Племя Меря: что случилось с коренным народом Москвы

В рукописных хрониках VI век, принадлежащих перу готского историографа Иордана, впервые встречается упоминание о представителях крупного племени меря, населявших часть территории нынешней Владимирской, Ивановской, Ярославской, Костромской и Московской областей.

Однако уже к XIV веку от этого финно-угорского народа остались лишь считанные люди, которые, пытаясь сохранить чистоту своей крови и культуры, жили вдали от населённых пунктов. Последний раз название этого этноса встречается в «Житии Авраамия Галицкого», написанного Протасием в XVI веке, где значится, что на берегу Галичского озера проживали «человеци по дубравам некрещении, наричеми меря».

Пытаясь разгадать тайну исчезновения довольно многочисленного племени меря, историки выдвигали разные варианты случившегося.

Ассимиляция

Наиболее вероятной считается версия ассимиляции народа меря со стороны восточных славян, пришедшими в центрально-европейский регион современной России с южных районов.

Согласно изысканиям Василия Ключевского, проникновение славян на исторический ареал проживания мерян носило не завоевательный и насильственный характер, а напротив было мирным и взаимовыгодным.

Меряне, занимавшиеся преимущественно земледелием и скотоводством, рыболовством и охотой, отличались исключительно миролюбивым характером. Позволяя славянам спокойно занимать пустовавшие земли, меря получали от них военную защиту от совершавших постоянные набеги врагов.

Славяне, вобравшие в себя к тому моменту множество этносов, к примеру, вятичей, радимичей, северян, представляли собой хорошо организованное в социально-экономическом отношении племя, по уровню развития несколько опережавшее меря.

Без кровопролитий и конфликтов гармонично влившись в славянское общество меряне, находившиеся в авангарде финно-угорского мира, делились с ними своими культурно-хозяйственными достижениями и параллельно перенимали опыт дружественных колонистов.

Согласившись стать частью единого Древнерусского государства на основе христианской веры и славянского языка, меря сохранили за собой право этнической самоидентификации и возможность общаться на родном языке, о чём есть упоминание в житии ростовского епископа Леонтия.

Лояльность славян к представителям племени меря в конечном счёте привела к тесному взаимопроникновению культур этих двух этносов и фактическому стиранию между ними национальной грани. Меряне, не испытывая к себе негативного отношения, постепенно интегрировались в более многочисленное пришлое племя, став частью славянского мира.

Активному симбиозу финно-угорской и русско-славянской этнолингвистической единицы способствовало золотоордынское нашествие, на долгие годы прервавшее культурные контакты меря с родственными им народами Поволжья.

Слияние с марийцами

Альтернативная версия, которой придерживался исследователь финно-угорских этносов Матиас Кастрен, свидетельствует, что представители племени меря, не желая принимать монотеизм, вынуждены были уйти с исторической территории проживания на восток в сторону уральских гор, где примкнув к «протомарийским» племенам, стали одними из прародителей марийского этноса.

Произошло это событие после 1024 года, когда на Суздальское княжество обрушились природные катаклизмы в виде небывалой засухи, суховеев и преждевременных заморозков. Жрецы племени меря убедили своих сородичей, что причина этих неприятностей кроется в отказе от идолопоклонничества, и такое положение вещей будет продолжаться до тех пор, пока они не откажутся от христианства и не вернутся к своим религиозным истокам. Вспыхнувшее на этой почве восстание меря достаточно быстро было подавлено войсками Ярослава Мудрого, приказавшего отправить зачинщиков восстания в изгнание.

В этот самый период произошло разделение меря на три группы: первая — приняв крещение, осталась на насиженных местах; вторая – в поисках лучшей доли ушла в районы южней Волги (по правому берегу), а третья – отправилась на территории северней Волги (по левому берегу).

Те, кто направился на юг, впоследствии образовали основу марийского этноса, а «северные» меряне, осваивая труднодоступные области Заволжья, достигли новгородской земли и создали там «костромскую меря», ревностно оберегавшую свою религию, язык и традиции.

Когда государственные амбиции Киевской Руси достигли Новгорода, «костромская меря» вновь двинулась на восток и, добравшись до берегов реки Ветлуга, повстречалась со своими южными собратьями, которые к тому времени уже превратились в марийцев.

Образовав в XII веке общую страну черемисов, эти две ветви народа меря, тем не менее, сохранили в себе отличительные черты: «северные» меряне в культурно-бытовом плане были близки к новгородцам, а «южные» к жившему по соседству тюркскому племени булгар.

Приверженцы этой версии предлагают скептикам проехаться по населённым пунктам республики Марий Эл и увидеть своими глазами, как в одной деревне можно встретить марийцев, принадлежащих к двум разным антропологическим типам: одни представляют собой смуглых людей с узким разрезом глаз, а другие светлокожие с голубыми глазами. Вот они то и являются потомками «костромского меря».

Наследие меря

Несмотря на то, что представители племени меря давно смешались с другими этносами, за века своего существования они успели оставить свой след в истории.

Именно благодаря их усилиям на карте России появились замечательные города Суздаль и Плёс, Углич и Галич, Переяславль-Залесский и Владимир на Клязьме, которые все по ошибке причисляют к исконно славянским поселениям.

Канувший в небытие мерянский язык кажется не таким уж мёртвым, когда выясняется, что топонимы с окончанием «-гда», «-га» и корнем «-нер-», например, Шогда, Судогда, Вологда, река Ветлуга, озеро Неро, Нерехта восходят к лингвистической традиции этого этноса.

Произнося название города Талдом, современники говорят по-мерянски «дубовый дом», в то время как река Дубна не имеет никакого отношения к этому дереву, поскольку её название связано с мерянским словом, означающим «болото».

К наследию мерян лингвисты относят русские взаимоусиливающие слова, жить-поживать, жив-здоров, и знаменитое сказочное жили-были, а также букву «Ё», отсутствующую в славянских языках, не имевших контактов с этим племенем.

А самым знаменитым словом, которое российскому народу подарили представители племени меря является топоним «Москва», произошедший от корня «моска», то есть «конопля». Оказывается в древности, вокруг столицы возделывали конопляные поля, урожай которых шёл на изготовление пеньки, необходимой для шитья одежды и тары.