Середняки третьего мира

В марте 2020 г. президент Владимир Путин вызвал громкую полемику, заявив, что в России 70% жителей относятся к среднему классу. Нацлидер объяснил, что исходит из методики Всемирного банка: все люди, доход которых в полтора раза больше минимального размера оплаты труда, и есть средний класс. Путина крепко подставили помощники, но их можно понять – наличие состоятельной, довольной ситуацией в стране прослойки говорит о стабильности режима. Конечно, Кремлю очень хотелось бы услышать, что три четверти людей благоденствуют, несмотря на «холодную войну», пенсионную реформу, отток капиталов, огосударствление бизнеса, разорение регионов. Но жизнь устроена иначе.

Голод сытых

«АН» однажды рассказывали, как Россия в 2015 г. уделала США по производительности труда. Глава Минпромторга Денис Мантуров чуть ли не себе в заслугу поставил это выдающееся достижение, подлинный корень которого в обвале рубля. «Деревянный» рухнул вдвое, и страна стала производить в рублях вдвое больше продукции. Аналогично в 2019 г. у нас выросло количество молодых учёных, поскольку для этой категории повысили возрастную планку с 42 до 45 лет. У чиновника такие номера в крови. Как, например, снизить статистику по убийствам? Активнее применять статью «Причинение смерти по неосторожности». Похожим образом врачи борются с инфарктами и инсультами, а педагоги подтягивают спортивные и патриотические показатели.

Другое дело, что все ситуации индивидуальны, а голова дана не только для ношения фуражки. Чиновник, который однажды подсунул президенту запись с американского вертолёта «Апач», громящего талибов, головы явно не имел. Путин показал запись режиссёру Оливеру Стоуну, будто это русские громят сирийских террористов, – и вышел конфуз. Помощник, насчитавший 70% среднего класса в России по методике Всемирного банка, не намного умнее. Ведь нетрудно догадаться, что эту логику разберут на атомы. И выйдет новая неприятность.

Способов определить принадлежность к среднему классу немало. И не все они завязаны только на доход. Взять, например, Швейцарию – там понятия «МРОТ» нет, а середняк имеет годовой доход около 73 тыс. долларов. В США планка установлена на отметке 50 тыс. долларов, в Китае – 28 тысяч. Если из наших 17 тыс. рублей вывести годовой доход в долларах при нынешнем курсе, то получится 3 тыс. баксов. Почти в 10 раз меньше, чем в Китае, который со своим подходом ещё в 2015 г. оценивал популяцию середняков в 109 млн человек.

Социология последнего года свидетельствует: число россиян, ощущающих свою принадлежность к среднему классу, резко сократилось, а 2/3 населения хватает денег только на поесть, одеться и оплатить счета. А ведь ещё в 2015 г. швейцарский банк Credit Suisse выпустил обзор состояния среднего класса в мире: выходило, что уже тогда в России между богатыми и бедными находилось лишь 4, 1% граждан.

Как считали? Что в Европе, что в США критерии следующие: доход, площадь жилья на каждого члена семьи, владение автомобилем. Есть дополнительные признаки: уровень образования, направление затрат на инвестиции, недвижимость, товары длительного пользования. По словам директора по социальным исследованиям НИУ ВШЭ Лилии Овчаровой, ни в коем случае максимум трат среднего класса не должно приходиться на текущее потребление: продукты, оплату счетов либо на автомобиль. Середняки должны быть выше этого! В США таким критериям соответствуют более половины населения, а в Германии – более 80%.

Что особенно обидно для российских властей, на Западе наиболее обеспеченная и защищённая возрастная группа – пенсионеры. Таким попробуй скажи: «Денег нет, но вы держитесь». Или что их держава «встаёт с колен», пока они разоряются. Попробуйте у них под носом продать государственный Сбербанк правительству, грохнув на эту сделку 2, 7 трлн рублей (7% Фонда национального благосостояния).

Да и другие сравнения, по какому принципу ни возьми, будут не в нашу пользу. Но как-то оправдываться чиновникам необходимо. Так вот, целый сонм специалистов в России утверждает, что определять принадлежность человека к среднему классу по финансовым возможностям неправильно в принципе. Основное внимание следует уделить самоидентификации: как, мол, вы себя сами ощущаете. А кем может считать себя человек, переживший перестройку и первые постсоветские годы? В магазинах без очередей и талонов продаются мясо, табак, водка. Раз на всю эту роскошь хватает денег, значит, я уже не бедный. Богатым меня тоже не назвать – значит, средний класс.

Конечно, важно, где, кого и когда спрашивать: летом в субботу на Рублёвке или в понедельник утром в моногороде на Урале. В апреле 2018 г. исследователи рекрутингового портала Supеrjob провели общенациональный опрос: оказалось, россияне считают бедняком того, кто зарабатывает менее 18 тыс. рублей в месяц, а богатым – более 400 тысяч. По данным Росстата, зарплату более 18 тыс. рублей получают около 72% работающих россиян. Даже в категории «почтовая и курьерская деятельность» минимальный оклад не шибко меньше – 17, 7 тыс. рублей. Таким образом, своё текущее материальное положение считают «средним» 66, 5% наших сограждан. Прибавить к ним 8% богатых – опять-таки получается свыше 70% небедных россиян. То есть именно то, что хочет слышать Кремль.

Мимо рта

Аналитики НАФИ объявили средним классом людей, которые могут позволить себе купить бытовую технику и мебель, даже если на более дорогие покупки им требуются дополнительные средства. А заодно и популяризировали новый термин. В Америке людей, способных приобрести еду и одежду, но влезающих в долги ради телевизора, назвали бы просто – «бедняки» или «нищеброды». А в России они – «предсредний класс». После этого врачам стоит задуматься, чтобы называть своих пациентов «предсмертным контингентом».

По словам директора Института социологии РАН Михаила Горшкова, профессиональная структура нашего среднего класса, доходные характеристики, функции напоминают характерные черты среднего класса развитой Европы начала 1970-х годов. Также важно, что две трети его представителей – это чиновники и работники госпредприятий. По данным опроса, проведённого в 2016 г., хорошим питанием могут похвастаться меньше половины среднего класса – 45%. Это коррелирует с оценками минимальной потребительской корзины, которая у нас безбожно занижена: уже несколько депутатов пробовали питаться на 4367 рублей в месяц и признавали, что это нереально. Еда в наших магазинах стоит уж точно не дешевле Испании или Германии, где цена «корзинки» определяется в 250–300 евро. Выходит 20–24 тыс. рублей, до которых «социологический» средний класс недотягивает.

По сути, лояльные властям социологи пересекли параллельные прямые: у них недоедающий человек может быть отнесён к состоятельной прослойке общества. Характеристики среднего класса всё меньше связывают с его доходом. И это такой же нонсенс, как оценивать автомобиль по инкрустации руля, а не по скорости, расходу топлива и количеству колёс.

Куда более адекватными выглядят оценки прикладных исследований, которые выполнены в интересах компаний, желающих спрогнозировать спрос на товары. Им не нужно умасливать начальство, им требуется реальная картина, чтобы зарабатывать и рисковать деньгами. Например, эксперты Аналитического кредитного рейтингового агентства (АКРА) предположили: чтобы считаться средним классом, в Москве необходимо зарабатывать от 120 тыс. рублей, в регионах – не менее 60 тысяч. В Петербурге, Краснодаре, Екатеринбурге или Тюмени порог зарплаты середняка – от 72 до 96 тыс. рублей. И это не притягивание фактов под пожелания начальства, это вполне конкретные показатели дохода, при которых человек способен купить айфон, мотоцикл или влезть в ипотеку. По оценке экспертов АКРА, к среднему классу относятся граждане, которые не имеют проблем с оплатой счетов и покупкой необходимых товаров, они выезжают за границу и осуществляют накопления, а также могут позволить себе ипотеку и автокредит. Они имеют высшее образование, занимаются умственным трудом или предпринимательством.

По словам Лилии Овчаровой, средний класс помимо доходов обладает определёнными профессиональными компетенциями, склонен к изменениям, является мобильным с точки зрения карьеры. То есть готов переехать в другой город за хорошим заработком и перспективным проектом. Содержательное отличие среднего класса ещё и в том, что он начинает инвестировать свои ресурсы в образование, здравоохранение и другие расходы, связанные с развитием. А не просто покупает джип подороже.

К сожалению, таких людей в России не слишком много. По данным Росстата, средняя зарплата в стране по итогам 2019 г. составила 44 тыс. рублей. Ну как тут не изобрести «предсредний класс», чтобы хоть как-то сгладить феерические по наглости манипуляции социологов.

В 2017 г. президент Путин озвучил цифру: 20 млн россиян живут за чертой бедности. И это, по словам нацлидера, «унизительно». Камушек прилетел в огород экономического блока правительства РФ, и там привычно изобразили работу над ошибками: сегодня официально бедных 18, 9 миллиона. И нет сомнений, что динамика и дальше будет положительной, несмотря на падение курса рубля и новые рекорды оттока капиталов из страны. А если скрывать очевидное станет невозможно, то всё спишут на коронавирус.

Справедливости ради нужно отметить, что в России самый высокий порог бедности среди стран БРИКС. По официальным данным, у нас нет людей, живущих на 80 рублей в день, а в Индии ниже этого порога живёт почти треть населения, в Бразилии – 13%, в ЮАР – 10, 7%, в Китае – 6, 1%. Но в Индии и ЮАР распространён доиндустриальный вариант бедности с большой долей сельского населения, в Бразилии вопиюще бедны безработные обитатели фавел. Если увлечься сравнениями, правительство РФ вместо реальной работы продолжит равняться на стандарты бедности в Сомали и аплодировать само себе.

Денис ТЕРЕНТЬЕВ