокую оценку твоей картине о выселении. Но ведь в те годы не то, что писать картины, но и говорить о депортации народов, а именно чеченцев не было же принято?
- Это 1989 год, последний шестой год моей учебы в Академии. Тот человек, о котором ты упоминал, народный художник СССР, академик живописи Андрей Андреевич Мыльников. Он был одним из признанных мастеров советской школы изобразительного искусства, и был моим непосредственным учителем и руководителем и наставником. Тогда было нелегко писать картины на такие темы. Не хватало информации. Я собирал материал для моей картины о выселении, по крупицам. Но главное, не все преподаватели меня поддерживали. Особенно профессора старой закалки, старые мастера, коммунисты. Некоторое меня осуждали за выбор темы, советовали мне отправиться за материалом для картин на главную в 80-е годы советскую стройку на БАМ (Байкало-Амурская магистраль). Некоторые преподаватели Академии упрекали меня в том, что я копаюсь в истории, когда вокруг много современных тем. Но мой руководитель был прогрессивным человеком. Он был по тем временам свободомыслящим человеком. И Андрей Андреевич Мыльников меня поддержал, когда я поделился своей идеей написать такую работу.
- А почему ты решил заняться такой тяжелой темой? Я помню Ленинград тех лет. Ты был молодым человеком из северокавказского села, кругом слишком много соблазнов, а ты вместо них думаешь о выселении.
- Идею эту я вынашивал давно, потому что мой отец, вернувшись в родное село, он тоже был художником, делал на эту тему небольшие эскизы карандашом на бумаге.
С тех пор у меня эта тема засела в детской памяти. И вот когда повзрослел я решил завершить его задумку.
- Я предполагаю, что наши соотечественники знают о какой работе мы говорим. По крайней мере те, кто пользуется интернетом, могли видеть ее фотографии. А где находится сама картина?
- Эта работа, которая называется "С родной земли", больших размеров. Это холст шириной 3 метра и высотой 2 метра. Она находится в научно-исследовательском музее Академии художеств Санкт-Петербурга. Музей находится на Васильевском острове.
Если у меня когда-нибудь будет персональная выставка в Чечне, и если они ее выдадут, то я хочу ее забрать в Грозный. У меня есть второй вариант этой же темы, она дома у моих друзей. Был еще третий вариант, эту работу мало кто видел.
Она хранилась в музее изобразительных искусств в Грозном. Эта картина, а также в основном наиболее ценные мои работы того периода погибли во время войны. Часть из них была в музее, часть - в мастерской в центре Грозного. Сейчас на этом месте находятся высотные дома жилого комплекса Грозный-Сити.
- Я видел твои наброски пейзажа в стиле импрессионизма. В каком направлении ты в основном работаешь сейчас?
- По большому счету — это реализм. Получил я диплом художника-монументалиста. Иногда я пишу и сюрреалистические вещи, но это я делаю в основном на заказ. К этому стилю у меня душа не лежит, но людям он очень нравится. Иногда бывает, что я пишу абстрактные вещи.
Но сам я предпочитаю именно хороший традиционный реалистический стиль.
- Сегодня практически никто не пишет картины, которые отображали бы историю Чечни последних 2-3 десятилетий, с войнами и трагедиями пережитыми нашими людьми. По крайней мере, я пока не видел таковых. Как ты думаешь, в чем причина? Художникам нужно время для осмысления происходящего? Ты думаешь, что еще рано об этом писать?
-Конечно, это все для нас больша трагедия. Все это прошло через наши сердца. Но со временем подрастающие художники с большим интересом именно с художественной точки зрения будут изучать эту тему. Я в свою очередь, естественно, с 1994 года с момента начала войны думаю об этом. У меня много разных задумок. Для того, чтобы осуществить их, писать грандиозные большие полотна, нужны условия. Нужны помещения, заинтересованные люди, места, где их будут показывать. Я делаю эскизы. У меня много идей на эту тему. Естественно, все это прошло и через мое сердце и, естественно, я работаю над этой темой.
-Ты являешься автором герба Чеченской Республики, на котором изображен одинокий волк под луной, и который весьма уважаем сторонниками независимости Чечни. Как это получилось?
- Летом 1990 года я приехал в Чечню из Ленинграда. Обустраивался в Грозном. Организаторы Общенационального съезда чеченского народе, позднее он стал конгрессом (ОКЧН), готовились к съезду, который был намечен на осень 90-го года, и, естественно, они решили, что на этом форуме должен быть флаг, герб. И вот они в союзе художников Чечни объявили конкурс. Почти все художники принимали участие в нем. У каждого был свой вариант герба, а у меня был вариант с волком в круге вечности. И еще у меня был вариант с волком в треугольнике, кажды угол которого символизировал прошлое, настоящее и будущее нашего народа. Оргкомитет обсуждал все варианты, и мой эскиз с волком всем понравился. Этот вариант горячо поддержали известный чеченский историк Долхан Хожаев, популярный чеченский поэт Апти Бисултанов и многие другие. Этот вариант и был принят оргкомитетом съезда. На первом съезде ОСЧН герб был без звезд. Со звездами идея пришла позже. Этому посодействовали наши историки, изучающие наши тейпы и тукумы (тукхум). Они попросили меня, сохраняя существующую геральдику дописать туда звезды. Однако так получилось, что я поехал в Великобританию, по приглашению одного из местных университетов, и работал в Лондоне какой-то период.
В 1998 году президент Чечни Аслан Масхадов был приглашен в Лондон, и его советник попросил меня приехать на время домой и доработать герб. Они работали над разработкой президентского штандарта, необходимый для презентаций во время визита лидера Чеченской Республики. Работа в основном касалась доработки изображения волка. Таким образом и получился окончательный вариант герба, который теперь можно увидеть на большинстве фотографий чеченского флага.
Можно сказать, что я не просто так пришел к этой идее. Во время учебы в Академии я изучал геральдику, много работал в библиотеках. Геральдика - это отдельный вид искусства. Там тоже есть четкие законы, как в математике. Я просто сам по себе всегда увлекался орнаментами, геральдикой.
- Кстати об орнаментах. В этой области у тебя тоже был успех, как известно?
- Это случилось в 1982 году во времена СССР в Германской Демократической Республике на знаменитой всемирной Лейпцигской ярмарке. Она проводилась странами-участницами Варшавского договора. 1982 году в Чечено-Ингушетии отмечалось "200-летие добровольного вхождения Чечни в состав России. К этой дате, видимо, нашей республике предоставили возможность выставить на этой ярмарке какие то национальные вещи. В Чечне готовились к этому заранее. Я специально ездил в Дербент (Дагестана), купил там особую бумагу.
Она выпускается для технических эскизов. На ней нанесены маленькие клеточки размером в узелок ковра. Это был не войлочный, а ворсовый ковер. На ярмарке в Лейпциге были выставлены для показа два ковра, сделанных по моему эскизу, мастерицами из Урус-Мартана. Помню, у них был такой небольшой станок размером, примерно, метр на два метра, с помощью которого они и изготовили эти чудесные ковры. Я сам в Лейпциг не ездил. Но оба моих ковра, выставленные там, получили золотые медали.
- Когда ты почувствовал, что ты не просто один из тех, кто пытается рисовать, а ты уже тот, кто может писать настоящие картины, которые нравятся людям?
- Когда я учился еще в школе, мне тогда было 15 лет. Я готовился к школьному конкурсу художников, взял большой холст, метр с лишним. Написал яркую картину "Бой Руслана с головой". Я ее выставил на школьной выставке, все - и учителя, и ученики - были в восторге от нее. И тогда, наверное, почувствовал, что я могу что-то действительно выставлять, показать зрителям. Кстати, это картина есть у меня до сих пор. Она сохранилась, потому что я ее не вывозил из дома в Хасавюрте.
-Сегодня ты с удовольствием общаешься с красками или писать картины приходится через не могу?
-Скажу честно. Я каждый раз с радостью подхожу к своему рабочему уголку, к мольберту. Если случается так, что я по каким-то причинам не могу писать долгое время, то я себя реально плохо чувствую. Бывает потребность в письме. Для меня изобразительное искусство — это не средство для зарабатывания денег. Это - судьба, моя жизнь. Живопись - это пища для моей души. Писать картины - моя внутренняя потребность.
Сейчас, к примеру, я пишу картину, где главный герой абрек Зелимхан. Это - некоммерческая работа. Она никому не нужна, но моя душа требует таких вещей.
-О чем ты мечтаешь, Султан? Чего ты ожидаешь в ближайшее время?
-Естественно, я мечтаю вернуться на родину, как и все чеченцы, живущие вдали от дома. Мечтаю восстановить свою студию в Грозном.
- На днях я смотрел видео, снятое во время презентации твоей дипломной работы. Там выступает один из преподавателей и дает высокую оценку твоей картине о выселении. Но ведь в те годы не то, что писать картины, но и говорить о депортации народов, а именно чеченцев не было же принято?
- Это 1989 год, последний шестой год моей учебы в Академии. Тот человек, о котором ты упоминал, народный художник СССР, академик живописи Андрей Андреевич Мыльников. Он был одним из признанных мастеров советской школы изобразительного искусства, и был моим непосредственным учителем и руководителем и наставником. Тогда было нелегко писать картины на такие темы. Не хватало информации. Я собирал материал для моей картины о выселении, по крупицам. Но главное, не все преподаватели меня поддерживали. Особенно профессора старой закалки, старые мастера, коммунисты. Некоторое меня осуждали за выбор темы, советовали мне отправиться за материалом для картин на главную в 80-е годы советскую стройку на БАМ (Байкало-Амурская магистраль). Некоторые преподаватели Академии упрекали меня в том, что я копаюсь в истории, когда вокруг много современных тем. Но мой руководитель был прогрессивным человеком. Он был по тем временам свободомыслящим человеком. И Андрей Андреевич Мыльников меня поддержал, когда я поделился своей идеей написать такую работу.
- А почему ты решил заняться такой тяжелой темой? Я помню Ленинград тех лет. Ты был молодым человеком из северокавказского села, кругом слишком много соблазнов, а ты вместо них думаешь о выселении.
- Идею эту я вынашивал давно, потому что мой отец, вернувшись в родное село, он тоже был художником, делал на эту тему небольшие эскизы карандашом на бумаге.
С тех пор у меня эта тема засела в детской памяти. И вот когда повзрослел я решил завершить его задумку.
- Я предполагаю, что наши соотечественники знают о какой работе мы говорим. По крайней мере те, кто пользуется интернетом, могли видеть ее фотографии. А где находится сама картина?
- Эта работа, которая называется "С родной земли", больших размеров. Это холст шириной 3 метра и высотой 2 метра. Она находится в научно-исследовательском музее Академии художеств Санкт-Петербурга. Музей находится на Васильевском острове.
Если у меня когда-нибудь будет персональная выставка в Чечне, и если они ее выдадут, то я хочу ее забрать в Грозный. У меня есть второй вариант этой же темы, она дома у моих друзей. Был еще третий вариант, эту работу мало кто видел.
Она хранилась в музее изобразительных искусств в Грозном. Эта картина, а также в основном наиболее ценные мои работы того периода погибли во время войны. Часть из них была в музее, часть - в мастерской в центре Грозного. Сейчас на этом месте находятся высотные дома жилого комплекса Грозный-Сити.
- Я видел твои наброски пейзажа в стиле импрессионизма. В каком направлении ты в основном работаешь сейчас?
- По большому счету — это реализм. Получил я диплом художника-монументалиста. Иногда я пишу и сюрреалистические вещи, но это я делаю в основном на заказ. К этому стилю у меня душа не лежит, но людям он очень нравится. Иногда бывает, что я пишу абстрактные вещи.
Но сам я предпочитаю именно хороший традиционный реалистический стиль.
- Сегодня практически никто не пишет картины, которые отображали бы историю Чечни последних 2-3 десятилетий, с войнами и трагедиями пережитыми нашими людьми. По крайней мере, я пока не видел таковых. Как ты думаешь, в чем причина? Художникам нужно время для осмысления происходящего? Ты думаешь, что еще рано об этом писать?
-Конечно, это все для нас больша трагедия. Все это прошло через наши сердца. Но со временем подрастающие художники с большим интересом именно с художественной точки зрения будут изучать эту тему. Я в свою очередь, естественно, с 1994 года с момента начала войны думаю об этом. У меня много разных задумок. Для того, чтобы осуществить их, писать грандиозные большие полотна, нужны условия. Нужны помещения, заинтересованные люди, места, где их будут показывать. Я делаю эскизы. У меня много идей на эту тему. Естественно, все это прошло и через мое сердце и, естественно, я работаю над этой темой.
-Ты являешься автором герба Чеченской Республики, на котором изображен одинокий волк под луной, и который весьма уважаем сторонниками независимости Чечни. Как это получилось?
- Летом 1990 года я приехал в Чечню из Ленинграда. Обустраивался в Грозном. Организаторы Общенационального съезда чеченского народе, позднее он стал конгрессом (ОКЧН), готовились к съезду, который был намечен на осень 90-го года, и, естественно, они решили, что на этом форуме должен быть флаг, герб. И вот они в союзе художников Чечни объявили конкурс. Почти все художники принимали участие в нем. У каждого был свой вариант герба, а у меня был вариант с волком в круге вечности. И еще у меня был вариант с волком в треугольнике, кажды угол которого символизировал прошлое, настоящее и будущее нашего народа. Оргкомитет обсуждал все варианты, и мой эскиз с волком всем понравился. Этот вариант горячо поддержали известный чеченский историк Долхан Хожаев, популярный чеченский поэт Апти Бисултанов и многие другие. Этот вариант и был принят оргкомитетом съезда. На первом съезде ОСЧН герб был без звезд. Со звездами идея пришла позже. Этому посодействовали наши историки, изучающие наши тейпы и тукумы (тукхум). Они попросили меня, сохраняя существующую геральдику дописать туда звезды. Однако так получилось, что я поехал в Великобританию, по приглашению одного из местных университетов, и работал в Лондоне какой-то период.
В 1998 году президент Чечни Аслан Масхадов был приглашен в Лондон, и его советник попросил меня приехать на время домой и доработать герб. Они работали над разработкой президентского штандарта, необходимый для презентаций во время визита лидера Чеченской Республики. Работа в основном касалась доработки изображения волка. Таким образом и получился окончательный вариант герба, который теперь можно увидеть на большинстве фотографий чеченского флага.
Можно сказать, что я не просто так пришел к этой идее. Во время учебы в Академии я изучал геральдику, много работал в библиотеках. Геральдика - это отдельный вид искусства. Там тоже есть четкие законы, как в математике. Я просто сам по себе всегда увлекался орнаментами, геральдикой.
- Кстати об орнаментах. В этой области у тебя тоже был успех, как известно?
- Это случилось в 1982 году во времена СССР в Германской Демократической Республике на знаменитой всемирной Лейпцигской ярмарке. Она проводилась странами-участницами Варшавского договора. 1982 году в Чечено-Ингушетии отмечалось "200-летие добровольного вхождения Чечни в состав России. К этой дате, видимо, нашей республике предоставили возможность выставить на этой ярмарке какие то национальные вещи. В Чечне готовились к этому заранее. Я специально ездил в Дербент (Дагестана), купил там особую бумагу.
Она выпускается для технических эскизов. На ней нанесены маленькие клеточки размером в узелок ковра. Это был не войлочный, а ворсовый ковер. На ярмарке в Лейпциге были выставлены для показа два ковра, сделанных по моему эскизу, мастерицами из Урус-Мартана. Помню, у них был такой небольшой станок размером, примерно, метр на два метра, с помощью которого они и изготовили эти чудесные ковры. Я сам в Лейпциг не ездил. Но оба моих ковра, выставленные там, получили золотые медали.
- Когда ты почувствовал, что ты не просто один из тех, кто пытается рисовать, а ты уже тот, кто может писать настоящие картины, которые нравятся людям?
- Когда я учился еще в школе, мне тогда было 15 лет. Я готовился к школьному конкурсу художников, взял большой холст, метр с лишним. Написал яркую картину "Бой Руслана с головой". Я ее выставил на школьной выставке, все - и учителя, и ученики - были в восторге от нее. И тогда, наверное, почувствовал, что я могу что-то действительно выставлять, показать зрителям. Кстати, это картина есть у меня до сих пор. Она сохранилась, потому что я ее не вывозил из дома в Хасавюрте.
-Сегодня ты с удовольствием общаешься с красками или писать картины приходится через не могу?
-Скажу честно. Я каждый раз с радостью подхожу к своему рабочему уголку, к мольберту. Если случается так, что я по каким-то причинам не могу писать долгое время, то я себя реально плохо чувствую. Бывает потребность в письме. Для меня изобразительное искусство — это не средство для зарабатывания денег. Это - судьба, моя жизнь. Живопись - это пища для моей души. Писать картины - моя внутренняя потребность.
Сейчас, к примеру, я пишу картину, где главный герой абрек Зелимхан. Это - некоммерческая работа. Она никому не нужна, но моя душа требует таких вещей.
-О чем ты мечтаешь, Султан? Чего ты ожидаешь в ближайшее время?
-Естественно, я мечтаю вернуться на родину, как и все чеченцы, живущие вдали от дома. Мечтаю восстановить свою студию в Грозном.