Адвокат Калинов: экспертиза подтвердила, что осужденный на 12 лет Губин оговорил себя

Тюменца Михаила Губина приговорили к 12 годам за то, что он справил нужду на улице: это увидели дети, и преступление квалифицировали как насильственные действия сексуального характера в отношении несовершеннолетних. Обвинение основывалось на показаниях детей, а также чистосердечном признании самого Губина. Независимая экспертиза показала, что последнее было самооговором.

Обвинения и пытки

Дело Михаила Губина началось в сентябре 2021 года. Полиция Тюмени задержала 37-летнего семьянина, мужчине предъявили обвинения. На суде он признался, что показывал гениталии детям, сидя в машине напротив двора, где они играли.

Позднее Губин рассказал о том, что в отделении полиции его якобы пытали: били, унижали, а также угрожали изнасилованием и применением электрического тока. Таким образом силовики хотели добиться совпадения показаний обвиняемого с рассказом детей. На суде следы побоев объяснили тем, что Губин якобы оказывал сопротивление при задержании и пытался покончить с собой, рассказал его адвокат Максим Калинов.

«Будет ряд рецензий по имеющимся медицинским экспертизам, которые говорили, что якобы повреждения, которые были у Губина, были из-за того, что он оказывал сопротивление. Я уверен, что медэкспертиза покажет другие результаты», — объяснил защитник.

После 16-часовых побоев, как писал Губин из СИЗО, он решил сказать то, чего от него ждали полицейские, чтобы избежать дальнейших пыток.

«Меня уверяли, что если мои слова подтвердят показания потерпевших, все закончится. <…> Я понимал, что больше не вынесу такого допроса и не желал испытывать то, чем мне угрожали», — писал он.

Сам мужчина уверял, что остановился напротив дома, во дворе которого играли дети, чтобы справить малую нужду, так как не мог терпеть. Делал он это сидя в машине, приоткрыв дверь автомобиля. Губин уточнял, что не заметил, как к автомобилю подошла одна из девочек.

Следователям в итоге он рассказал, что «демонстрировал детям половые органы». Суд приговорил его к 12 годам колонии строгого режима по статье 132 УК РФ.

Показания детей и родителей

Основой для дела против Михаила Губина стали показания детей — девочек 11 и семи лет. Мать одной из них Анна (имя изменено — примеч. ред.)

на суде объяснила, что дочь пришла домой и рассказала, что видела, как мужчина в машине держал свой половой орган. Женщина стала задавать наводящие вопросы и пришла к выводу, что против ее дочери совершили преступление. Также во время заседания Анна рассказала, что ребенок не был уверен в том, что увидел, так что согласился с версией взрослых.

Спустя несколько дней, когда Анна снова расспрашивала дочь о случившемся, девочка упомянула, что видела, как мужчина справлял нужду. Максим Калинов рассказал о том, что Анна даже написала заявление с просьбой отменить приговор.

Однако в полиции, по ее словам, принимать уточненные показания отказались. Более того, следователь якобы припугнул семью тем, что интересы их ребенка будут представлять органы опеки, если родители продолжат настаивать на новой версии.

Мать потерпевшей девочки сказала на суде, что, скорее всего, просто не разобрались в ситуации, и он невиновен. Более того, она написала апелляционную жалобу с просьбой отменить приговор

Максим Калинов

адвокат.

Однако суд не стал принимать во внимание эту информацию. После рассмотрения апелляционной жалобы приговор оставили в силе. Теперь, по словам адвоката, защита собирает новые документы, чтобы продолжить бороться за освобождение Губина.

Результаты экспертизы

По запросу Максима Калинова, в Ассоциации профессионалов детекции лжи провели экспертизу видеозаписей допроса Губина и следственного эксперимента. Специалисты пришли к выводу о том, что признательные показания могли быть получены под давлением и являются самооговором.

Президент Ассоциации, психолог и полиграфолог Олег Барышев рассказал, что на кадрах допроса Губин использует канцелярские выражения, характерные для полицейской документации, а в ответах — клише, а также ведет себя очень скованно, как будто боится сказать лишнее.

В своем заключении Барышев написал о «явных признаках заученности или навязанности информации», «самооговора» и «навязанной извне логики, формулировок».

«Профайлинговая часть исследования позволяет сделать выводы о том, что, вероятнее всего, сотрудники полиции „научили“ Губина, как надо отвечать, поэтому он боится сказать что-либо иное, несанкционированное ими. Версия о том, что из Губина „выбивали информацию“ и что также ему „вбивали информацию и показания“ сотрудники полиции, является существенной», — сказано в заключении экспертизы (документ есть в распоряжении «360» — примеч. ред.).

На некоторых фрагментах допроса, по словам Барышева, Губин говорил правду — эксперты способны определить это по поведению и манере речи человека. Например, мужчина был честен, когда рассказывал, что не стремился привлечь чье-либо внимание и думал, что дети не видят, что он делает.

У педофилов очень часто находят в телефонах и ноутбуках видеозаписи порнографии с малолетними. У Губина такого не было. Психолого-психиатрическая экспертиза показала, что он не педофил

Максим Калинов.

Также, по словам адвоката, скоро будет готова экспертиза видеозаписей допроса девочки, на чьих показаниях прежде всего основывалось обвинение. Мать ребенка рассказывала, что часть допросов проходила без видеофиксации и присутствия законного представителя, но суд не стал отмечать это как нарушение.