Настоящий полковник
На войне Александр Белов ловил немцев, а в мирное время – воров и убийц. Он еще помнит время, когда жестоких преступников ставили к стенке, и в свои 95 без запинки называет номера статей уголовного кодекса из далеких 50-х – А ведь я боялся милиции и подумать не мог, что отдам работе в органах почти сорок лет, – говорит ветеран.
В 16 лет паренек из маленькой деревеньки Колосово неподалеку от Перебор попал на Волгострой. Через год ушел в армию и несколько месяцев провел в запасном полку на станции Котельнич. Учился на разведчика.
Летом 43-го новобранцев перебросили в Дмитров, там по приказу Сталина формировалась легендарная 98-я воздушно-десантная Свирская дивизия.
– Десантников держали в запасе, около года мы жили в землянках, готовились и ждали, когда же в бой. Однажды по тревоге нас вывезли на аэродром – хотели бросить под Киев на Днепр, но планы командования изменились, и мы остались, – рассказывает Александр Иванович.
Все сражения были еще впереди. В июне 44-го дивизия воевала на Карельском фронте, в районе реки Свирь, между Ладожским и Онежским озерами. Войска освободили Карелию и в составе Украинского фронта участвовали в боях по освобождению Венгрии, Австрии и Чехословакии. Разгромили вражескую группировку Шернера. У разведчика Белова за всю войну – ни царапины.
– Моя задача была – лежать и выявлять боевые позиции врага, – объясняет он свою неуязвимость. Но явно скромничает. В наградном листе черным по белому написано, какой он герой.
«В боях в районе Оденхоф (Германия) спустился по склону высоты лесом, пробрался в тыл к противнику и забросал группу немцев гранатами. Сорвал контратаку немцев.
22 апреля 44-го Белов первым ворвался в австрийский Пухберг, расстрелял в упор трех немцев и взял в плен подполковника немецкой армии».
Рыбинцу тогда было всего 19 лет.
За это Александр получил первую боевую награду – орден Славы 3-й степени. Медаль «За отвагу» ему вручили за обнаружение в венгерском лесу под Варпалотой самоходки противника. Ни разрывы снарядов, ни выстрелы не могли остановить молодого бойца.
В армии Белов прослужил до 1948 года – после войны войска перебросили на Дальний Восток из-за напряженных отношений Союза с Америкой. – Вернулся я в деревню, а от населения осталось всего ничего. Из 11 домов жилых только 4, хозяева остальных погибли на фронте, – говорит ветеран. – Стал работу искать, да с образованием в шесть классов сельской школы это оказалось непросто. Поработал на заводе недолго, а потом меня пригласили в милицию. Тогда она подчинялась министерству госбезопасности.
Так Александр Белов стал оперуполномоченным уголовного розыска. Днем боролся с преступностью, а по вечерам учился в вечерней школе.
— Мое отделение милиции № 1 располагалось на Димитрова. Рабочий день длился с 10 до 17, три часа перерыв, и с 20 до 24 часов. При таком графике учиться было сложно, я даже писал рапорт на увольнение, но меня не отпускали, – улыбается он. – Я окончил оперативную школу в Таллине, еще три года проучился в Костроме на заочном отделении и получил диплом правоведа.
Первое раскрытое преступление он помнит до сих пор. На Собачьей площадке – так называли участок на пересечении улиц Васильевской (Кольцова) и Крестовой – из курятников исчезла птица. В том числе обокрали и сарай городского прокурора.
– Я опросил всех соседей, и один из них меня насторожил. Ранее судимый товарищ быстро раскололся. Ему дали условный срок, но потом я еще не раз сажал этого рецидивиста. Квартирные кражи случались часто, воры проникали в дома через форточки. Однажды на Чкалова ограбили квартиру начальника первого почтового отделения. Она пришла на обед и увидела, что пропали вещи и пачка денег. Единственное, за что можно было зацепиться, – подпись бухгалтера на одной из купюр. По ней и искали вора. Я направил телеграмму ярославским коллегам. В Ярославле преступника задержали и этапировали в Рыбинск.
А вот еще случай. Пропал чемодан с вещами. Подозреваемый – молодой несудимый парень. Выяснилось, что совершив кражу в центре города, он на пароме (моста через Волгу тогда не было) добрался до деревни Мелкой за Слипом. Похищенное спрятал в сарае с сеном.
В то время, по словам ветерана, на плечи оперуполномоченного ложилось больше обязанностей, чем сейчас. Опер выезжал на место происшествия вместе со следователем, собирал доказательственную базу, опрашивал свидетелей и подозреваемых, вел расследование и избирал меру пресечения обвиняемому. Только после этого дело забирал следователь.
– За одним вором мне пришлось побегать. Он только вышел из мест лишения свободы и снова взялся за старое. Обчистив квартиру, из Рыбинска рванул в Арефино к отцу-сыровару. Ехал на рейсовом автобусе в драном пальтишке, чем и привлек внимание остальных пассажиров. Мне потом пришлось их всех разыскать и опросить. До места он добрался, переоделся, и к жене – в Углич. Чуя за собой хвост, оттуда собрался бежать на Урал. Но мы вовремя перехватили все вокзалы и задержали преступника.
Чтобы взять нарушителей закона тепленькими, оперативникам приходилось быть и подсадными утками. Когда в рыбинских кафе банда обчищала кассы, Белов с коллегами, получив по три рубля от руководства, шел в забегаловку, садился за столик с кружкой пива и выжидал. Грабители и не подозревали, что посетители – люди в погонах. В кафе в Веретье одного преступника задержали с поличным.
Приходилось Белову раскрывать и громкие, резонансные дела. Убийство двух мастеров моторостроительного завода на Скомороховой горе в начале 50-х наделало много шума. Мужчины возвращались с ночной смены, и на пути им встала группа подростков. Молодежь требовала денег, а на отказ ответила кулаками. Мужчин забили до смерти и вывернули у них карманы.
— Тогда по тревоге подняли весь гарнизон, — вспоминает Белов. – Мы нашли преступников, один сразу сознался, остальные – позже. Убийц приговорили к смертной казни и расстреляли – в стране еще существовала высшая мера наказания. Та же участь постигла убийцу, зарезавшего трех женщин в Переборах. Он пришел к сестре просить на выпивку, та не дала. Мужчина пырнул ее ножом в живот. В квартире находились еще две дамы, их он тоже зарезал. Когда мы пришли на задержание, преступник пил водку у товарища и даже не понял, что совершил убийство.
В первом отделении милиции Александр Белов отработал 10 лет. Всех карманников знал поименно.
– Они собирались в ресторане на Пролетарке (ныне – Стоялая). Как я зайду, так они врассыпную, – вспоминает полковник. – Ежегодно я расследовал по 50 дел, 12–15 из которых так и оставались темными. Городской отдел забирал такие дела, только если была хоть какая-то зацепка. А если нет… Как только ожидалась комиссия с проверкой, безнадежные дела отправлялись в топку. Я и сам сжигал. Сейчас Рыбинск – лидер по раскрытию в Ярославской области. Регулярно интересуюсь положением дел.
В 1962 году Александр Белов возглавил Большесельское РОВД. Когда районное отделение упразднили, он стал начальником Рыбинского отдела вневедомственной охраны. А потом руководил службой участковых Пролетарского района.
Точку в карьере правоохранителя ветерану пришлось поставить из-за ЧП.
– Я отправил наряд на охрану общественного порядка. Как потом выяснилось, один милиционер до наряда выпил красного вина. Поехал к приятелю в гараж, тот в шутку бросил, мол, твой пистолет бесполезный, даже стену не пробьет. Ну и проверили. На беду мимо проходил мальчонка лет семи, пуля попала в него. Ребенок погиб.
Отставной полковник Белов работал начальником спасательной службы в Заволжье, директором гостиницы УВД. А потом с приятелем создал в Рыбинске охранную организацию «Алекс».
Более 15 лет он был бессменным председателем совета ветеранов УВД. И до сих пор в свои почтенные 95 не пропускает торжества, связанные с родной милицией.