Как писатели встретили новый год?

Анна ГЕДЫМИН:

1. Это был самый фантастический, задушевный, многолюдный новогодний праздник в моей жизни. По завету классика – «не выходя из комнаты», за одним столом собрались друзья из разных городов, стран, часовых поясов. Встретились те, кому не удавалось повидаться уже много лет. Болтали, провозглашали тосты, делились настроениями и мыслями, пели, читали стихи… Принеся много бед, ушедший год подарил нам один бесспорно полезный навык: свободно общаться в Интернете – и дружески, и по работе. Не представляю, как бы я пережила карантин без этого умения. Вот бы ещё, развивая фантастический сюжет дальше, научиться общаться с теми, кого уже нет на земле…

2. Вряд ли буду оригинальна: я жду от нового года окончания пандемии и возвращения к нормальной жизни. К реальному, а не виртуальному общению – на литературных вечерах, на фестивалях, в литературных клубах. Привычное для писателя уединение и вынужденная изоляция – это совсем разные вещи. Уединение плодотворно, а вот изоляция, да ещё под градом трагических новостей, действует удручающе, изматывает. Я человек не очень общительный, но всё равно к концу года как-то обессилела, в стихах появились тоскливые и безотрадные ноты, вообще-то мне не свойственные. Очень надеюсь, что в 2021-м мы сможем преодолеть ковид-19. Смогли же китайцы.

Александр МЕЛИХОВ:

1. В уединении. Которое не есть одиночество. Если раньше старшему поколению приходили в голову грустные мысли: «Раз не навещают, значит не любят», – то теперь появилась возможность думать нечто противоположное: «Раз не навещают, значит любят, берегут».

И я вспоминал свой лучший Новый год, на пороге которого отец с присущей ему деликатностью сообщил одновременно и о маминой операции, и о том, что ей уже лучше. А то, что это было 31 декабря, – такие пустяки он в расчет не принимал. Но мне повезло – я в тот же день долетел до Кустаная через Челябинск. И когда я последним посетителем пробился в мамину палату, по ее обтянутому почерневшему лицу покатились слезы.

Плакать она начала, только когда у нее появились мы с братом, – до этого она готовила себя к карьере Зои Космодемьянской.

Отец презирал языческие праздники, – его занимала борьба Сталина с Бухариным, – и ровно в десять отправился спать.

А я сидел часов до двух один, потягивал какую-то ритуальную бормотуху, пощипывая любимое отцовское лакомство – политую подсолнечным маслом картошку в мундирах, среди родной-родной старой мебели разглядывал родные-родные старые фотографии, и на душе было хорошо-хорошо.

Хорошо, когда есть кого радовать просто самим своим существованием.  

Вот и в эту Новогоднюю ночь я потягивал ритуальное винишко, пощипывая недоступный в былые годы виноград, прослушивал по телику родные-родные старые песни и размышлял, радую ли я сегодня хоть кого-то просто своим существованием. И нашел, что кое-кого все-таки радую.

2. Того же, чего и всегда. Может случиться все что угодно, но думать лучше о чем-то плодотворном. То есть от меня зависящем. А неприятности переживать по мере их поступления. Но самому на них не нарываться.