(UfoSpace) Летом 1941 года фашистские войска, преодолевая отчаянное сопротивление Красной Армии, неуклонно продвигались к столице СССР. Сухопутные войска гитлеровцев опережала авиация, рвущаяся к Москве. В июле начались первые воздушные налёты, главным образом ночные. Пришло время задуматься о защите и спасении исторических памятников, реликвий и наиболее значимых объектов столицы. Были принять меры к их маскировке.

Спасти самое ценное

Но самым ценным объектом Москвы было ещё покоящееся в Мавзолее тело Владимира Ильича Ленина. Ни при каких обстоятельствах нельзя было позволить врагу его уничтожить. Стал вопрос об эвакуации тела из столицы. В июле в Кремль был экстренно вызван профессор-биохимик Борис Збарский, тот самый, что в своё время забальзамировал по разработанной им же методике тело Ленина и с тех пор заведовал секретной лабораторией при Мавзолее, единственной задачей которой было сохранение тела Ильича. Молотов ознакомил профессора с решением Правительства эвакуировать тело Ленина в глубокий тыл.

У профессора спросили, в какой из тыловых городов, по его мнению, следует отправить саркофаг вождя. В ответ Збарский назвал три варианта: университетские города, где есть наука, лаборатории и т.п., — Куйбышев, Саратов или Свердловск. Но окончательное решение сделал лично Иосиф Сталин, выбрав в качестве места эвакуации Тюмень.

Также Сталин назначил и дату отправления — 3 июля. Всем сопровождающим саркофаг в дальнюю дорогу на подготовку были отпущены сутки. Всё, связанное с «отъездом Ленина», было строго засекречено.

Эшелон особого назначения

Збарский серьёзно опасался по поводу сохранности тела вождя во время переезда. Ведь к тому моменту тело вот уже 17 лет лежало без движения при постоянной температуре +16 °. А теперь предстояла его транспортировка на поезде, а затем на автомобиле в условиях, когда температура наружного воздуха местами доходила до +37 °. Чтобы груз попросту не испортился в пути, в вагоне была смонтирована специальная климатическая установка, обеспечивающая требуемые значения температуры, влажности и давления — в точности, как в Мавзолее.

Особое внимание уделили подвескам-амортизаторам вагона с саркофагом — чтобы Ленина не слишком трясло. Поезд то и дело останавливался, и Збарский проверял, все ли оборудование работает исправно.

Для перевозки такого ценного груза было задействовано сразу три поезда специального назначения. В первом, шедшем впереди, ехала многочисленная охрана, в следующим за ним поезде везли тело вождя вместе с обслуживающим персоналом, а в третьем, так же как и в первом, размещалась охрана. Перед отправкой поезда были тщательно проверены специальной комиссией.
По пути следования за несколько часов до прибытия эшелона каждую станцию освобождали от пассажиров. Последние 350 км пути от Свердловска до Тюмени несколько раз проверили путейцы, не понимая, зачем и кому это нужно.

Как только 7 июля эшелон прибыл в Тюмень, у каждого вагона выставили караул. Ночью на перрон въехал крытый грузовик, и четыре чекиста погрузили в него деревянный ящик с саркофагом. Всё прошло быстро и даже как-то буднично. Горожане и не догадывались, какой ценный груз прибыл в их город. Даже городское партийное руководство узнало об этом только после прибытия эшелона. Будто бы сообщил им об этом по телефону лично Сталин.

И снова Ленин в Сибири

Под временный мавзолей Ленину отвели добротный особняк. Збарского в нём привлекли капитальные массивные стены, которые, как надеялся профессор, облегчат поддержание требуемого климатического режима.

Саркофаг установили в одном из залов, а сопровождающих его сотрудников лаборатории расселили по другим комнатам. В здании было организована бесперебойная подача электроэнергии, что исключало непредвиденную остановку кондиционеров. Охрану особняка осуществляли прибывшие из Москвы чекисты, не менее 25 человек. В здании установили сигнализацию, провели электрическое отопление, большие окна заложили кирпичом и заштукатурили, а на маленькие навесили плотные, не пропускающие солнечный свет шторы. Всё как в Мавзолее.

Збарский каждые 10 дней отчитывался перед Москвой не только о состоянии тела Владимира Ильича, но о любом, даже самом ничтожном (например, снежок, брошенный детьми в окно) происшествии.

Пребывание Ленина в Тюмени было засекречено. Но огромное количество охраны особняка не могло остаться незамеченным местными жителями и, конечно, породило слухи. Утверждали даже, что в здании изготовляют снаряды для «катюш». Но примерно через полгода тайное стало явным. Произошло это после того, как Збарскому потребовалось заказать в местном ателье мужской костюм, шитый по моде 20-х годов. Когда всё открылось, профессор попросил у Сталина разрешение на то, чтобы открыть для тюменцев в организованном порядке доступ к саркофагу. Но Сталин отказал.

А в 1942 году Збарскому было не до экскурсий: случилось ЧП — на теле появилась чёрная плесень. Известных методов борьбы с ней было только два — выжечь или обработать кислотой. И то и другое не могло не отразиться на внешности. И тогда Збарский придумал, как в местных условиях провести повторное бальзамирование. Были взяты две стеклянные ванны, наполненные разными растворами, и тело попеременно перекладывали из одной в другую. После этих процедур было ощущение, что Ленин посвежел и поправился. И действительно, масса его тела увеличилась почти на 4 кг. Прибывшая в Тюмень в декабре 1943 года правительственная комиссия отметила, что облик Ильича остался таким, каким его помнит народ.

Возвращение

После истории с плесенью Збарский, опасаясь рецидива, не раз обращался в Москву с просьбами о возвращении в Москву. К тому времени с бомбардировками было покончено, а о сдаче столицы не могло быть и речи. Наконец в конце марта 1945 года разрешение было получено. В обратный путь собирались без спешки, подготовка заняла около месяца.

В апреле тело великого вождя доставили в Москву, а в сентябре по постановлению, подписанному Сталиным, Мавзолей открыли для посетителей. Больше никогда тело вождя не покидало стен Мавзолея.

В тюменском особняке, где Ленин провёл всю войну, сегодня работает Государственный аграрный университет. В конце 1980-х годов на его стене появилась табличка, сообщающая о пребывании здесь Ленина. Что касается Бориса Збарского, то родина «отблагодарила» его: сначала по возвращении в столицу он удостоился звания Героя Социалистического Труда, но в 1952 году был арестован по ложному навету и провёл в заключении около 2 лет. Збарский вышел и был реабилитирован лишь после смерти Сталина, но прожил после этого совсем недолго — он скончался в 1954 году, не дожив до 70. Похоронен на Новодевичьем кладбище.

• Журнал: Неизвестный СССР №12(12), декабрь 2020 года
• Рубрика: Неизвестная история
• Автор: Константин Ришес

Эвакуация тела Ленина: Плесень на мумии

Летом 1941 года Москва находилась на военном положении. Участившиеся налёты немецких бомбардировщиков вынудили советское правительство эвакуировать из столицы наиболее ценные архивы, экспонаты музеев и предметы культуры. Особо дорогим объектом, подлежащим немедленному вывозу, безусловно, считалась мумия В.И. Ленина.

Интервью профессора

С июля 1941 года по апрель 1945 года Мавзолей на Красной площади пустовал. Филиал усыпальницы Ленина всё это время находился в самом глухом медвежьем углу Сибири. О всех сложностях, возникших в связи с эвакуацией драгоценных останков, лучше всего расскажут сами участники этой операции.

Борис Ильич Збарский — профессор-биохимик, участвовавший в разработке уникальной методики бальзамирования, провёл рядом с телом вождя мирового пролетариата не один десяток лет. В сентябре 1945 года Збарский дал интервью известному московскому журналисту: «Я готов всегда дать статью, это несложно. Но тут есть один момент: можно ли касаться эвакуации тела? Вопрос этот может разрешить только товарищ Берия — он председатель правительственной комиссии по эвакуации. Сможете ли вы с ним договориться?».

В Сибирь

Договориться с Берией журналисту не удалось — рассказ Збарского так и не попал в газеты и долгое время хранился «под сукном». Здесь приводим отрывки уникального интервью:

«Ещё в конце июня меня вызвали Каганович и Микоян и сказали, что, так как есть опасность воздушных налётов, правительство считает необходимым эвакуировать тело Ленина. Мне предложили подготовить проект постановления. Мы написали такой проект и отдали его Берии. Место эвакуации мы обозначили точками. Меня вызвал С.С. Мамулов — помощник Берии и сказал, что Лаврентий Павлович спрашивает: какой я предлагаю город? Я ответил, что считаю наиболее подходящими, либо университетские города на Волге: Куйбышев. Саратов, либо даже Свердловск, там есть лаборатории, учёные, заводы — всё это может понадобиться.

В два часа утра 3 июля мне позвонил комендант Кремля и попросил приехать. Я приехал. Он показал мне постановление, подписанное Сталиным и датированное 3 июля. Предлагалось эвакуировать тело Ленина 3 июля в семь часов вечера, и стоял город — Тюмень. Ни таких сжатых сроков, ни этого города мы не предполагали. Очевидно, Сталин советовался с военными о том, куда могут долетать самолёты и, кроме того, хотел выбрать наиболее тихий медвежий угол. В постановлении предлагалось выехать и мне. И вот в семь часов вечера 3 июля мы уехали.

В Мавзолее тело 17 лет лежало неподвижно, а тут его надо было везти и на машине, и несколько суток поездом. В Мавзолее оно сохранялось при неизменной температуре 16 градусов, а третьего июля на улице была адская жара, 37 градусов в тени, такая же жара в вагонах и в самой Тюмени. О, мы натерпелись страхов и намучились! Но наш метод выдержал все испытания».

Секретный маршрут

Для эвакуации тела вождя использовалось целых три поезда специального назначения. Первый вёз многочисленную охрану и двигался на один перегон впереди. Во втором — главном, покоилось тело Ленина, там же ехал и весь обслуживающий персонал. И, наконец, третий поезд, с охраной, следовал на перегон сзади. Перед отправкой специальная комиссия часами проверяла каждый болт, каждую заклёпку на паровозах и вагонах. Под конец сами чекисты подписали акт о техническом состоянии спецпоездов, чего раньше никогда не делалось. Обычно, при следовании особо важных грузов, акт составляли и подписывали ответственные работники железной дороги.

Все станции пустели за несколько часов до прибытия спецсоставов. Последний участок в 350 километров, от Свердловска до Тюмени, тщательно проверяли местные мастера-путейцы, проезжали его несколько раз на дрезине, недоумевая, кому и зачем это нужно.

Большую часть этих тяжёлых суток никто не спал. Когда поезд с телом Ленина подошёл к Тюмени, у места остановки каждого вагона уже стоял караул из первого состава. — Распахнулись ворота станции, пропуская обычную грузовую машину, которая остановилась у четырёхосного крытого вагона. Четыре чекиста вынесли на плечах деревянный ящик с саркофагом, загрузили его в кузов, и машина тронулась. Все делалось быстро, чётко, но как-то буднично, средь бела дня». Никто в Тюмени не знал о прибытии столь ценного груза. Даже местное начальство было поставлено в известность уже после того, как спецсостав остановился у перрона.

Дом-саркофаг

В качестве временного мавзолея Ленина использовалось окружённое высоким забором двухэтажное здание техникума, находившееся в центре города. Теперь верхние окна были заложены кирпичом — там располагался саркофаг. На первом этаже жил комендант мавзолея, обслуживающий персонал во главе с профессором Збарским и охрана.

Через каждые десять дней Збарский лично по телефону докладывал Сталину о состоянии мумии и обо всех ЧП, случившихся за это время. Под понятие «Чрезвычайное происшествие — попадало абсолютно все, включая даже снежок, кинутый в окно проходящим мимо мальчишкой.

В Тюмени в ту пору не было никаких засекреченных военных или промышленных объектов. Поэтому непривычно строгая система охраны бывшего техникума породила массу слухов. Наиболее распространённым был слух о том, что за каменными стенами изготавливают снаряды для — катюш». Но через полгода уже вся Тюмень знала, что в здании хранится тело Ленина. Объект потерял свою секретность после того, как Збарский вынужден был заказать в местном ателье новый костюм для мумии в стиле двадцатых годов.

После этого Збарский попросил Сталина разрешить доступ местным жителям к телу Ленина, но тот не позволил.

Жуткие симптомы

В 1942 году профессор и сам забыл о своей просьбе — у него появились серьёзные проблемы. Переезд всё-таки не прошёл даром, и на теле Ленина появилась страшная чёрная плесень. При появлении таких симптомов объект по всем медицинским правилам необходимо либо уничтожить, либо выжечь место разложения кислотой. Понятно, что применение подобных вариантов могло закончиться для персонала репрессиями. Каким-то чудом профессору с товарищами удалось ликвидировать плесень, не повредив тела. По возвращении в Москву Збарский вспоминал: — В декабре 1943 года в Тюмень приезжала правительственная комиссия, назначенная по моей просьбе. Возглавлял её нарком здравоохранения СССР ГА. Мителев, члены — академики А.И. Абрикосов, Н.Н. Бурденко и Л.Н. Орбели. Они признали, что «тело Ленина за 20 лет не изменилось. Оно хранит облик Ильича, каким он сохранился в памяти советского народа».

Возвращение

Три года и девять месяцев хранила Тюмень мумию вождя мирового пролетариата. Збарский, смущённый уже один раз появившимися зловещими симптомами, настаивал на возвращении в Москву. Наконец, разрешение было получено. 29 марта 1945 года появился приказ о реэвакуации тела Ленина. Из интервью профессора: «В апреле 1945 года мы привезли тело обратно. 12 сентября Сталин подписал постановление об открытии Мавзолея. В нём два пункта Первый: открыть доступ в Мавзолей с воскресенья 16 сентября. Второй: поручить комендатуре Кремля и нам установить дни и часы посещений. Вообще же все постановления, связанные с работой над телом Ленина, подписывал лично Сталин».

За 85 лет это был единственный раз, когда забальзамированное тело вождя мирового пролетариата покидало Мавзолей на Красной площади. Сейчас идут разговоры о его захоронении.

• Журнал: Тайны 20-го века №42, октябрь 2009 года
• Рубрика: Неизвестное об известном
• Автор: Константин Карелов