Меньше паники, больше оптимизма. Как работалось во время пандемии?

Не весь бизнес остановился во время карантина. Тюменский завод медицинского оборудования и инструментов (АО «ТЗМОИ»), как и многие предприятия, работал и даже расширил штат. Каково это — принимать новых сотрудников и запускать новые станки в таких условиях?

В экстренных ситуациях человека и результат его работы видно лучше всего. О том, как справился с работой в период пандемии руководимый им завод и он на своём посту, рассказывает генеральный директор Тюменского завода медицинского оборудования и инструментов Александр Просвиряков.

И в праздники, и в выходные

— Александр Владимирович, всё в жизни бывает впервые, и такая беда, как пандемия нового опасного вируса, тоже. Как директор завода по производству жизненно необходимой продукции оценивает пережитое время?

— Конечно, это непросто. COVID-19 всем нам задал жару. И в этих условиях для меня особо важны были два момента: обеспечение чёткой работы предприятия и настрой коллектива.

Наш завод — лидер отечественного производства по выпуску паровых и низкотемпературных стерилизаторов, моечно-дезинфекционных машин и машин для мойки и хранения эндоскопов, а также установок для обеззараживания и утилизации медицинских отходов. В условиях пандемии, когда инфицированных перчаток и масок появлялись горы, эти машины стали особенно нужны.

Работа активизировалась, когда стали развёртываться полевые госпитали, дополнительное оборудование потребовалось также при реорганизации и модернизации стационарных лечебно-профилактических учреждений. Спрос резко вырос, и нам пришлось серьёзно напрячься: технологический процесс ведь не ускоришь, а потеря качества для нас недопустима. Мы своим престижем и безопасностью продукции дорожим. Поэтому люди выходили на работу в выходные и праздники, просил сотрудников задерживаться после работы. Наш штат во время режима ограничений вырос на 10%.

— Насколько за два сложнейших месяца карантина увеличился объём продукции?

— Выпуск медоборудования вырос в 2,5 раза. В связи с тем, что в это время стали действовать нормы по быстрым закупкам, приходилось мобилизоваться. Наша коммерческая служба делала скачкообразные запросы на готовую продукцию, а это дополнительные сложности: требовалось с одного техпроцесса переходить на другой, перекраивать технологические цепочки. Слава Богу, мы справились. Потребовалось оптимизировать и процессы, и силы, и возможности.

Мы, честно сказать, в любом случае всегда смотрим вперёд, планируем различные исследовательские работы, разработки и ввод новой техники или модернизацию уже действующей. За рынком следим, исходя из потребности увеличение персонала идёт, закупка станков.

Программу импортозамещения ведём. Как раз планы наши по углублению локализации совпали с пиком работы в пандемию. Это как раз нам тоже позволило немножко процесс отнивелировать, особенно когда возникли риски, что поставка каких-то комплектующих может сорваться. Конечно, помощь оказывало и правительство, и Минпромторг предлагал свои программы, и Технополис — через кооперативные связи.

Настройка по-людски

— Вы сказали, что люди задерживались после рабочего дня, работали и в выходные, и в праздники. Как они такую нагрузку восприняли?

— Поначалу, когда определённости ещё не было, у них возникали вопросы — что да как. Пришлось вручную немного управлять процессом, чтобы одни не паниковали, а другие не относились к эпидемиологическим требованиям слишком легкомысленно. Но коллектив наш слаженный, трудолюбивый, дружелюбный, поэтому настроить и мотивировать людей было не так уж сложно. Тем более все мы и так нацелены на конечный результат, у нас нет деления на моё и ваше, начиная с меня и заканчивая нашим мастером чистоты, все вкладываются в итоговое качество.

Я говорил людям, что наша продукция очень важна для врачей и больных. И кто, если не мы? Объяснял, что надо успеть всё на-гора выдать и в нужных объёмах, что если сейчас не поможем фактически сами себе, то потом может быть поздно. При этом мы старались сотрудников обезопасить по максимуму: кого-то перевели на дистанционку, прочим оформили пропуска на автомобили, ввели доплату за топливо. Группировали людей так, чтобы могли добираться на завод вместе на частном транспорте, закупили маски, перчатки, дезинфекторы, мониторили состояние здоровья сотрудников два раза в день, измеряя в том числе температуру.

— Со средствами защиты проблем не возникало?

— У нас в Технополисе была коллективная взаимовыручка, человеческий фактор играл большую роль: предприятия старались сосуществовать по-людски, директора помогали друг другу чем могли. За масками, например, далеко ходить не надо было: одно из предприятий здесь же их выпуск и наладило.

Без паники

— А какие у вас были самые сложные внутренние моменты?

— Коллектив наш не очень большой, все видят моё настроение, состояние, и для меня самым главным было не поддаться какой-то панике. Я вообще по жизни оптимист и надеюсь, что таким и останусь. Самым сложным для меня было бы, если бы я заболел. В таких случаях может сработать психосоматика. Директор гипотетически, конечно, может дистанционно работать, но я понимал, что мне надо быть каждый день на работе, людей мотивировать и говорить, что всё в порядке, что делаем важное дело. Но это непросто, когда видишь, что ограничения прибавляются с каждым днём.

— А в семье никто не боялся, что вы ездите на производство?

— Супруга — моя соратница, она тоже весь период эпидемии проработала. Вот с детьми и внучкой не могли видеться, это не радовало.

— Изменилось ли в дни пандемии что-то внутри вас, может, что-то новое в характере открылось?

— Считаю, что все испытания, которые на нашу долю выпадают, должны нас закалять или изменять. Человек должен воспринимать это стоически и уповать на Бога, потому что вера поддерживает людей. Эта ситуация дала мне новый опыт, новое понимание. Теперь, если будет что-то похожее, я буду понимать, как действовать, что делать, на что в первую очередь обратить внимание. И этот опыт можно транспонировать на другие сферы и другие ситуации.

И без лицедейства

— Какие советы вы могли бы дать тем, кто оказался в условиях вирусной блокады впервые?

— В первую очередь я предложил бы не паниковать, не верить слухам, а верить чуть больше официальной информации. Я, например, ориентировался на предписания и рекомендации Минздрава и Роспотребнадзора. Нам это помогло и персонал сохранить, и обеспечить слаженность на производстве.

— А переломные моменты были?

— У меня, пожалуй, в мае была самая тяжёлая ситуация, когда казалось, что окончательно устали: бесконечные мероприятия, совещания, консультации с коллегами, мысли тучами роятся в голове. От этого начинал уже уставать. Но потом, после объявления о постепенном выходе из режима всеобщей изоляции, появилось ощущение, что всё будет хорошо, и стало веселее. Устали не физически, но истощило постоянное моральное давление.

— Оставались ли вы самим собой, работая в таких условиях?

— Да. Я в принципе не практикую перемену масок, я всегда одинаковый, такой, какой есть.

К себе я достаточно требовательный, к людям тоже, к своим домашним в том числе. Это мой недостаток, наверное. Но это мне и помогло.