Учёный Любищев писал письма Сталину и оказался в ульяновской «ссылке»

9 апреля 1990 года на старом корпусе Ульяновского педуниверситета была открыта мемориальная доска в память о выдающемся русском и советском учёном-биологе, математике и философе Александре Любищеве, который трудился в этом здании с 1950 по 1955 год на должности заведующего кафедрой зоологии. Расскажем, чем интереснаего судьба. Зря время не терял Развернувшаяся в Советском Союзе борьба с космополитизмом в литературе, искусстве и науке вынуждала титанов мысли, признанных учёных и педагогов искать тихих провинциальных пристаней, чтобы не попасть под каток репрессий, способных сильно попортить кровь, а то и резко укоротить жизнь. Но худа без добра не бывает в Ульяновске оказалось немало талантливых людей всесоюзного и даже мирового масштаба. Доктора биологических наук, энтомолог, специалист по жукам-листоедам Александр Любищев (18901972) считается одним из зачинателей популярного ныне тайм-менеджмента. 55 лет своей жизни он вёл особый дневник, рассчитывая все события с точностью до пяти минут. И действительно невероятно много в ней успел. Например, он выучил два иностранных языка в вынужденных паузах на ежедневные поездки в общественном транспорте. Всю сознательную жизнь Александр Александрович следовал принципам: не иметь обязательных дел; не иметь срочных дел; немедленно прекращать работу и отдыхать, если наступило утомление; спать не менее десяти часов; комбинировать утомительные занятия с приятными. С женой в молодости. Уроженец Питера Мемориальной доски в память об Александре Любищеве на здании Ульяновского педуниверситета больше нет пока нет, очень хочется надеяться: доска пошла трещинами и, видимо, отправлена на реставрацию. А вот в Санкт-Петербурге, родном городе Александра Александровича, на углу Греческого проспекта и седьмой Советской улицы есть целый пятиэтажный дом Александра Любищева, относимый к известным достопримечательностям города на Неве. Принадлежал он отцу учёного, богатейшему лесопромышленнику и домовладельцу, потомственному почетному гражданину Александру Алексеевичу Любищеву. На втором этаже помещалась роскошная квартира хозяев, прочие помещения сдавались под учреждения, магазины и жильё. На первом этаже дома Любищева располагалось Главное тюремное управление Российской империи. Днём 15 апреля 1907 года на приём к начальнику управления Александру Максимовскому пришла 21-летняя студентка консерватории Евстолия Рогозинникова. Девушка, активная участница революционного движения, расстреляла Максимовского из револьвера. Евстолия была схвачена, и на теле барышни обнаружилось замаскированное под пышный бюст взрывное устройство весом более пяти кг. Ожидалось, что Рогозинникова взорвёт его при аресте, увеличив количество жертв. Тогда бы и дому, и семье Любищевых точно не поздоровилось бы За смелость попросился вссылку Судьба часто щадила Александра Александровича. Учёный в своей неколебимой принципиальности позволял себе многое. Сталин приказывает думать так, как думает Сталин. Это позорнейшее пятно на истории нашей науки, формулировал Любищев ещё при жизни Сталина. Накануне Отечественной войны Александр Александрович отправил письмо Сталину, в котором критиковал сталинского любимца, народного академика Трофима Денисовича Лысенко. Любищев называл его Распутиным от науки, величал шарлатаном, подгоняющим результаты исследований под начальственные хотелки. Однако Трофим Денисович не потребовал головы своего оппонента. Лысенко был уверен, что критики и оппоненты просто не понимают по скудости ума грандиозности его замыслов, а с дураков, мол, какой спрос? Тем временем грянула война, и стало не до Любищева. Сам Александр Александрович отправился в эвакуацию. Он осел в Киргизской ССР. Здесь он заведовал эколого-энтомологическим отделением в местном филиале Академии наук СССР, преподавал в педагогическом и сельскохозяйственном институтах, изучал насекомых. Он продолжал нелицеприятно вслух высказываться об академике Лысенко, хотя с лета 1948 года позиции Трофима Денисовича в научной и общественно-политической жизни резко усилились. Киргизские товарищи стали сторониться Любищева. Упреждая негативное развитие событий, Александр Александрович написал заявление в Управление высшей школой СССР с просьбой предоставить ему профессорскую должность в каком-нибудь провинциальном вузе. И выпал Ульяновск. Ульяновский период Начавшийся в 1950 году ульяновский период называют самым плодотворным в жизни Александра Любищева. Через пять лет он вышел на пенсию и мог уже в полноте реализовывать собственную жизненную программу, исключающую обязательные и срочные дела. В 1956 году Ульяновский обком КПСС, сообразуясь с духом нового, оттепельного времени, предложил Любищеву в письменной форме изложить свой взгляд на проблемы с образованием подрастающего поколения. Записка О положении в средней школе открывалась главой с энергичным названием О деградации средней школы, но ожидаемо легла под сукно. Важнейшими проблемами в современной ему школе Александр Александрович указывал исключительно низкий уровень математических знаний, неумение излагать мысли, незнание иностранных языков, в том числе древнегреческого и латыни. Могу сообщить маленький факт из личных воспоминаний, излагал он в записке. Я окончил не гимназию, а реальное училище без древних языков, и для поступления в университет должен был сдать экстерном экзамен за полный курс латинского языка. Последний год я занимался латинским языком с двумя студентами, не филологами: один был историк, другой математик. А как прекрасно знали латинский язык! Студент-математик отлично (конечно, без помощи словаря) переводил и анализировал труднейшие места из Энеиды Вергилия. В школе как в средней, так и в высшей, переживал Александр Александрович, подрастающее поколение обмазывают наукой, далеко не всегда доброкачественной, отчего наука скоро отваливается. Для прочности знаний необходимо пропитывание наукой. При этом он отнюдь не кичился своими знаниями, будто возносящими его над толпой. Александр Любищев подчёркивал, что он дилетант, человек, не обладающий должным уровнем знаний, чтобы являть свою исключительность, но одновременно человек настолько увлечённый, что увлечение часть его жизни. Его главные труды не были напечатаны при жизни он не огорчался: великий Сократ не оставил по себе письменных трудов. А сам он из Ульяновска писал письма, по 200 в год, и каждое письмо трактат, до 82 страниц на пишущей машинке. Несколько месяцев в году он проводил в разъездах: конференции, лекции, встречи. Он умер, приехав читать лекции в Тольятти, там же был похоронен. Из Ульяновска Александр Александрович переживал о судьбах целого мира: Пока цивилизованное общество не повысит уровень своего неприятия человекоубийства в любой форме, включая войны, кровавые революции, смертную казнь, аборты и прочее, всегда будет риск попасть в ситуацию Римской империи: человечество погибнет от внутренней коррупции. Мысли мудрых людей не тускнеют со временем. Иван СИВОПЛЯС, научный сотрудникМузея-заповедника Родина В. И. Ленина