Куда отправиться в отпуск после карантина: топ-10 самых лучших мест России для путешествий

Недалекое прошлое вгоняет в тоску: согласно недавно проведенному опросу, 20 процентов россиян признались, что им тоскливо при просмотре чужих фотографий из путешествий, 15 процентов упомянули про раздражение и 8 процентов — про зависть. Недалекое настоящее тоже не вселяет оптимизм: из-за угрозы распространения коронавируса премьер-министр Михаил Мишустин порекомендовал россиянам отказаться в этом году от отпуска за границей. Что остается? Немного успокоившись, заняться внутренним туризмом. Благо интересных мест для этого навалом. Составить топ-10 самых небанальных маршрутов МОСЛЕНТА попросила рассказать этнографа, путешественника и автора книги «Люди на карте. Россия: от края до крайности» Владимира Севриновского. Алтай: «Ничего красивее не видел!» «В моем личном топе — особенно в той его части, что касается природы — на первом месте безусловно стоит Горный Алтай. Я, кстати, сам собираюсь туда смотаться в ближайшее время… Честно скажу: посетив порядка 75 стран, ничего красивее я не видел! Идеальное время, чтобы туда поехать — август и начало сентября. Но даже сейчас там днем уже больше 20 градусов тепла. Инфраструктура в Горном Алтае относительно развитая, так что каждый может выбрать отдых по себе. Для любителей спокойного отдыха тут построили неплохие гостиницы в красивых местах, а для людей вроде меня есть отличнейшие горные походы — как пешие, так и конные. Единственный недостаток путешествия на лошади — есть шанс вернуться домой потолстевшим. Кроме того, тут есть еще сплавы по рекам и автомобильные туры. Имейте в виду: на Алтае невероятно вкусная вода в родниках и реках и рыба, например, хариус». Камчатка: «Медведи не обидят, если ты не идиот» «В России это одно из главных туристических направлений для иностранцев, потому как на Камчатке можно без проблем найти кучу самой разной экзотики. При этом билеты туда стоят довольно по-божески. Что здесь есть из достопримечательностей? Во-первых, геотермальные воды. То есть живешь ты, например, зимой в избушке, отапливаемой из природных источников, выходишь из нее по снегу и тут же ныряешь в теплый бассейн. Во-вторых, огромнейшее количество медведей и лис — рай для фотографов дикой природы. Опасно ли это? В августе, когда лосось идет на нерест, хищники сыты и сравнительно неагрессивны — если, конечно, ты не полезешь обниматься с медведицей и медвежатами, но для этого нужно быть совсем уж идиотом. Минус один: попасть в самые туристические места Камчатки — в ту же долину Гейзеров — весьма затратно, потому что заброска осуществляется вертолетом. Желающим сэкономить я бы посоветовал объездить окрестности Петропавловска-Камчатского, где есть несколько интересных сопок, и добраться автобусом до села Эссо». Байкал: «Подойти к поездке небанально» «Это суперраскрученное место, однако к поездке на Байкал можно подойти и небанально. Поясню, в то время, когда я там был, большинство туристов ломилось на остров Ольхон. Ничего плохого о нем не скажу: это нормальный туристический остров, где можно покайфовать, посмотреть на псевдошаманов, покататься на лошадках. Но есть и более занятные варианты. Один — зайти со стороны Бурятии. Тем более, что сама Бурятия место крайне интересное. Можно заодно подняться по реке Баргузин, посетить Баргузинский заповедник, пообщаться с интересными людьми, посмотреть красивую природу и при этом избежать адовой толпы туристов. Второй же — ехать на Байкал зимой, потому что байкальский лед невероятно красив и фотогеничен… Но вообще Байкал можно исследовать со всех сторон. Если с юга — то можно посмотреть Кругобайкальскую железную дорогу, которая сама по себе уникальный инженерный памятник. Я шел по ней пешком три дня — вдоль Байкала, среди красивейших мест. А с севера Байкала — если проехать чуть дальше по БАМу, можно добраться до Чары, чтобы посмотреть урочище Чарские Пески и хребет Кодар». Ямал: «Вкуснее рыбы не ел!» «Попасть сюда относительно просто — поезд из Москвы до Ямала идет всего две ночи. При этом Ямал — просто космос. Если с помощью туристической компании или, договорившись с оленеводами, добраться до тундры, можно увидеть людей, до сих пор ведущих традиционный образ жизни, что и невероятно интересно, и невероятно красиво, и невероятно фотогенично. Вместе с детьми я бы ехать «дикарем» не рекомендовал, потому что условия тут, конечно, непростые. А вот взяв тур, почему бы и нет. К тому же, как и везде на севере, на Ямале отличная еда — более вкусной рыбы, чем северная, я вообще не ел! Причем подают ее в самом простом виде. Та же строганина настолько прекрасна, что не требует особых кулинарных изысков, хотя в Якутии есть рестораны, превратившие местные блюда в высокую кухню». Колымский тракт: «Оленеводы похожи на эльфов» «Это знаменитая гулаговская «дорога костей», интересная по многим пунктам. Начинать путешествие можно в Якутске, который, хоть и находится в вечной мерзлоте, красив и полон жизни. Отдельно хочу отметить, что здесь удивительная власть. Приехав в город по делам, я пошел в мэрию. У входа сидит охранник, которому я протягиваю паспорт. А он, удивленно на меня посмотрев, спрашивает: «Зачем?» Для меня тогда наступил момент истины: а ведь и правда, зачем? Зачем я везде должен совать свой несчастный паспорт? Зачем его везде должны смотреть? В Якутске в мэрию может зайти абсолютно любой человек и без проблем подняться на этаж, где работает мэр. Фантастика! Не могу не сказать и про ресторан «Рекаозеролес», где местная еда настолько крута, что я ел там каждый день в течение двух с половиной недель, и мне не надоело. А я человек в еде весьма привередливый. После Якутска с его рынками и окрестностями я советую отправиться по Колымскому тракту в Оймякон — знаменитый Полюс холода. Хотя с ним за звание самого «отмороженного» населенного пункта мира борется и Верхоянск. В марте, к примеру, я там застал слет Дедов Морозов. Собрались и русский Дед Мороз из Углича, и карельский Паккайне, и, конечно, якутский Чысхаан. Он, помнится, повел финского Йоулупукки париться в баню. Они там дерябнули водочки с начальником местной администрации, с которым в итоге Йоулупукки договорился, что приедет в Оймякон летом охотиться на оленей… Для меня поездка к местным оленеводам была большим опытом. Представляете, они до сих пор скачут на оленях верхом, словно эльфы в фэнтези вроде «Властелина Колец». Помимо оленей, здесь еще пасут лошадей, благодаря чему я до сих пор помню, как готовить жеребячьи кишки. Жаль, что летом из-за разлива рек сюда бывает сложно добраться. Заканчивается Колымский тракт в Магадане. Есть стереотип, что этот город — средоточие ада. Что действительности не соответствует совершенно. Наоборот! Ты едешь через мрачные города и полузаброшенные деревни, через вечную мерзлоту, и вдруг оказываешься в симпатичном городе на берегу моря с активной молодежной жизнью, с людьми, ставящими ловушки на крабов, и буддистами, готовящими суши. Я в Магадане просто отдыхал душой! Дальневосточная авиация спонсируется государством, поэтому билеты сюда не очень дорогие, где-то в районе 14 тысяч рублей, что вполне по-человечески, учитывая, сколько времени лететь. Но вообще это, конечно, маршрут для людей с более-менее приличным уровнем дохода: еда в пути между Якутском и Магаданом стоит очень дорого. Возможно, дороже, чем где бы то ни было в России». Чечня — Дагестан: «Оптимально для недели» «Если говорить об этнографическом опыте, самые крутые места России — крайний север и крайний юг. Что до последнего, то это, конечно, наши северокавказские республики. Методом проб и ошибок я выработал, кажется, оптимальный недельный маршрут по Дагестану. Начинается он в соседней Чечне. После осмотра Грозного мы с туристами едем на озеро Кезеной-Ам, до которого добираться часа два с половиной. Там есть неплохой отельчик — такие честные три звезды. В нем можно и заночевать, а утром отправиться в Ботлихский район Дагестана, где начинаются настоящие чудеса. Скажем, в селе Рахата находится единственная в России фабрика бурок. А в селе Кванхидатли женщины добывают соль. Дальше стоит отправиться в Унцукуль, чтобы посмотреть работу местных мастеров, которые делают на дереве узор, забивая в него сотни кусочков металлической проволоки. Ночевать в Гунибе — легендарном селении, где был пленен имам Шамиль. Весь следующий день посвятить старинным селам Чох, Гамсутль и Согратль. Затем поехать на обед в Балхар, где женщины делают традиционную глиняную посуду. Здесь, кстати, открыли и этноцентр, и хостел. Оттуда отправиться в аул ювелиров Кубачи, переночевать там, затем поехать в Дербент, один из старейших городов России, а дальше в Махачкалу, недалеко от которой можно посетить Сарыкум, самый высокий одиночный бархан Евразии, и Сулакский каньон, самый глубокий в Европе». Ингушетия: «Маршрут для бодрых» «Когда люди просят посоветовать, что посетить на Северном Кавказе, я всегда спрашиваю, сколько у них свободного времени. Если неделя, то предлагаю отправиться по тому маршруту, который описал чуть выше. А, если один-два дня, то советую посмотреть горную Ингушетию. В ней на довольно маленьком пространстве огромная концентрация всего суперинтересного. Здесь и древние башенные города, и Тхаба-Ерды — один из древнейших христианских храмов России, и Столовая гора с языческим храмом Мят-Сели. Впрочем, восхождение на нее — занятие для самых бодрых. Часто спрашивают: мол, не опасно ли ехать в Ингушетию, Чечню, Дагестан девушкам? Отвечаю: ровно так же, как и в другие регионы России. Попасть в неприятную ситуацию одинокой девушке можно везде. Но, если она — опытная путешественница, то риски для нее минимальны. Так что вот единственная важная рекомендация, которую я могу дать женщинам, отправляющимся на Северный Кавказ: если вы хоть немного сомневаетесь в человеке, если не уверены в нем на 120 процентов, никогда с ним не пейте. Потому что практически все известные мне попытки изнасилования случались именно после совместных возлияний. Видимо, в этом случае у кавказцев срабатывает в голове какой-то тумблер: если девушка со мной бухает, значит она доступна. Что же до туристов-парней, то я бы посоветовал им не надевать шортиков. В Чечне за это может прилететь. А в Дагестане скорее всего не прилетит, но относиться к вам будут без уважения, поскольку ваши шорты показывают, что вы неуважительно относитесь к местным. Ну, и еще в Чечне не стоит материться, потому что за это вас могут и в больницу отправить: известную фразу они воспринимают как конкретное оскорбление их матери — со всеми вытекающими последствиями». Калмыкия: «Видел, как рыдали серьезные люди» «Весной цветущая калмыкская степь совершенно офигенна, но в этом году весной все равно все сидели по домам. В Калмыкии монголы, которых пригласили сюда возрождать верблюдоводство, пасут своих верблюдов. Живут они в юртах, скачут на своих маленьких лошадках — кажется, будто ты оказался в глубокой древности. Но вот что самое главное: на границе Калмыкии и Ростовской области есть заповедник, в котором проживают — с минимальной долей натяжки — единственные мустанги в Европе. То есть одичалые лошади, живущие без человека уже несколько десятков лет, а потому вернувшиеся к той структуре табуна, которая существовала до одомашнивания. Поэтому и к двуногим гостям они относятся совсем не так, как домашние лошади. Я видел, как серьезные люди, топ-менеджеры, рыдали, как дети, когда дикая кобыла позволяла им погладить своего новорожденного жеребенка. Это ни с чем не сравнимое чувство! Увы, сейчас этих лошадей время от времени отстреливают, потому людей они стали опасаться и, чтобы завоевать их доверие, нужно много времени. Но, когда я приехал сюда в первых раз, когда вошел внутрь табуна, лошади обступили меня со всех сторон, осторожно трогали копытами и смотрели с каким-то исследовательским интересом… Для меня это, пожалуй, одно из главных мест в мире!» Поволжье: «Регион для пытливых» «Это регион для пытливых людей, потому что в Поволжье нужно ходить по всем местам финно-угорской культуры и исследовать их. В Удмуртии рассыпано, например, множество культурных центров, небольших интересных музейчиков… Однажды, договорившись с руководством такого музея, я с подругой ночевал в тюрьме, где в позапрошлом веке отбывали сроки ссыльные. Спать на старинных нарах, поверьте, очень крутой опыт — особенно с красивой девушкой. В итоге мы очень творчески провели время. В Поволжье полно интересных языческих традиций: люди ходят в святилища, ночами приносят жертвы. Но, чтобы их увидеть, вам придется договариваться уже на местах. Представить, что там происходит, можно, посмотрев фильм «Небесные жены луговых мари». Куда вам брать билеты? Ну, смотрите: Поволжье включает в себя три финно-угорские республики — Мордовию, Марий-Эл и Удмуртию. Все они по-своему интересны и исследовать можно любую из них». Лосиный заказник «Сумароковский» — Центр спасения медвежат-сирот: «Проснуться диким зверем» «Деревня Сумароково — это Костромская область. В советское время люди думали стратегически, а потому решили, что у каждого климатического пояса России должно быть «свое» животное, более всего подходящее для народного хозяйства. В средней полосе это корова, на юге, в горах — овца, в пустыне — верблюд, в тундре — северный олень. А вот с тайгой вышел прокол. И тогда было решено одомашнить там лося. Понастроили фермы и придумали вот какой метод одомашнивания: едва лосиха рожала, лосенка у нее забирали, а вместо него сажали нескольких женщин. «Е-мое! Что это я родила!» — думала лосиха, глядя на них. Но, раз уж родила, начинала кормить. То есть вела дикий образ жизни, но несколько раз в день приходила на ферму, где ее и доили… Это молоко очень подходило для лечения туберкулезников. Все это оказалось экономически неэффективным. С распадом СССР почти все фермы были закрыты, а лоси съедены. А вот в деревне Сумароково лоси остались до сих пор. И смотреть на них — одно удовольствие. Особенно для детей. Второе место: Центр спасения медвежат-сирот в деревне Бубоницы Тверской области. С ним тоже связана мощная история. Жил-был молодой горожанин, который однажды осознал, что хочет удалиться от людей и жить на природе. Он устроился егерем, поселился в тайге и охотился на медведей. А, в итоге сам стал похож на старого медведя, начав понимать этих животных куда лучше многих специалистов. Постепенно он разработал систему воспитания медвежат-сирот и организовал для них интернат. Теперь их свозят к нему со всей России… Медведя воспитывать достаточно просто. Все, что ему нужно для жизни, у него «зашито» в голове от рождения — и как рыть берлогу, и как охотиться. Поэтому единственная задача людей, которые его растят, это сделать так, чтобы косолапый не понял, что его воспитывают люди. Так что все работники Центра ходят в специальных балахонах, молчат при животных и так далее. Так они доводят медвежонка до первой зимовки. А, когда он из нее вылезает, у него случается «обнуление»: по весне он просыпается полноценным диким зверем. Им ставят метки и отпускают на волю… Центр находится в деревне, где несложно найти место для ночлега. За вход, скорее всего, придется заплатить, но это того стоит!»