Вид сверху: кому помешали северные льготы в Карелии
С чего все началось? С части выступления министра сельского и рыбного хозяйства Карелии Владимира Лабинова на круглом столе в Госдуме РФ о поддержке агропрома, которая наделала много шуму. Выяснилось, что северянам нужны федеральные деньги. В том же животноводстве.
Маловато будет
«Еще есть одна проблема, она касается северных территорий, я представляю Север <…> это существующие социальные обязательства, еще с советских времен, по надбавкам к заработной плате, по дополнительному отпуску, по обеспечению проезда в любую точку страны за счет работодателя, - такое заявление сделал министр. - И эти льготы, которыми сегодня жители северных территорий пользуются, не обеспечены ресурсами федерального бюджета. На сегодня все эти льготы выплачиваются, обеспечиваются из кармана работодателя. Это одно из главных обстоятельств, препятствующих приходу частного сектора в молочное животноводство северных территорий».
Слов из песни не выкинешь: наблюдатели тут же предположили, что северные надбавки и компенсации в Карелии могут стать историей. Тем более что совсем недавно на эту тему возник другой большой скандал – после президентского указа о перечне северных территорий, в которой вдруг нашего региона не оказалось.
Тогда объясняться пришлось и карельскому правительству, и депутату Госдумы от Карелии Валентине Пивненко, для которой эта новость стала неожиданностью.
Сегодня же о «северных» вспомнил Минсельхоз. И тоже в Москве. Владимир Лабинов заявил, что журналисты неверно интерпретировали его слова, и в то же время уточнил: «серьезнейшей проблемой экономического развития нашей республики являются не северные льготы, а их бюджетная необеспеченность».
По его мнению, есть два способа развития местных «северов» - вахтовый (с «рабочим десантом» и модульным предприятием) и комплексный, с развитием инфраструктуры и пр. При этом первым вариантом логичнее заниматься бизнесу, с минимумом соцобязательств.
Второй – государственный, по которому страна идет еще с советских времен. Отсюда – федеральная поддержка и индивидуальные программы развития.
«Вопрос, который я поднял на круглом столе, в том, чтобы условия ведения бизнеса были точно не хуже и не сложнее, чем в центральных и южных регионах», - резюмировал чиновник, заодно обратившись к Валентине Пивненко и члену Совфеда от Карелии, магнату-рыбопромышленнику Игорю Зубареву.
Все равны?
Такое обращение к коллегам, по мнению наблюдателей, уже говорит о том, что Карелия самостоятельно справиться с «северными» финансово-экономическими сложностями не может. Однако с тем, что бюджетники и бизнес сегодня имеют разные условия на Севере, никто не спорит. Более того, местные частники проигрывают и коллегам из центральных регионов.
«Как быть с тем, что государство ставит в заведомо невыгодные конкурентные условия территории Севера? – рассуждает известный политобозреватель Анатолий Цыганков. - Продукция, производимая на северной территории, не конкурентноспособна по сравнению с тем же продуктом, возможно, того же качества, который производится, например, в центральной России. Что касается вопроса о том, что государство «возьмет» на бюджет компенсацию коммерческим организациям на отпуска, на дополнительные выплаты: денег на отпуска и дополнительные выплаты им не дадут. Хотя возможна ситуация, когда какая-то компенсация будет проходить через новые системы, которые вводятся в России для арктических зон, где вводятся определенные налоговые послабления».
Так все же прав ли министр Лабинов, говоря о бюджетной необеспеченности льгот?
«У нас существует федеральное законодательство, оно обязательно для исполнения всех субъектов экономической деятельности, неважно – частной или государственной, - говорит Анатолий Цыганков. - И государство, приняв этот закон, требует его исполнения. В то же время оно дает бюджетные средства государственным предприятиям и не дает денег частным предприятиям. В этом смысле Владимир Лабинов прав. Если вы требуете исполнения закона от частных предприятий… А чьих обязательств? Вы передаете задачу государства на частный бизнес и финансово ее не поддерживаете. В этом смысле противоречие есть».
Другие категории
Никто не спорит и с тем, что частные и государственные бюджеты формируются совершенно по-разному. Только заявленная проблема – не в этом. А в способе для ее решения, о котором сегодня говорит Минсельхоз.
По мнению политобозревателя и старшего научного сотрудника отдела институционального развития регионов института экономики КарНЦ РАН Олега Реута, Владимир Лабинов размышляет, «как типичный провинциальный чиновник», который полагает что критерием эффективности его работы являются выбитые из федерального центра деньги.
«При этом, будучи «варягом» в регионе [в 2017 году чиновник пришел в Карелию из профильного департамента федерального Минсельхоза. – Прим. Ред.], он не мыслит стратегически и сталкивается с текущей проблемой, которая заключается в очень ограниченном объеме инвестиций в руководимой им отрасли, пытаясь найти оправдание собственным неудачам, мысля, как чиновник, а не инвестор», - говорит эксперт.
Проще говоря, потенциальный инвестор смотрит на местные зарплаты у рабочей силы в целом, и ему абсолютно все равно, включены ли в них северные надбавки или нет. К примеру, работнику нужно платить 30 тысяч рублей: значит, будет установлен тот или иной оклад. Остальное – частные решения.
«Инвестор мыслит не категориями бухгалтерской отчетности, а категориями стоимости рабочей силы, - добавляет Олег Реут. - Поэтому ему абсолютно не важна система, созданная с советских времен. Он знает, что у него есть люди с высшим образованием, высококлассные специалисты, те, кто работает на технических должностях. И он знает, сколько они должны получить денег на руки для того, чтобы работать хорошо. Поэтому для него оплата северных надбавок не является ни плюсом, ни минусом в момент принятия решения об инвестировании на конкретную территорию. Именно поэтому капитал идет туда, где создаются для этого лучшие условия».
Карелия – не Якутия
Вопросы от бизнеса, связанные с работой на «северах», вполне резонны, полагает председатель Союза организаций профсоюзов РК Илья Косенков. По его мнению, северные надбавки и районные коэффициенты у частников «в принципе не работают», поскольку зарплаты у работников зависят разве что от МРОТа.
«Но у них остаются дополнительные обязательства, и бизнес спрашивает: кто будет, например, компенсировать дополнительные дни отпуска? – рассуждает лидер профсоюзов. - Например, есть два одинаковых совхоза: в одном северные гарантии есть, а в другом - через сто километров - нет. Почему мне не компенсируют затраты, если я полностью оплачиваю за счет себестоимости продукции? И почему бы не перевести бизнес на юг, где затраты будут дешевле? Какой смысл бизнесу (кроме добывающей промышленности, или тех, кто на ресурсной базе, находиться на севере?»
За успешными примерами диалога, кстати, далеко ходить не надо. В Норвегии и Канаде, например, существует практика возврата единого налога на вмененный доход, когда жителю регулярно приходит определенная сумма.
Другое дело – нагрузка на местные бюджеты. По словам Ильи Косенкова, сегодня более 60 процентов налогов от природных ресурсов с «северов» уходят в Москву, а системной компенсации для региональных бюджетов не предусмотрено.
«В итоге муниципалитет «дохнет», имея гораздо большие расходы при той же налоговой базе, - добавляет эксперт. – Компенсацией же «северных» федеральный бюджет не занимается. На мой взгляд, те, кто сидят в Москве, понятия не имеют, что такое Север. От слова совсем. Например, проходит какая-нибудь конференция, посвященная северным проблемам: чиновники садятся в самолет и летят куда-нибудь в Норильск, в Тюмень, в Якутск. Там их встречают хлебом, солью, икрой и строганиной, кругом нефтяники на мерседесах. Вывод? А что: северяне хорошо живут! Какие гарантии, вы о чем?»
Только есть территории, которые живут по-другому. Карелия, в том числе. И сюда больших чиновников приглашают гораздо реже. А те часто и не приезжают, и уж тем более о «северных» не говорят. Может, потому что федеральной казне тоже надо экономить? Но деньги, судя по всему, есть, просто приоритеты - другие.
«Прекрасный пример – Валентина Пивненко, - вспоминает Илья Косенков. - Когда возник вопрос о необходимости досрочного выхода на пенсию на тех же условиях для северян правительство сказало: нужно же срочно найти 50 миллиардов рублей! Где мы их возьмем? И в то же время, когда возникли финансовые проблемы у «Роснано», за два дня правительство нашло 65 миллиардов рублей».
Не то качество
Так или иначе, «северные» финансово-бюджетные перспективы для Карелии сегодня размыты. Как считают многие эксперты, исторически сложившуюся традицию вряд ли решатся быстро и кардинально поменять.
«В силу того, что этот вопрос – очень давний, я сомневаюсь в том, что он будет решен в пользу северных регионов, а федеральный центр передумает и изменит свою тактику в налоговом поведении в отношении территорий, которые являются северными в целом на территории всей России, - рассуждает Анатолий Цыганков. - Таким образом они экономят бюджетные деньги: если тридцать лет этот вопрос не решался, то он и не будет решаться».
Может, республику способно спасти развитие Арктической зоны, о которой часто вспоминают власти, говоря о северных компенсациях и льготах? Ученый Олег Реут считает это «придумкой чиновников».
«Министр сельского хозяйства Владимир Лабинов говорит, что северные надбавки препятствуют инвестированию и развитию этих территорий, а я считаю, что нет, - делится мнением эксперт. - Я считаю, что этому препятствует низкое качество государственного управления. Хороший инвестор не мыслит категориями льгот, он мыслит рыночными категориями – затратами на реализацию продукции, зарплаты, логистику, доступ к природным ресурсам, например».
Впрочем, по мнению Олега Реута, финансовые возможности у Москвы сегодня есть: просто федералы помогают тем, кто хорошо работает.
«Федеральный центр имеет достаточное количество ресурсов, чтобы направить их в те регионы, которые показывают свою эффективность, - добавляет Олег Реут. - Не будем забывать, что существует межрегиональная конкуренция, в том числе, между регионами, входящими в арктическую зону. А «арктическая зона» – это рамка, которую федеральный центр предоставляет регионам для межрегиональной конкуренции, в том числе, через систему льгот. Как раз те региональные управленческие команды, которые умеют работать с инвестором, показывают высокое качество государственного управления, они как раз пользуются тем, что федеральный центр им дает»
Такие управленцы могут реализовать в арктической зоне большее количество проектов, считает эксперт, и они не ищут причины собственных неудач, а ищут возможности, которые им дает Москва.
Почему ни Архангельская, ни Мурманская области, ни Якутия не жалуются на недостаток инвесторов из-за северных надбавок, а Карелия – об этом говорит? И, в конце концов, почему об этом говорит Минсельхоз, а не Минэк? Пусть даже если речь идет об агропроме. Такое молчание тоже по-своему показательно.
«Дело в том, что у нас статус Минсельхоза, к сожалению, выше, чем Минэкономики, его возглавляет заместитель председателя правительства, - поясняет Олег Реут. - Такого во всех предыдущих правительствах не было, причем в конце девяностых годов была конструкция, когда зам премьер-министра – министр по экономике, а второй зам – это министр финансов. У нас же сложилась ситуация, когда москвичи не просто хотят быть министрами, а хотят быть заместителями премьера. У нас есть структурная диспропорция в правительстве, и Минэк не является хедлайнером, хотя должен быть, как и Минфин. К сожалению, этого нет, поэтому вопросы, связанные с привлечением инвестиций, комментирует Минсельхоз».
Политику заказывали?
Остается еще один вопрос, политический. Не могло ли бурное обсуждение столь значимой темы быть искусственно создано и спровоцировано, в том числе, оппозиционно настроенными политиками? Тем более что тема «северных льгот», судя по опыту прежних избирательных кампаний, в регионе используется часто.
Анатолий Цыганков согласен с тем, что местные политики «охотно и активно педалируют тему северных», называя происходящее «истоптанной историей». Но.
«Здесь немного другая ситуация: а кто запустил эту тему в информационное пространство, сделал ее дискусионной и с политическим подтекстом? – рассуждает Анатолий Цыганков. - Не Владимир Лабинов, не «ЕР». Поэтому дискуссию политизировали представители оппозиции: «Яблоко», КПРФ: они стали рассматривать его слова, политизируя ситуацию, хотя там - чистая экономика, и никакой политики нет. На мой взгляд, эту историю используют не очень убедительно. В силу того, что тема сложна для восприятия обывателей, она, думаю, скоро «умрет».
В свою очередь, политэксперт Олег Реут уверен, что сама тема – абсолютно не политическая. И скорые выборы главы Карелии тут не при чем.
«Вне зависимости от выборов, в Карелии есть общая боль: как нужно осваивать север, Арктику, - говорит эксперт. - Либо это временщики, вахтовый способ, длинный рубль, приехали, месяц поработали и уехали. Но это значит, что на севере не должно быть новых городов, жилых домов-новостроек. Второе – систематическое развитие. Расселение жилого фонда, которое замещается не раздачей компенсаций, а строительством новых домов. Это будет импульс для развития этих поселений, города будут продолжать жить и развиваться. С выборами обсуждение не связано, потому что разговоры о том, каким будет российский Север, Арктика, - это на десятилетия».
***
Большинство наблюдателей сходятся в том, что история с «северными» лишь стала очевидным следствием того выбора, который делает федеральный центр в освоении северных территорий. Зато в местном правительстве – дискуссии нет. И вряд ли будет. Вполне возможно, и по той причине, что Москва внимательно следит за реакцией жителей Карелии на свои действия. «Замеряет» общественное мнение…