Три засухи, потоп и гербициды

Почему в Удмуртии отсутствует система предупреждения чрезвычайных ситуаций в сельском хозяйстве?

С периодичностью раз в три года в Удмуртии вводят режим чрезвычайной ситуации в сельском хозяйстве. Трижды – в 2010, 2013 и 2016 годах – причиной была засуха, а в 2017, 2019 году режим ЧС ввели из-за затяжных дождей. Раз в три года Девять лет назад режим ЧС вводили в 22 районах, тогда погибло больше 25% посевов зерновых, ущерб составил в ценах 2019 года порядка 2 млрд руб. Федеральный центр тогда помог региону… кредитом, и это была последняя прямая помощь, оказанная пострадавшей от засухи республике. В 2013 году, когда пострадало 35% посевов, а ущерб оценили в 1,5 млрд, и в 2016-м, когда ущерб составил 4 млрд рублей, региону пришлось справляться собственными силами. Впоследствии региону что-то компенсировали из федеральной казны, но помощь эта оказывалась не вовремя и далеко не в полном объеме. Судя по всему, не стоит рассчитывать на нее и в этом году. Обильные дожди поспособствовали введению в 2017 году году на территории республики режима чрезвычайной ситуации, связанного с переувлажнением почвы. Сельхозпроизводители наблюдали гибель посевов сельскохозяйственных культур. Площадь погибших посевов тогда составила 43,7 тыс. га. В этом году режим ЧС на территории Удмуртии ввели 15 августа, и ситуация, по словам главы минсельхоза Ольги Абрамовой, одинаково плоха на всей территории Удмуртии. «Юг не может собрать, потому что все лежит и выехать в поле невозможно, север не может собрать, потому что все еще зеленое», - заявила она. Компенсаций не ждать? В ГУ МЧС России по Удмуртской Республике «Udm-info» рассказали, что сельхозпроизводители из-за переувлажнения почвы могут понести значительные убытки. Режим ЧС позволит подстраховать селян на случай, если погода не улучшится, и в дальнейшем компенсировать ущерб. О возможной помощи региону из федерального центра в связи с режимом ЧС в минсельхозе говорят крайне осторожно. Во-первых, ущерб от постоянных дождей еще не подсчитан, на сегодня известно, что от переувлажнения почвы уже пострадали 280 сельхозпредприятий и больше 450 фермерских хозяйств, но их количество может еще увеличиться. А во-вторых, оказание помощи, по словам Ольги Абрамовой, зависит от того, «как мы поработаем». «Мы должны заявить, что не способны обеспечить в этом году свой регион фуражным зерном. Это проблема, зерно нужно будет где-то брать и кормить животных», - заявила она. На улучшение погодных условий, по словам министра, рассчитывать вряд ли приходится. Для того чтобы исправить ситуацию, селянам нужны, как минимум, 30 теплых и солнечных дней (10 на высыхание почвы, 20 – на работы), но взяться им неоткуда. До конца августа остается две недели, а рассчитывать на то, что весь сентябрь будет стоять благоприятная погода, в минсельхозе не могут, к этому нет никаких предпосылок. По данным Удмуртского гидрометцентра, средняя температура воздуха в июле была ниже нормы на 1,5-2 градуса, шли непрерывные дожди – месячная норма осадков была превышена на 110-180%. Проблема в миниатюре Плохое для сельского хозяйства лето случается в Удмуртии с периодичностью в три года, и на эту цикличность в минсельхозе республики должны были обратить внимание. Но если и обратили, то мер не приняли – министры сельского хозяйства в Удмуртии меняются едва ли не чаще, чем случается плохое лето. А подготовиться к плохим погодным условиям в министерстве могли, создав, например, запас фуража. Но ведомство, судя по всему, работает, что называется, «с колес» - пытаясь устранять последствия, а не предупреждая возможные проблемы. Словно в миниатюре, все это отразилось на ситуации с массовым мором пчел. В результате использования гербицидов на засеянных рапсом полях из 60 тыс. пчелосемей погибли, по официальным данным, 59 (на 213 пасеках), но эти цифры учитывают лишь те пчелосемьи, которые находились на зарегистрированных пасеках, сколько же их погибло всего, в точности не известно. При этом, как отметила министр Ольга Абрамова, в федеральных нормативных актах все давно написано. «Как предупреждать, как взаимодействовать, как оповещать, как обрабатывать, где размещать, – все это прописано и известно», - заявила министр, посетовав на то, что эти нормы не выполняются. Понимая это, минсельхоз Удмуртии берет на себя функции регулятора отношений между сельскими товаропроизводителями и пасечниками, в том числе, и их отношения будет регулировать уточненный и дополненный республиканский закон о пчеловодстве. «Все зависит от взаимодействия. И пчеловоды должны идти на контакт, и производители должны понимать, что без пчел не будет опыления, а следовательно – и урожая. Отраслью, буду откровенна, вообще никто не занимался, она существовала в формате хобби. Сегодня мы пытаемся выстраивать отношения», - заявила Ольга Абрамова. Что же касается потерь пчеловодов, то и они до сих пор подсчитываются. Министр прокомментировала лишь озвученную на федеральном уровне цифру в 1 трлн руб., как оказалось, в нее включены любые потери, в том числе, от полей, не опыленных пчелами и, соответственно, не давших урожая. «Мы такими данными оперировать не готовы, продолжаем считать ущерб», - подытожила министр. Проявили осторожность Прокомментировала Ольга Абрамова и проблему качества меда, собранного в этом году. По оценкам федеральных экспертов, на рынок в 2019 году может попасть отравленный мед, принесенный пчелами, пострадавшими от гербицидов. Минсельхоз Удмуртии, по словам министра, в курсе ситуации, однако к мониторингу качества поступающего на рынок меда имеет лишь косвенное отношение, этим занимаются Роспотребнадзор и Центр по сертификации. «Мы полагаем, что наличие пчел, которые принесли в пчелосемью химикаты – это потенциальная возможность заражения меда. Но с полной уверенностью об этом можно будет говорить только по результатам исследований», - осторожно заявила министр. Впрочем, осторожность проявляют и остальные участники рынка. По словам председателя правления кооператива «Муш» («Пчела»), пчеловода в четвертом поколении Сергея Эшмакова, причин для больших опасений нет. «Когда пчела собирает мед, она пропускает через себя все, словно фильтр. Она сама может умереть от пестицидов, но произведет хороший мед. Пчелам свойственно быстро изнашиваться и погибать. Запечатанный в улье мед не может быть отравленным», - считает он. В конце концов, например, мед, который пасечники привозят на ярмарки, проверяется. «У каждого пасечника при себе должны быть документы. Россельхознадзор разработал систему «Меркурий», предназначенную для оформления электронных ветеринарных сертификатов. Для того чтобы пустить продукцию в продажу, необходимо оформить соответствующие документы», - говорит Сергей Эшмаков. По районам Удмуртии ситуация заметно отличается. Художник Олег Санников, у которого небольшая пасека в Завьяловском районе, сетует на плохие погодные условия и медведей-разорителей ульев. По его словам, пчелы почувствовали опасность и решили подстраховаться, усилив семьи. «Мы приехали на пасеку, начали смотреть рамки, а меда нет. Оказалось, что пчелы очень активно размножались, было много расплода. Они, получается, работали не на производительность, а на то, чтобы прокормить расплод, и мы с 5 или 6 ульев кое-как набрали ведро меда», - говорит он. Рапсовые поля пестицидами в Завьяловском районе не обрабатывали. «Жалобы на подмор пчел нас не коснулись», - говорит Олег Санников. Что же касается отравления меда, то содержит он вредные вещества или нет, могут сказать только анализы меда и подмора. Сегодня в рамках федерального мониторинга специалисты Управления Россельхознадзора по Кировской области и Удмуртской Республике производят отбор меда как на пасеках, так и в торговых сетях республики. С начала 2019 года уже было отобрано 13 проб меда и направлено для исследований в ФГБУ «ВГНКИ» г. Москва и в ФГБУ «ТатМВЛ» г. Казань. И. о. замначальника отдела ветеринарного надзора Управления Россельхознадзора Мария Чижова рассказала «Udm-info», что по поводу массовой гибели пчел поступали жалобы от граждан, а также из МВД республики, (около 10 обращений по поводу массовой гибели пчел). На место выезжали государственные инспекторы отделов ветеринарного и земельного надзора для проведения осмотров и отбора почвенных проб. По итогам исследований Татарская межрегиональная ветеринарная лаборатория не выявила превышений содержания остаточных количеств пестицидов в почвенных пробах.