Как решить проблемы российского станкостроения?

Выступления ряда правительственных российских чиновников на Петербургском международном экономическом форуме удивили. На фоне многолетних усилий президента Владимира Путина по обеспечению максимального импортозамещения глава «Ростеха» Сергей Чемезов в своем выступлении заявил: «Да, в моменте мы утратили доступ к отдельным товарам, технологиям, комплектующим. Но это не является сигналом для тотального импортозамещения»....

Выступления ряда правительственных российских чиновников на Петербургском международном экономическом форуме удивили. На фоне многолетних усилий президента Владимира Путина по обеспечению максимального импортозамещения глава "Ростеха" Сергей Чемезов в своем выступлении заявил: "Да, в моменте мы утратили доступ к отдельным товарам, технологиям, комплектующим. Но это не является сигналом для тотального импортозамещения". В том же ключе выступил глава Минпромторга Денис Мантуров. "Импортозаместить все в одночасье — это, во-первых, достаточно дорого, а во-вторых, такой подход не даст положительного экономического эффекта". То есть когда российский завод из российского сырья выпускает российскую продукцию, это экономически невыгодно. По этой логике экономически выгоднее купить продукцию, которая сделана иностранными производителями из импортного сырья. Так? Или в этих заявлениях просто не вполне точно расставлены акценты. Тот же министр Мантуров несколько месяцев назад сообщил, что импортозамещение не удалось, поскольку зарубежные поставщики прекратили поставки станков в Россию. Вот тут он попал в точку! Если у нас есть современное станкостроение и электронное машиностроение и мы в состоянии изготовить любой станок и любую электронную технику, то мы можем произвести все что угодно — от игрушек до планшета, от трактора до ракеты. Любое современное устройство состоит из деталей и узлов двух типов: первые получены в результате механической обработки, вторые — это разнообразные электронные компоненты. Первые изготавливают на станках, производством которых занято станкостроение, вторые — на машинах, которые производит электронное машиностроение. О кризисе в российском электронном машиностроении и возможных направлениях по его возрождению мы недавно писали. Попробуем разобраться в проблемах отечественного станкостроения. Последний советский министр станкостроительной и инструментальной промышленности Николай Паничев напоминает: "В конце восьмидесятых годов СССР вышел на третье место по производству среди станкостроительных мировых держав. Первое место держала Япония, второе – ФРГ, США – четвёртое место. СССР также был на втором месте в мире по потреблению оборудования, так как машиностроительная промышленность – авиация, автомобили, ВПК – развивалась очень активно. Союз экспортировал станки не только в развивающиеся страны, но и в Японию, Канаду, США, ФРГ... В 1986 году отрасль выпускала 220 тысяч станков в год".  "После распада Советского Союза некогда легендарный станкостроительный сектор был разрушен…Россия не просто отстала, но упустила две технологические революции", – отмечает немецкий бизнес-аналитик Бен Арис. "Российская станкостроительная промышленность находится в глубоком кризисе", — говорится в недавнем отчете Томаса Мальмлёфа из Шведского агентства оборонных исследований (FOI): "Огромный спрос на станки, который тем не менее существует в российской промышленности, не в последнюю очередь в оборонной промышленности, в настоящее время в основном покрывается за счет импорта, и Россия стала четвертым по величине импортером станков в мире". За последние десять лет правительство РФ трижды принимало программы развития станкостроения (последнюю — в 2020 году) и дважды — план мероприятий по импортозамещению в станкостроительной промышленности (последний был принят в 2021 году). Ответственным за выполнение этих программ и планов был и остаётся Минпромторг (министр  Мантуров). Контрольное управление администрации президента России в 2015 году провело проверку выполнения Минпромторгом целей госпрограммы по импортозамещению в станкостроительной отрасли. Результаты проверки оказались безрадостными. По результатам 101 НИОКР, на которые было истрачено 11,2 млрд рублей, было разработано 26 образцов станков. Внедрить оказалось возможным только 17, из которых лишь один образец был высокотехнологичным. Результаты ещё 14 НИОКР были признаны бесперспективными и не отвечающими интересам рынка. Было установлено, что "предпринимаемые меры господдержки ожидаемого результата не дали", а выпуск продукции в этой отрасли по итогам 2014 года составил 6,6 млрд рублей, снизившись за год в два раза. "Программные мероприятия планировались Минпромторгом России в отсутствие достоверной информации о состоянии станочного парка отечественных машиностроительных предприятий, их потребности в оборудовании, объёмах экспорта и импорта станкоинструментальной продукции", – сказано в документе, подготовленном контрольным управлением администрации президента. Минпромторг не смог также определить наиболее перспективные направления развития технологий станкостроения. В качестве подрядчиков привлекались не только предприятия, имеющие опыт соответствующих разработок и производственную базу, а образовательные учреждения, "осваивавшие" средства бюджета на НИОКР без какого-либо результата. В связи с этими бедами российской промышленности портал "Военное обозрение" пишет: "Импортозамещение" на 90% в России – это "импортозанесение". Заносишь импортную валюту в достаточных количествах, получаешь статус производителя, и дальше делай, что угодно, закупай хоть в Китае, хоть на Вануату, главное — упаковку и лейблы правильно оформить. А что там под биркой "Сделано в РФ" — никого особо не волнует". В апреле генпрокурор России Игорь Краснов объявил о начале масштабных проверок Минпромторга РФ "в контексте срыва планов и невыполнения целей в рамках различных госпрограмм, предусматривавших импортозамещение". Сотрудники прокуратуры придут не только в Минпромторг, но и в "Ростех". Крупнейшая российская станкостроительная корпорация "СТАН", в которой 33% акций принадлежит "Ростеху", в последние годы отметилась в ряде резонансных скандалов. С подачи Счётной палаты РФ начался скандал вокруг манипулирования бюджетными средствами, выделенными компании на спасение отечественного станкостроения. Кроме того, партнеры обвинили владельцев холдинга в рейдерстве и нечистоплотности. По итогам проверки Счётной палаты РФ деятельности Фонда развития промышленности выяснилось, что "СТАН" производит за бюджетные деньги некондиционные изделия. Выяснилось также, что "СТАН" занимается фиктивным импортозамещением, завозя из Италии станки и выдавая их за собственные. ФСБ начало проверку деятельности компании, в итоге ее глава попал под суд. Прекраснодушие и расчет на помощь иностранных партнеров – еще одни из причин неудач импортозамещения в станкостроении. Большие надежды в этом плане связывались с развертыванием в России производства станков на дочерних предприятиях зарубежных компаний. Так, в 2015 году немецко-японская компания DMG Mori, мировой лидер среди разработчиков и производителей станков с ЧПУ, открыла в Ульяновске станкозавод "ДМГ Мори Рус" на основе СПИКа — специального инвестиционного контракта, который предусматривал, что иностранный инвестор здесь строит производство, принимая на себя обязательства по постепенному увеличению степени локализации продукции. Однако уже с первого дня заключения СПИКа компания имеет право объявить всю свою продукцию, которая на самом деле еще не произведена в России, "продукцией российского происхождения". Такой контракт давал "ДМГ Мори Рус" возможность под видом российских станков официально продавать китайские. В Ульяновске проводилась сборка крупных узлов, а другие узлы поставлялись с китайских заводов ДМГ. Сейчас DMG Mori уходит из России, а полной локализации производства станков так и не произошло. Завод в Ульяновске "ДМГ МОРИ РУС" прекратил свою работу. Совершенно ясно, что никаких запредельных трудностей в создании полного цикла отечественного станкостроения нет. Проблема, перед которой стоит Россия, должна получить в первую очередь политическое, а потом уже инженерно-техническое и производственное решения.