Ушли и не вернулись…

Их провожали, как и всех уходивших на войну, — со слезами, собрав в котомки нехитрые харчи, табак, бумагу на закрутку, что-то из одежды. Якова Игнатьева из Апнер Вурнарского района провожали на телеге, хотя до райцентра рукой подать. Яков в тот прощальный сентябрьский день 1941-го года посадил свою девятилетнюю дочь Марию на телегу. Видимо, хоть этим хотел облегчить ее будущую жизнь. Мария теперь оставалась старшей в семье, единственной кормилицей. На 80-летнюю бабушку надежд было мало, а оставался еще пятилетний братишка Виктор. Как они будут жить, на что — Якову Игнатьеву было неведомо. Можно лишь представить, как разрывалось на части его сердце.
Дети у Якова были поздние, ему самому было уже за сорок. Судьба его жестоко испытывала. Остался вдовцом (медицина того времени не смогла спасти его любимую жену Дарью Фирсовну), похоронил еще до войны четверых детей. Когда нужно было прощаться, Мария долго махала отцу вслед. Правда, их на две ночи привели обратно в колхозный клуб для ночлега, но охрана к ним никого не допускала.
Дома все думали, что их близкие ушли на фронт, на войну. Но один из тех, кто уходил вместе с Игнатьевым, то ли во время войны, то ли после приехал к ним в деревню и рассказал, что Яков Игнатьевич так до фронта и не дошел, а умер от голода во время рытья окопов. Скупые воспоминания его дочери Марии, рассказанные ею уже в 80-летнем возрасте, раскрывают нам неизвестный до этого человеческий подвиг Якова Игнатьева. Он ясно понимал, что ему не выдержать выпавшей на его долю физической нагрузки по строительству оборонительных рубежей под Угличем. И отдавал свои скудные продовольственные пайки молодым. Тем, кто ни семьей не успел обзавестись, ни детьми. Может, один из этих молодых и пришел в дом Игнатьевых и рассказал о нем?

А в памяти Марии Яковлевой (Семеновой) на все восемь десятков лет ее жизни поселился страх перед войной, навсегда уведшей сентябрьским утром 1941 года в неизвестность и небытие ее отца, пугавшей возможными бомбардировками так, что вечерами лучина в доме зажигалась лишь при острой необходимости.
А память об отце осталась. В красном углу избы слева от Божьей иконы до сих пор висит единственная его фотография.
И строчка в Книге памяти Чувашской Республики — «Рядовой. Пропал без вести 28.1.1942».

Обо всем этом мы узнали уже после того, как поработали с документами архива Угличского ЗАГСа, когда сумели объединить внуков и правнуков тех наших земляков, кто умер в ходе строительства оборонительных рубежей в районе города Углич Ярославской области, выехать в этот старинный русский городок и вместе с ними установить памятник на их могилах на кладбище у храма в селе Сергиевском Угличского района.
Отзывчивые работники Угличского ЗАГСа и архива Татьяна Никольцева и Татьяна Третьякова уже после рабочего дня вместе с нами допоздна пытались выяснить судьбы бойцов 1-го, 2-го и 3-го Чувашских строительных батальонов, возводивших оборонительные рубежи на пути фашистских войск в районе Углича.
И нам открылся еще один скорбный список наших земляков, так и не дошедших до фронта, ушедших из жизни щедрой на морозы и жестокой к человеческим судьбам зимой 1941-1942 годов.

1. Аксаков Никифор Константинович, 45 лет. 2 батальон. Умер 19.01.42 г. после продолжительной болезни. Дом. адрес: Красночетайский район, дер. Старо-Атаи.
2. Игнатьев Яков, 1895 г.р. Умер 30.01.1942 г., порок сердца. 3-й взвод 4 роты 2-го батальона. Призван Вурнарским военным комиссариатом. Из книги регистрации актов смерти по г. Угличу за 1942 г.
3. Черепанов Федор Иванович, 40 лет. Умер 27.01.1942 г. Гангрена левой ноги. Русский.
4. Никитин Петр Никитович, 32 года. Чуваш. Умер 19 декабря 1941 г. на территории Ильинского сельсовета. 3-й Чувашский строительный батальон.
5. Макаров Федор Маркович, 43 года. Умер 24 декабря 1941 г.
6. Чернов Егор Степанович, 45 лет. Строительный батальон № 3. Умер 21 декабря 1941 г.
7. Чернов Василий Семенович, 39 лет. Умер 3.01.1942 г.
8. Возиков Петр Васильевич, 43 года. Умер 05.01.1942 г. 3-й Чувашский батальон.
9. Сафронов Петр Федорович, 46 лет. Умер 20.12.1941 г. 3-й Чувашский строительный батальон.
10. Александров Николай Александрович, 45 лет. Умер 12.01.1942 г. 2-й батальон.
11. Иванов Григорий Иванович, 42 года, русский. Умер 28.01.1942 г. 2-й батальон.
12. Федотов Митрофан Федотович, 41 год. Умер 04.02.1942 г. 2-й батальон.

А до этого было несколько лет переписки с архивами города Углича. Поездки в Углич и по правобережью Волги. Мы пытались представить, где жили и трудились бойцы Чувашских строительных батальонов. И где могли похоронить тех, чьи сердца не выдержали немыслимых физических и моральных нагрузок.
Мы уже рассказывали об этом в статье «История Чувашских батальонов» 4 сентября 2018 г.

Сообщили о том, что за полтора месяца до начала строительства Сурского и Казанского оборонительных рубежей в Чувашии было впервые мобилизовано население на строительство таких объектов — 9-10 сентября всеми военкоматами республики было призвано более 2680 человек и отправлено в город Медвежьегорск Карельской АССР.
Родные считали: ушли на войну защищать Родину. А их ждала совсем иная судьба. По лесам и болотам Карелии, Вологодчины и Ярославской области батальоны пешком были переброшены под Углич (а это без малого семь сотен километров), чтобы там под контролем подразделений НКВД строить оборонительный рубеж в качестве бойцов трудовой армии или трудармейцев.
Увы, отношение к ним мало чем отличалось от отношения к заключенным — жесткая дисциплина, ограничения в передвижении, скудное питание, худые одежда и обувь. Все это становилось причиной болезней, вызывало рецидивы у старых, приводя нередко и к летальному исходу. По нашим подсчетам, количество умерших бойцов Чувашских строительных батальонов за декабрь 1941 — январь 1942 г. может составить до 1,5% от всего личного состава. Это в какой-то степени может дать ответ и на вопрос, сколько человек республика потеряла при строительстве Сурского и Казанского оборонительных рубежей в результате заболеваний, переохлаждения и различных травм.
Не по своей воле они в сентябре 1941 г. ушли из дома и не вернулись. Пропали без вести. Сумеем ли мы вернуть их имена после долгих 80 лет безвестности и молчания, зависит прежде всего от нас с вами.
Родным призванных 9-10 сентября 1941 г. и в примыкающих к ним числах уроженцев Чувашии необходимо скрупулезно изучить их дальнейший путь: куда и как отправлены они из своего военкомата. В архивах большинства военкоматов эти сведения сохранились и доступны для исследования.
Инициатива по исследованию судьбы бойцов Чувашских строительных батальонов принадлежит Дмитрию Алексееву, правнуку одного из бойцов 1-го батальона Осипова Ивана Осиповича из деревни Уразлино Янтиковского района. Впрочем, он впервые и озвучил название этих батальонов, возглавил поиск сведений о них и бойцах батальона, поднял вопрос об увековечении их имен. Ему удалось не только разыскать их родных, но и сплотить, и организовать выезд в село Сергиевское для обустройства места захоронения умерших трудармейцев и установления памятников. Получилось так, что поиск начался и удался именно в Янтиковском районе. Оттуда и выехали в Углич родные трех захороненных там янтиковцев — Ивана Осипова, Григория Тихонова и Никандра Петрова.
Служители храма Сергия Радонежского в Сергиевском тепло приняли гостей из Чувашии. Заблаговременно натопили печи в помещениях храма, предоставили столовую. Еще три года назад, встречаясь в Сергиевском с архимандритом Виктором, мы получили от него благословение на установление памятников. Показывая нам место захоронения умерших трудармейцев, он назвал их ополченцами — так, как называли их старожилы села. В этих словах — высшая оценка их трудового подвига во время строительства ими оборонительного рубежа, их человеческих качеств, проявленных во время проживания на территории местных сельских советов и общения с угличанами.
Было понятно, что без волнений при установке памятников не обойдется, но когда у Александра Григорьева, внука бойца 1-й роты 1-го Чувашского батальона Григория Тихонова в ходе небольшого митинга у памятников по щеке покатились непрошенные мужские слезы, стало ясно: мы открыли для жителей Чувашии еще неизвестную страницу ее истории, отзывающуюся болью в нескольких тысячах семей.
«Мы рыдали, когда открылась вся правда. Люди трудились не покладая рук в 30-градусные морозы, перевыполняли план строительства на 200% от нормы, лишь бы вовремя построить оборонительный рубеж. Было очень тяжело. 11 бойцов, в том числе мой дед, умерли, совершая трудовой подвиг. Не все участники тех событий возвратились на чувашскую землю. Мы будем вечно помнить о них», — сказал Александр.
Боль утраты задела каждого участника поездки в Углич. «Я рад, что смог приехать сюда, поучаствовать в установке памятника, увековечить память о своем прадеде. Мы очень рады, что нашли сведения о месте его захоронения. Информации было очень мало: документы, свидетельство о смерти. Мы не знали, где именно искать. Рад, что удалось это узнать. Думаю, что приеду сюда снова. Горжусь своим прадедом, буду помнить о нем всегда», — признался правнук трудармейца Никандра Петрова Егор Петров.
Вышло так, что он оказался членом поискового отряда «Следопыт» Янтиковской средней школы под руководством Ирины Порфирьевой. Ребята-поисковики были ошеломлены этим и решили поддержать своего товарища, использовали осенние каникулы для поездки в Углич и установления памятников. Их поставили два. Дмитрий Алексеев посчитал своим долгом правнука поставить своему прадеду отдельный памятник. Как раз пошел дождь, и я не знаю, слезы скатывались по его щекам или дождинки. Второй памятник ярко-красного цвета заметно выделяется на кладбище Сергиевского храма. На нем имена 11 трудармейцев, выявленные в ходе поисковой работы последних лет. К сожалению, еще не всех их родных удалось разыскать, поэтому мы сегодня перечисляем их имена.

1. Сергеев Гаврил Сергеевич, 46 лет, умер 19.11.1941 г. 1-й строительный батальон, 2-я рота, Цивильский район.
2. Столбов Прокопий Гордеевич, 47 лет, 1895 г.р., умер 07.12.1941 г.,1-й Чувашский строительный батальон, 1-я рота, Канашский район.
3. Осипов Иван Осипович, 45 лет, умер 20.12.1941 г. 1-й Чувашский строительный батальон, 1-я рота, Янтиковский район, дер. Уразлино.
4. Тихонов Григорий Тихонович, 44 года, умер 20.12.1941 г., 1-й Чувашский строительный батальон, 1-я рота, Янтиковский район.
5. Игнатьев Николай Игнатьевич, 46 лет, 1896 г.р., умер 20.12.1941?г. 1-й Чувашский строительный батальон, Янтиковский район.
6. Данилов Харисан Данилович, 42 года, 1899 г.р., умер 02.01.1942 г., 1-й Чувашский строительный батальон, 2-я рота, Шумерлинский РВК.
7. Ефремов Леонтий Ефремович, 47 лет, 1895 г.р., умер 04.01.1942 г., 1-й строительный батальон, 2 рота, Цивильский район.
8. Яковлев Григорий Яковлевич, 44 года, умер 04.01.1942 г., 1-й Чувашский строительный батальон, 1-я рота.
9. Петров Никандр Петрович, 33 года, 1908 г.р., умер 12.01.1942 г., 1-й Чувашский строительный батальон, 1-я рота, Янтиковский район, д. Кармалы.
10. Перцов Федор Николаевич, 1896 г.р., умер 16.01.1942 г., 1-й Чувашский строительный батальон, 2 рота, Цивильский район, д. Степное Тугаево.
11. Стариков Ф.М., умер 01.1942 ?г., 1-й батальон, место жительства неизвестно.

Этот год в Чувашии признан годом памяти о трудовом подвиге народа в строительстве Сурского и Казанского оборонительных рубежей. А 6 ноября участники выезда в Углич для установки памятников негласно объявили днем памяти бойцов Чувашских строительных батальонов, которые своим трудом защитили наши земли от врага.
3 декабря Россия поминает своих пропавших без вести на войне солдат. По инициативе поискового движения России этот день законодательно объявлен Днем Неизвестного солдата.
Вспомним в этот день и тех, кто пропал без вести и остался неизвестным солдатом еще и не дойдя до фронта.
Хочется надеяться, что наша республика поддержит почин родных бойцов Чувашских строительных батальонов по увековечению их памяти и сумеет разыскать возможность установить в городе Углич Ярославской области достойный памятник их трудовому подвигу в самые трудные дни не только 1941 года, но и всего прошлого столетия, когда решалась судьба Отечества. Памятник бойцам строительных батальонов, получившим самое высокое народное признание ополченцы, своим трудом и своими жизнями прославившим и родную республику, и свой родной чувашский народ.

Фото автора