«Тут я хозяин и перспективы есть». Как новооскольцы развивают мясо-молочный бизнес

Своим героям газета задаёт три вопроса: почему они не уехали из села, каким видят своё семейное дело через 20 лет и что им снится?. «Уже не брошу»Дмитрий Чехов, 34 года. Глава крестьянско-фермерского хозяйства в село Голубино Это сейчас он владелец молочного стада, а до этого Дмитрий успел поработать школьным учителем труда и автодела, строителем в Сочи, грузчиком, слесарем, водителем в новооскольском холдинге. В прошлом году как начинающий фермер выиграл грант на развитие хозяйства – деньги пошли на покупку поголовья КРС и строительство ангара для скота.— Почему не сбежали в город?— Я пробовал жить в Белгороде, Сочи, Старом Осколе. Тянуло всегда домой. Очень. Вспоминался родительский дом, Оскол, который течёт прямо за нашим огородом, лес, одноклассники, друзья. Так и жил – от поездки до поездки в Голубино. Я тут родился, здесь всё моё. Сменил несколько городов и профессий. Пока я рос, учился, искал, где лучше, дома родители держали стадо. Отец больше 30 лет разводит молочное поголовье. Мама успевает работать на крупном предприятии и дояркой дома, на семейной ферме.Родители не молодеют, надо бы их поберечь, подумал и решил – продолжу семейное дело. Отец всё сделал, построил хозяйство, куда это всё девать? Чем ещё в селе заниматься? В холдинг возвращаться не хочется.Год назад я думал: если бы не стадо, не родители, с коровами никогда бы не связался. Сейчас, когда появился опыт, мысли другие. Я уже не брошу. Да, постоянно думаешь про риски. Надеешься, что всё будет хорошо. Получается или не получается – надо работать, и всё будет путём. Первое, что захотелось сделать на старте, – облегчить крестьянскую жизнь. В сельском хозяйстве, как нигде, много тяжёлого ручного труда. Взял денег в банке, купил самое необходимое. Стало полегче с заготовкой кормов. Теперь кредиты душат. Но без них я бы так сразу не поднялся. Домашнее стадо увеличилось, по бизнес-плану у нас должно быть 50 голов. Постепенно идём к этой цифре.Мне радостно, когда едят мою продукцию. У меня сын вырос на домашнем молоке. Перекупщикам товар не продаём, наработали свою клиентскую базу. Дачники, москвичи очень любят наше молоко. Из Москвы домой вернулась сестра Оксана. Она выучилась в Угличе на сыродела, и в хозяйстве решилась проблема с реализацией молока.— Задумывались о том, что будет с вашим бизнесом через 20 лет?— Идеальным вариантом было бы построить производство полного цикла – от поля до прилавка. Нужен маленький молочный цех с возможностью переработки тысячи литров сырья за смену. Хочется, чтобы сын продолжил то, что начинал его дед. Пока мой ребёнок говорит, что станет полицейским. Надеюсь, подрастёт и передумает.— Фермерам что‑нибудь снится?— Ни-че-го! Вечером упал в кровать – и как в пустоту провалился. «Мои олени»Роман Косухин, 43 года. Глава крестьянско-фермерского хозяйства в урочище Красная ДолинаРоман выращивает крупный рогатый скот мясных пород. У него три высших образования – агрономическое, юридическое, экологическое.Ребёнком его отправляли из города на каникулы в деревню, где он научился ездить верхом на лошади, пасти коров и зарабатывать первые деньги. Позже один колхоз выдал ему направление на учёбу, рассчитывая заполучить главного агронома в хозяйство. Однако колхоз развалился, а молодой специалист-аграрий ушёл в милиционеры. — Почему не сбежали в город?— Я городской житель, в Белгороде у меня семья, дом. И город мне нравится. Бываю там каждые выходные. Всю рабочую неделю и днём и ночью нахожусь здесь. Я тут хозяин, сторож, механик и скотник в одном лице.На земле сейчас лучше работать, потому что есть перспективы развития. Особенно сейчас, в эпоху коронавируса, когда работу в городе сложно найти.  Свой грант я получил в 2018 году. Купил 90 коров и двух быков калмыцкой породы. По бизнес-плану в течение пяти лет должен увеличить поголовье настолько, чтобы сдавать в живом весе 28 тонн мяса в год. Сейчас в стаде около 200 голов.Я их оленями называю: это дикие коровы, которых никто не доит, потому что всё молоко высасывают телята. Людей боятся, к себе не подпустят, могут броситься на тебя – у меня однажды был случай. Телятся самостоятельно, причём могут и в снегу. К малышам не дают приблизиться, атаковать бросается сразу всё стадо. Любопытно, что самые добрые в стаде – быки.Очень социальные животные со строгой внутренней иерархией. Здесь работает закон джунглей – выживает сильнейший. К кормушке первыми подходят самые крупные быки и коровы, слабые едят последними. Не досталось – умирают. Но только не у нас. Зимой они способны питаться ветками деревьев. На базу (огороженный участок земли для скота – прим. авт.) ветки, кору деревьев объели, хотя у них всегда всё есть.За два года набирают более 400 кг. Телята, пока растут, находятся на подсосе у мамки. К осени молодых бычков разлучаем, отбиваем. На следующий год коровы опять приносят приплод. Кормим их с наших полей: ячмень, пшеница – всё своё.  По сравнению с домашним скотом содержание «калмыков» намного проще. Чем больше стадо, тем выгоднее бизнес. Самостоятельно начать такое дело, наверное, я бы не рискнул. Нас трое – все родственники. Семья всегда поддержит и поможет, а чужой никогда в жизни не будет так заинтересованно работать.— Вы уже думали о развитии? Что здесь будет лет через 20?— Будем держаться до последнего (смеется). Хочется, чтобы мясопереработка была своя – бойня и мясной цех. Электричество здесь есть, возможно, организуем производство.Сын в этом году поступил в Нахимовское военно-морское училище. Пусть пока послужит, получит профессию, а потом посмотрим. Если не придёт сюда, не возьмёт в свои руки хозяйство, будет жалко.— Какие сны снятся на базу с «оленями»?— Всё больше война. И рыбалка.