В бюджете не нашлось денег для ХМАО на научные исследования. Росстат фиксирует возврат к минимальному уровню с 2005 года
0
15
Финансирование региональной науки из казны производится по остаточному принципуВ ХМАО с каждым годом сокращается число предприятий, ориентированных на научные разработки и исследования. К таким выводам пришли специалисты Тюменьстата, проанализировавшие динамику развития сферы за последние 15 лет. Стоит учитывать, что в расчет принимались только крупные предприятия, имеющие больше ресурсов для оперативного внедрения инноваций. Одновременно сокращается и бюджетное финансирование науки, а особо резкий спад зафиксирован по итогам 2019 года. Да и в целом вливания носят, по сути, символический характер. Впрочем, текущая экономическая ситуация, усугубляемая последствиями пандемии COVID-19, не оставляет иллюзий относительно изменения ситуации в ближайшей перспективе. Между тем, по мнению собеседников издания в научном сообществе и промышленном секторе, крупнейший добывающий субъект России «крайне нуждается в инновационных разработках и их поддержке на всех уровнях». Пока же региональная наука вынуждена довольствоваться еще советским багажом, а тема инновационного прорыва и импортозамещения остается декларативными заявлениями. Реальной же отдачи от научно-производственных кластеров пока нет.
Тюменское подразделение Росстата опубликовало данные о бюджетном финансировании науки в организациях, выполняющих научные исследования и разработки на территории ХМАО-Югры. Как следует из документов ведомства, по итогам прошлого года поддержка упала до минимального уровня за последние годы, а само количество таких компаний ежегодно сокращается.
Ведомство приводит аналитические выкладки за период с 2005 по 2019 годы. Как следует из материалов Тюменьстата, в 2019 году научными разработками в округе занималось только 17 организаций (столько же, сколько и в 2005), а пик был достигнут в 2014 – 20. Однако начиная с 2017 года регион ежегодно теряет по одной научно-ориентированной компании. При этом с 2011 года в Югре нет ни одного конструкторского предприятия, а в 2016 году исчезли и проектно-изыскательские компании, специализирующиеся на научных исследованиях.
Фото: vgoroden.ru
До самого низкого за последние годы уровня опустилось и финансирование научных разработок и исследований. По итогам 2019 года вложения составили всего лишь 16,1 млн рублей. Впрочем, и ранее объемы были очень невелики – в 2016 году 18,3 млн, в 2017 – 17,9, а максимум отмечен в 2019 – 28,5 млн. В минувшем году из 16,1 млн рублей 9,6 млн пришлось на естественно-научные разработки, 2,4 млн – на общественные, 2,3 млн – на технические, и остатки в объеме 1,7 млн – на гуманитарные исследования.
Изданию не удалось оперативно связаться с недавно назначенным замгубернатора ХМАО Владиславом Нигматулиным, курирующим вопросы научно-технического развития. Однако, по словам собеседника издания, близкого к управленческому аппарату региона, «нужно понимать, что эти средства поступают, прежде всего, из федеральной казны, а в регионе профильные чиновники лишь могут представлять обоснования для их выделения».
По каким причинам представители властей не добивались увеличения траншей ранее, собеседник агентства сказать затруднился, однако поделился своими суждениями относительно проводимых предприятиями исследований и разработок.
«Нужно понимать, что на территории Югры реализуются 11 из 13 нацпроектов, и «Наука» не входит в это число. Можно было бы претендовать на финансирование со стороны федерации, если она также бы значилась в списке. К слову, даже в этом случае не уверен, что вливания бы росли. Финансирование «Науки» предполагается сократить, хотя в сравнении с некоторыми другими – ненамного. Но по официальным данным за 9 месяцев в целом он исполнен лишь на 58%, стало быть, есть вопросы к эффективности работы. Ну, и к прочему, регион имеет свою специфику, для нас не столько важны гуманитарные или общественные исследования, а разработки, касающиеся добычи ресурсов. Здесь поддержка есть, но это средства нефтяников. Конечно, жаль, что нет денег на другие направления, однако это данность», – рассуждает управленец.
Собеседники издания в профессиональном сообществе отмечают, что в настоящее время краеугольным камнем в научных разработках в любой сфере является возможность их оперативного внедрения на производстве и конкурентоспособность. Для ХМАО наиболее актуальны инновации в сферах, связанных с ТЭК.
«Наука сегодня должна быть заточена под потребности народного хозяйства. Но у нас сейчас складывается парадоксальная ситуация, когда каждое село свою борону изобретает. Собственные научные разработки ведут нефтяные компании, но с моей точки зрения, было бы правильнее, если бы существовал общий фундаментальный научный подход. Такое практикуется, к примеру, во Франции. Там все инновации разрабатываются на базе специализированного Института нефти и газа, и потом все предприятия, от крупнейших до небольших, ими пользуются в добыче и сервисе. Именно в фундаментальном подходе у нас проблемы, и здесь нужно брать пример с ВПК», – считает президент Общероссийской ассоциации нефтегазосервисных компаний, гендиректор МП «ГеоИнТЭК» Владимир Борисов.
По словам собеседника издания, выходом для внедрения научных разработок может быть также кластерный подход. Владимир Борисов, в частности, упоминает созданный по инициативе «Газпром нефти» углеводородный кластер Большой Тюмени, уже объединяющий несколько десятков предприятий с единой стратегией.
Собственную точку зрения на проблему финансирования научных разработок и исследований, а также специфику нефтедобывающих регионов высказывает доктор геолого-минералогических наук, профессор Югорского госуниверситета Станислав Кузьменков. Специалист усомнился как в указанных Тюменьстатом данных, так и в доводах о снижающемся финансировании науки.
«Цифра в 16 миллионов – не та, о которой можно говорить. Сложно сказать, чем в ведомстве оперировали. На самом деле у нас на порядок больше получают даже технопарки, специализирующиеся на прикладных исследованиях. А у Центра рационального недропользования порядка 300 миллионов плюс договорные отношения по технологическому центру «Бажен» с «Газпром нефтью». Там есть современное немецкое, швейцарское, российское оборудование, все возможности. И еще есть порядка десятка центров, занимающихся профильной проблематикой. Это и «умные» скважины, и месторождения, разработки «РН-Юганскнефтегаз», «Салым Петролеум», «Сургутнефтегаза». И цифры там, думаю, – миллиарды», – полагает отраслевик.
По словам Станислава Кузьменкова, наука в настоящее время стала одним из приоритетных направлений для нефтяных компаний, и «никакое бурение и добыча без нее невозможны».
Губернатор ХМАО Наталья Комарова и председатель правления ПАО «Газпром нефть» Александр Дюков подписывают соглашение о сотрудничестве по разработке и исследованиям Баженовской свиты
Фото: gazprom-neft.ru
Тем не менее, по словам еще одного собеседника издания, представляющего научное сообщество региона, «преимущественно, это деньги самих нефтяников», а иные отрасли, будь то естественнонаучные или гуманитарные разработки, финансируются из всех бюджетов по остаточному принципу.
«Надо понимать, что система советской науки далеко не всегда встраивается в сегодняшние реалии. Зачастую эти разработки просто непонятны ни властям, ни промышленникам, рассчитывающим на сиюминутную прибыль, а работа вдолгую не входит в их интересы. Много в Югре импортозамещающих производств открыли, как, впрочем, и везде? Нет, несмотря на все указания из центра. Какой интерес у курирующих науку чиновников обосновывать и выбивать финансирование из федералов? А что разработать на 5 миллионов серьезного можно? Лучше у Китая приобрести, даже в нефтянке сплошь китайское и прочее оборудование стоит. Потом удивляемся, когда носители научного потенциала уезжают на Запад», – констатирует ученый.
«Правда УрФО» продолжит следить за развитием событий.
Фото превью: kleo.ru
Тюменское подразделение Росстата опубликовало данные о бюджетном финансировании науки в организациях, выполняющих научные исследования и разработки на территории ХМАО-Югры. Как следует из документов ведомства, по итогам прошлого года поддержка упала до минимального уровня за последние годы, а само количество таких компаний ежегодно сокращается.
Ведомство приводит аналитические выкладки за период с 2005 по 2019 годы. Как следует из материалов Тюменьстата, в 2019 году научными разработками в округе занималось только 17 организаций (столько же, сколько и в 2005), а пик был достигнут в 2014 – 20. Однако начиная с 2017 года регион ежегодно теряет по одной научно-ориентированной компании. При этом с 2011 года в Югре нет ни одного конструкторского предприятия, а в 2016 году исчезли и проектно-изыскательские компании, специализирующиеся на научных исследованиях.
Фото: vgoroden.ru
До самого низкого за последние годы уровня опустилось и финансирование научных разработок и исследований. По итогам 2019 года вложения составили всего лишь 16,1 млн рублей. Впрочем, и ранее объемы были очень невелики – в 2016 году 18,3 млн, в 2017 – 17,9, а максимум отмечен в 2019 – 28,5 млн. В минувшем году из 16,1 млн рублей 9,6 млн пришлось на естественно-научные разработки, 2,4 млн – на общественные, 2,3 млн – на технические, и остатки в объеме 1,7 млн – на гуманитарные исследования.
Изданию не удалось оперативно связаться с недавно назначенным замгубернатора ХМАО Владиславом Нигматулиным, курирующим вопросы научно-технического развития. Однако, по словам собеседника издания, близкого к управленческому аппарату региона, «нужно понимать, что эти средства поступают, прежде всего, из федеральной казны, а в регионе профильные чиновники лишь могут представлять обоснования для их выделения».
По каким причинам представители властей не добивались увеличения траншей ранее, собеседник агентства сказать затруднился, однако поделился своими суждениями относительно проводимых предприятиями исследований и разработок.
«Нужно понимать, что на территории Югры реализуются 11 из 13 нацпроектов, и «Наука» не входит в это число. Можно было бы претендовать на финансирование со стороны федерации, если она также бы значилась в списке. К слову, даже в этом случае не уверен, что вливания бы росли. Финансирование «Науки» предполагается сократить, хотя в сравнении с некоторыми другими – ненамного. Но по официальным данным за 9 месяцев в целом он исполнен лишь на 58%, стало быть, есть вопросы к эффективности работы. Ну, и к прочему, регион имеет свою специфику, для нас не столько важны гуманитарные или общественные исследования, а разработки, касающиеся добычи ресурсов. Здесь поддержка есть, но это средства нефтяников. Конечно, жаль, что нет денег на другие направления, однако это данность», – рассуждает управленец.
Собеседники издания в профессиональном сообществе отмечают, что в настоящее время краеугольным камнем в научных разработках в любой сфере является возможность их оперативного внедрения на производстве и конкурентоспособность. Для ХМАО наиболее актуальны инновации в сферах, связанных с ТЭК.
«Наука сегодня должна быть заточена под потребности народного хозяйства. Но у нас сейчас складывается парадоксальная ситуация, когда каждое село свою борону изобретает. Собственные научные разработки ведут нефтяные компании, но с моей точки зрения, было бы правильнее, если бы существовал общий фундаментальный научный подход. Такое практикуется, к примеру, во Франции. Там все инновации разрабатываются на базе специализированного Института нефти и газа, и потом все предприятия, от крупнейших до небольших, ими пользуются в добыче и сервисе. Именно в фундаментальном подходе у нас проблемы, и здесь нужно брать пример с ВПК», – считает президент Общероссийской ассоциации нефтегазосервисных компаний, гендиректор МП «ГеоИнТЭК» Владимир Борисов.
По словам собеседника издания, выходом для внедрения научных разработок может быть также кластерный подход. Владимир Борисов, в частности, упоминает созданный по инициативе «Газпром нефти» углеводородный кластер Большой Тюмени, уже объединяющий несколько десятков предприятий с единой стратегией.
Собственную точку зрения на проблему финансирования научных разработок и исследований, а также специфику нефтедобывающих регионов высказывает доктор геолого-минералогических наук, профессор Югорского госуниверситета Станислав Кузьменков. Специалист усомнился как в указанных Тюменьстатом данных, так и в доводах о снижающемся финансировании науки.
«Цифра в 16 миллионов – не та, о которой можно говорить. Сложно сказать, чем в ведомстве оперировали. На самом деле у нас на порядок больше получают даже технопарки, специализирующиеся на прикладных исследованиях. А у Центра рационального недропользования порядка 300 миллионов плюс договорные отношения по технологическому центру «Бажен» с «Газпром нефтью». Там есть современное немецкое, швейцарское, российское оборудование, все возможности. И еще есть порядка десятка центров, занимающихся профильной проблематикой. Это и «умные» скважины, и месторождения, разработки «РН-Юганскнефтегаз», «Салым Петролеум», «Сургутнефтегаза». И цифры там, думаю, – миллиарды», – полагает отраслевик.
По словам Станислава Кузьменкова, наука в настоящее время стала одним из приоритетных направлений для нефтяных компаний, и «никакое бурение и добыча без нее невозможны».
Губернатор ХМАО Наталья Комарова и председатель правления ПАО «Газпром нефть» Александр Дюков подписывают соглашение о сотрудничестве по разработке и исследованиям Баженовской свиты
Фото: gazprom-neft.ru
Тем не менее, по словам еще одного собеседника издания, представляющего научное сообщество региона, «преимущественно, это деньги самих нефтяников», а иные отрасли, будь то естественнонаучные или гуманитарные разработки, финансируются из всех бюджетов по остаточному принципу.
«Надо понимать, что система советской науки далеко не всегда встраивается в сегодняшние реалии. Зачастую эти разработки просто непонятны ни властям, ни промышленникам, рассчитывающим на сиюминутную прибыль, а работа вдолгую не входит в их интересы. Много в Югре импортозамещающих производств открыли, как, впрочем, и везде? Нет, несмотря на все указания из центра. Какой интерес у курирующих науку чиновников обосновывать и выбивать финансирование из федералов? А что разработать на 5 миллионов серьезного можно? Лучше у Китая приобрести, даже в нефтянке сплошь китайское и прочее оборудование стоит. Потом удивляемся, когда носители научного потенциала уезжают на Запад», – констатирует ученый.
«Правда УрФО» продолжит следить за развитием событий.
Фото превью: kleo.ru