Время санитаров леса: современные наперсточники перенимают в Воронеже традиции коллег из лихих 90-х
Кто теперь помнит о наперсточниках? А в 90-е они торчали на всех углах, включая вокзал «Воронеж-1», вещевые рынки, универмаг «Россия», автовокзалы и прочие места большого скопления честных и наивных постсоветских людей в одном месте.
Обмануть хочу!
Техническое их оснащение – стаканчики и шарик, бачки с пронумерованными шариками от пинг-понга, вращающиеся барабаны с номерками из гардеробной. Самые ушлые даже обзаводились «тугоментом» – лицензией на гербовой бумаге с водяными знаками и разрешением «осуществлять деятельность по содержанию и эксплуатации игровых автоматов».
Призыв «Кручу-верчу, запутать хочу! За хорошее зрение – денежное вознаграждение!» – подлинный мем 90-х.
Бизнес наперсточников был весьма успешным – как и сегодняшний бум «удаленных» мошенничеств, когда жертвы каждый божий день сами дают телефонным незнакомцам ключи от своих банковских карт, теряя порой миллионы руб.
Главное отличие этих двух групп – количественное: «удаленные» могут работать в одиночку и без контакта с жертвой, а наперсточникам приходилось трудиться в составе организованной группы с четким разделением функций: «верховые», «низовые», «атасники».
На жалобы проигравшихся иногда реагировала милиция, и наперсточников гоняла, но как-то нехотя – никто ж потерпевших не грабил, сами добровольно ставили деньги на кон. Все жадность проклятая…
У милиции было еще два повода не бороться с наперстками: во-первых, на «клевых» местах бригадиры платили ей дань, а во-вторых – ясных законов против этих «бизнесменов» просто не было. Умысел на преступный обман по сговору надо еще доказать, а штрафы по статье 164-1 КоАП были лохотронщикам нипочем.
Журналисты писали статьи об их работе, фотографировали бригады, рискуя получить по голове, но, как и сегодня в сфере «удаленных» мошенничеств, «лохи» шли на призыв «деловых» ребят, как кролики в пасть к удаву.
Причем некоторые наперсточники откровенничали с журналистами и даже подводили философскую базу под свою деятельность. Помню одного такого – симпатичный, модно одетый молодой человек у центрального автовокзала объяснил мне, что никакие они не мошенники, а санитары леса; лохам в будущем нет места, и наперсточники зачищают их, готовя почву для грядущих поколений. Лохи должны перейти в мир иной и не загораживать дорогу умным, жестким и прагматичным, которые выживут в любых условиях. Так что наперсточники и не преступники вовсе, а настоящие патриоты, служители естественного отбора. И по-хорошему государство, если оно хочет процветать, должно не карать их, а поощрять.
В столице наперстков
Те воронежцы, которые ехали «на море» и избегали лап наперсточников на воронежском вокзале или в аэропорту, в Сочи попадали в настоящую их столицу с самыми современными технологиями развода отдыхающих с толстыми лопатниками. Бывший опер, а в то время известный в Сочи журналист Сергей Золовкин показывал мне самые злачные места и рассказывал забавные случаи с наперстками.
В Москве наперсточников полно было в подземных переходах под площадью трех вокзалов, но нигде в стране им не работалось так вольготно, как в Сочи. У главного входа на Адлерский рынок в Сочи подходила к финалу курортная драма. По напряженному молчанию десятков зрителей было ясно: в этот раз лоха раскручивают по очень крупному счету и вмешиваться в этот процесс небезопасно для здоровья.
Бледная дама из Сургута извлекала из недр своей одежды последнюю заначку.
– Клади еще пять «лимонов», и мы в дамках! – подталкивал ее дружок из местных.
Это был «медовой» Алик, мошенник высшей квалификации. В отличие от «маяков», «низовых» и «атасников» его «бригады», роль которых – торчать часами у «станка» (столика с вращающимся барабаном, который в случае чего мгновенно собирался и исчезал), у «медового» работа творческая: вычислить на пляже или танцплощадке одинокую дамочку с большими деньгами, обольстить и только через неделю-две подвести в нужном настроении к «бригаде».
Денег у этой дамочки было с гаком, и весь гак достался лохотронщикам: счастливый номер на пластиковой бирке уже был припрятан в нужном рукаве, так что дама из Сургута была обречена: она в короткий срок проиграла 13000 «зеленых» и 50 «лимонов» «деревянных».
Ее новый друг после этого уже не обнимал ее за талию, а под шумок растворился, и «лохушка» никому не была интересна.
Криминал в Сочи от воронежского отличался разнообразием. «Каталы» высшей квалификации встречали богатеньких буратин еще на подходе к курорту. Лучшие карточные шулеры страны снимали свой урожай в такси, поездах, на пляжах, лишая денег трудящихся с профсоюзными путевками. И все подходы к морю были перекрыты армией наперсточников и их молочных братьев-лохотронщиков со строгим распределением ролей. «Верховые» изображали массовку вокруг лоха и «разводящего», готового вот-вот обогатить «лоха»: подсказывали, сочувствовали, предостерегали, даже давали в долг под обещание вернуть с процентами после неизбежного выигрыша. «Маяки» и «атасники» контролировали ситуацию и обеспечивали силовое прикрытие тех, кто вертит стаканчики или крутит барабан, изображая «представителя официальной лотереи».
При этом каждый «станочник» был персонально известен милиции. Хотя на вещевом рынке «Велодром» в Сочи наперстками оперировали такие бандитские морды, что негде пробы ставить. На сочинских коллег они были не похожи, и Золовкин подтвердил: залетные, на курортные гастроли приехали. Могут и не выжить.
А самая яркая история от Золовкина была такой. К прокурору Центрального района Сочи влетела разъяренная судья одного из районов Тюменской области. Оказалось, она у вокзала отдала наперсточникам 18000 (!) долларов и горсть золотых украшений. И пылко возмущалась бездеятельностью милиции и прокуратуры. А когда поняла, что надежды на прокурора мало, прямо из его кабинета стала звонить в Тюмень уголовным «авторитетам», чтоб те вразумили своих сочинских коллег...
Угадай судьбу своих денег
Помнится, в начале 90-х у вокзала Воронеж-1 ко мне подошли две девушки и парень. Стали уговаривать нажать кнопку на каком-то аппарате – мол, это игра в новом казино. Я отказался. Но они недолго оставались без клиента. Хотя неподалеку посматривали в нашу сторону два милиционера в форме.
Толстый мужик («жирный карась»!) нажал кнопку и выиграл 60000 руб. И так увлекся, что вскоре проиграл миллион двести. Все, сказал он, больше нету денег. Но девушки заметили у него доллары, когда он рубли доставал. И мужик, как кролик перед удавом, поддался на их уговоры и вскоре проиграл еще и 5200 долларов(!).
Мужику стало плохо, он опустился на корточки и начал выть. Тогда ему вернули несколько долларовых купюр и разбежались. Милиция тоже куда-то подевалась.
Через месяц я опять ехал в командировку и на том же месте в сквере у вокзала видел ту же компанию, радостно хлопотавшую вокруг очередного «счастливчика», а неподалеку «патрулировали» милиционеры.
А знакомый опер угрозыска объяснял, что слишком большие деньги крутятся в лохотронах и слишком крутые завязки сложились. Так что крыши у наперсточников бывали весьма высокими.
Олег Гладышев