О Владе Листьеве и загадочной зачистке «Останкино» 25 лет назад

Кто ровно 25 лет назад убил Владислава Листьева? Почему он отмахнулся от предупреждения, что его пристрелят, как бабочку? Что думает об убийцах Листьева генерал Александр Коржаков и почему считает, что это были Борис Березовский и Сергей Лисовский? Наконец, какая связь между убийством Листьева и убийством пять лет назад серого кардинала Кремля Михаила Лесина, главного имиджмейкера Бориса Ельцина и первых 10 лет правления Владимира Путина?
Обо всём этом разговор главного редактора «АН» Андрея УГЛАНОВА с поэтом и исполнителем популярнейших хитов Александром НОВИКОВЫМ, а также с потенциальным многомиллионным рекламодателем Листьева, одним из телегероев его авторской передачи «Час пик» Андреем РАЗИНЫМ.

– НАЧНЁМ издалека. За полгода до назначения Владислава Листьева гендиректором ОРТ в его передаче «Час пик» оказался неожиданный гость – Андрей Разин. Но не в качестве продюсера и создателя группы «Ласковый май». Речь шла о сельском хозяйстве. И об огромном кредите в 400 миллионов долларов, который Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР) предложил правительству России на подъём фермерского движения. Что за чудеса, Андрей Александрович?

– Начну с того, что ещё с 1981 года я был хорошо знаком с Виктором Степановичем Черномырдиным. Наше знакомство произошло, когда я работал в Нижневартовске секретарём комсомольской организации «Севертрубопроводстрой. СМУ-9». Черномырдин же был заместителем министра газовой промышленности СССР и одновременно начальником Всесоюзного промышленного объединения «Тюменьгазпром». В Тюмени в 1981 году мы и познакомились, много лет работали рядом. Он прекрасно знал мои деловые качества. Именно поэтому в 1994 году, уже будучи председателем правительства, предложил мне стать президентом Ассоциации фермеров и сельхозпроизводителей юга России. На это выделялась огромная сумма – 400 миллионов долларов. А он искал человека, который бы эти деньги не разворовал. А я к тому времени был уже очень богатым человеком. Денег мне хватало с избытком – я помогал детдомам, работал на селе. Поэтому и было оказано такое доверие. Я дал председателю правительства своё согласие. Он тут же позвонил Листьеву и сказал, что просит поддержать меня в качестве президента Ассоциации фермеров и сельхозпроизводителей юга России, что назначает меня на такую должность. В трубке было молчание, потом Листьев спросил: мол, Разин теперь будет заниматься сельским хозяйством всего юга? Черномырдин подтвердил и просил меня поддержать.

Я поехал на телевидение на следующий день. Это был июль 1994 года. В эфире мы говорили про нелёгкую судьбу фермеров. Я удивился, как он подготовился к этой передаче за день. Он «пробивал» меня взглядом, давал сюжеты и спрашивал, как бы я поступил в этой ситуации. Я ему, естественно, всё чётко объяснял, рассказывал.

Вторая наша встреча произошла во время записи разговора на ОРТ работников села с тогдашним министром сельского хозяйства России Назарчуком. Было это в феврале 1995 года. До убийства оставалось несколько дней. В той телепрограмме было сказано, что Ассоциация фермеров уже получила кредит в 400 миллионов долларов и надо его эффективно использовать. После передачи мы прошли в кабинет Влада.

Владислав Листьев. Фото РИА Новости

– Говорят, что Листьев очень уважал деньги и, когда узнал про 400 миллионов долларов, тут-то у него и возник к тебе интерес?

– Наверное. После эфира мы пошли с ним приватно поговорить. Что меня сразу удивило – это маленький кабинет, где, уже став генеральным директором ОРТ, он продолжал сидеть со времени работы в программе «Взгляд». Я удивился, говорю: Влад, почему в таком кабинете? Он знаками ответил, что везде «уши», а это его пространство, тут прослушки нет – и можем здесь говорить. Он меня начал спрашивать про эти деньги, про кредиты фермерам, и тут я ему сказал, что нужна не одна передача, а реклама этого сельхозпроекта. Нужно делать рекламные ролики. Сумма большая. Но он меня «осадил»: сказал, что в «Останкино» в сфере рекламы работает группа мошенников-посредников, поэтому почти 50% всех денег на телеканал не поступает.

– До убийства оставалось несколько дней.

– Но он мне сказал, что это будет меняться. Что скоро посредников будут убирать. Что готовится акционирование «Останкино». Но трудность в том, что на пакеты акций слишком много претендентов. И что Боря Березовский «отжимал» телевидение для выборов 1996 года, но не смог противостоять тому, что часть ельцинской команды гребла пакеты под себя, и придётся с ними делиться рекламой.

Листьев сказал, что собирается сделать свою компанию, перекрыть рекламные потоки через посредников и иметь свою рекламную службу. Сегодня Константин Эрнст сделал именно так. И ещё Влад сказал, что, когда эта служба будет, он даст мне хороших ребят. Речь шла о 28 миллионах долларов на презентацию этой программы. Это было требованием ЕБРР, который дал деньги на развитие фермерства. Я обрадовался, что нашим партнёром будет «Останкино». Что всё скоро окажется в руках Влада, он даст мне нормальных ребят, и они будут делать ролики и крутить их на главном телеканале страны. Когда произошло убийство, я понял, почему его убили.

После убийства Листьева новым генеральным директором ОРТ стал Олег Слабынько. Нормальный, влиятельный. Я приехал к нему, сказал, что у нас с Владом Листьевым была договорённость снимать клипы и постоянно показывать их на федеральном канале. Дальше то же самое, что с Листьевым: по рукам, и было обещано начать производство через месяц-два. Но и его убили в январе 1996 года. Выстрелы в голову и в грудь, почерк один.

– Он был замечательным журналистом, у него были известные в журналистских кругах родители, но сегодня про него не вспоминает никто. Сегодня кто только не гадает, кто убил Листьева – то ли Березовский, то ли какие-то бандиты. А ты как думаешь? Ты же был знаком с Березовским и даже крестил его?

– Да, крестил, ездил к нему в Лондон раз восемь, беседовал с ним приватно. Я ему говорил, что его обвиняют в убийстве Влада, а он отвечал, что не имеет к этому никакого отношения. Что тот перешёл дорогу важным людям, а он предупреждал его не делать этого, потому что он в этом секторе не имеет влияния, а Влад вышел из-под контроля. Я спросил его и про Олега Слабынько. Борис ответил, что и тот пошёл по тому же пути. Потом, в 1997 году, всё устаканилось, и Костя Эрнст работает до сих пор.

– Кто занимался рекламой в «Останкино»? Это был, во-первых, «Видеоинтернэшнл», «ЛИС’С» с Лисовским и конкретно Михаил Лесин, крупнейший ельцинский чиновник, работавший 10 лет и при Путине. На самом деле – «чёрный кардинал» политического пиара. Пять лет назад убит в США. Уже имел американское гражданство, был очень богатым человеком. Его убийство – отголоски тех событий?

– Из всей группировки, когда Ельцин психанул и снял прокурора Москвы, побежали к Березовскому. Он позвонил Ельцину, видно, сказал ему, где надо искать, но почему-то кошмарили Лисовского, а Лесина не трогали вообще, хотя у него причин было больше, чем у кого-либо.

Лесин отвечал за тяжёлую предвыборную кампанию Ельцина 1996 года. Ельцин был непроходной фигурой, у него был рейтинг 5%. Всё это не проходило мимо внимания Александра Коржакова, руководителя Службы безопасности Ельцина. Нужно и его спросить, кто же убил Влада Листьева. Сроки давности прошли.

– Как я понял из того, что нам сказал Александр Васильевич Коржаков, он считает, что Листьева убили по заказу Березовского.

– Мне Борис Абрамович говорил вот что. Когда была предвыборная кампания, когда выносили деньги в коробках из-под ксерокса, когда обвинили Чубайса, а Лисовского поймали с поличным, то к Ельцину в кабинет пошёл не Чубайс, как многие думали и думают, а Березовский. И уговорил его уволить Александра Васильевича Коржакова. Никто не мог этого сделать. Конечно, я понимаю Александра Васильевича – если бы меня кто-то уволил с работы, я бы, конечно, повесил всех собак на этого человека. Но я в это не верю. Могу так утверждать, потому что разговаривал с Владом, с Олегом и знаю причину. Мои подозрения, что это Лесин, что он таким способом прибирал к рукам этот огромный бизнес. У Лисовского был мизер, ему дали социальную программу, а Лесин брал самые большие куски.

– А как сегодня работает Первый канал, когда говорят, что он уже банкрот, что денег у него нет? Куда же рекламные потоки идут?

– Константин Эрнст, конечно, увлёкся рекламой, он платит зарплаты, на рекламе содержит студии, делает передачи. Но есть ещё пакет, который растёт, – это имущественный блок, он очень большой. Всё это оценивается, идут налоги, задолженность растёт, но канал никто «не мочит», потому что он федеральный, он нужен власти. Но пузырь надувается. Хочу рассказать, что произошло с теми 400 миллионами долларов для фермеров юга России. Когда мы выдавали крестьянам кредиты, они закладывали своё имущество. Я им давал деньги, они покупали земли, трактора, зерно. Фермеры делались богатыми. Но у них в залоге было их имущество. Я пришёл к Виктору Степановичу Черномырдину и сказал, что люди злые, деньги-то они получили, бизнес развивают уже год, но боятся, что у них заберут дома, имущество. Мы, кстати, говорили об этом и с Владом Листьевым в прямом эфире. Можно и сегодня посмотреть на канале YouTube. Когда я это сказал Виктору Степановичу, он пошёл к Борису Николаевичу Ельцину, и они за неделю до выборов списали всем крестьянам 400 миллионов долларов. Ельцин получил 25%, 10 они ещё нарисовали. Итого – 35. Поэтому, думаю, по Эрнсту произойдёт такое же. Этот весь пузырь задолженности будет властью списан.

– Листьева убили за то, что он пытался уничтожить монополизм в рекламном деле, а сегодня Первый канал устроен так, что все компании, которые производят передачи, по слухам, принадлежат продюсерам этого самого канала, в том числе многие сериалы, которые идут бесконечно каждый вечер. Туда проникнуть со стороны вообще невозможно, и появление какого-то очередного Влада Листьева просто нереально. Почему то, с чем боролся Листьев, лишь усугубилось?

Звонок А. Коржакову

– Александр Васильевич, это Андрей Угланов. Что вы можете сказать по поводу убийства Листьева?

– До сих пор подозреваются Березовский и Лисовский. Поначалу делали вид, что они враги, а после смерти Листьева стали друзьями не разлей вода.

– Почему Разин до сегодняшнего дня уже 33 года держит концерн «Ласковый май» в своих руках и никого не пускает туда на пушечный выстрел? У него свои директора, свои продюсеры, своя дискотека «Союз», и Разин уже продаёт билеты на концерты 2021 года. Почему? Потому, что я боюсь, что меня грохнут. Эрнст Костя – то же самое.

– Получается, как частная лавочка.

– Да, но другого варианта нет – убьют. Я пустил бы в «Ласковый май» кого-то, и меня прибили бы. Там же обороты какие! Когда Влад решил это сделать и устранить препятствия, его убили, так же как и Олега. Мне кажется, что это даже один киллер делал.

– Скажи, во что, на твой взгляд, превратился Первый канал за эти 25 лет? Я, например, вижу нечто сомнительное, где кричат и брызжут слюной люди с красными лицами, где поливают друг друга помоями, хамят. Такое ТВ нервирует зрителей, смотреть на это могут только психи ненормальные, чего при Листьеве не было никогда. По вечерам молодой человек слащавой наружности стравливает людей, говоря какие-то пакости. Даже ты попался в этот гадюшник. И уважаемый человек Александр Новиков. Сегодня он полностью оправдан, но никто перед ним не извинился. Эпоха «листьевых», которые хоть и любили деньги, но воевали с ветряными мельницами, – она окончательно закончилась?

– Очень похоже на то. Ты же знаешь, какие проколы у музыкального продюсера? Он сидит на всех потоках, на всех проектах, и как стыдно было смотреть на генерального директора Костю Эрнста, когда он извинялся перед детьми прошлой весной в проекте «Голос. Дети». Это же полный провал продюсера! И если бы я выходил и просил прощения у детей и задаривал их деньгами…

– Алсу призналась, что она как раз покупала все эти голоса.

– Да, и это на Первом знают, но почему продюсера не убирают? В этом слабость Кости Эрнста. Или он уже зависит от них, как и весь шоу-бизнес, и там крутятся огромные деньги, а музыкальный продюсер Первого Юра Аксюта держит это в своих руках. Другие держат в своих руках общественно-политическое вещание.

– Это куда проникли такие лица, на которые противно смотреть?

– Безвкусица – это да. Шепелев ушёл, и для Первого канала это очень большая потеря. Диму затравили, а Первый канал его не может защитить.

– Скажи, вдруг тебя бы увидели какие-то теневые правители страны и сказали: «Правильный пацан-то, говорит правильные вещи, давайте его назначим продюсером Первого канала, чтобы исправил положение!» Что бы ты стал делать в роли Влада Листьева с 1 марта 2020 года?

– Первое – отделил бы от всех наиболее творческих, талантливых людей.

– Там есть такие?

– Есть. Гадёнышей и бандитов, которые там собирают деньги, – их тоже в сторону.

– Так они же тебя бы и грохнули!

– Я знаю, поэтому и говорю: отодвинул бы в сторону, не убирал пока, но между этими двумя группировками потихонечку влил бы свои свежие нормальные силы и потихоньку переформировал бы полностью все программы так, как это делал Костя.

– То есть не как Листьев – завтра всех закрываю, а он, Костя, молчал, улыбался и делал всё под ковром.

– Доктор Курпатов был его единственной слабостью. Это непонятно кто, но Эрнст его слушает. А тот всё-таки, я считаю, дилетант, и когда он давал, а может, и до сих пор даёт советы, это всё гробит, и все сотрудники на Первом канале недоуменно шепчутся на эту тему.

– После упоминания в нашем предыдущем разговоре этого загадочного доктора он, словно призрак из мрачных чёрных подземелий, где обитают мерцающие духи и клубятся газы, оказался в Давосе и читал там нашим богачам лекцию о том, что они глупеют, когда у них в руках телефон. Вот умища-то палата! И слушают. Не только Эрнст, но и Греф.

– Может, он масон?

– Думаю, нет. Может быть, неземная субстанция, нечеловеческая. Он лишь принимает иногда вид человека, а на самом деле – сложнейший набор атомов и молекул, которые влияют на мозг обычного человека. Вчера это был Эрнст. Сегодня Греф. А что сделал бы ты с этим загадочным доктором, если бы оказался на Первом?

– Курпатов ушёл бы с Костей.

– А если бы он проник в твой мозг неуловимой и неосязаемой мерцающей субстанцией?

– Нет, у меня сильный мозг, меня Джуна Давиташвили укрепила против всякой нечисти, я жил у неё два года, и она научила меня держать любые удары. Я бы любую чёрную субстанцию загнал обратно в преисподнюю. Чего не смогли сделать Владислав Листьев и Олег Слабынько. Царствие им небесное и светлая память!

Мнение барда А. Новикова

– ХОЧУ дать слово Александру Васильевичу Новикову, который очень давно в шоу-бизнесе, дружил с Листьевым в тот период. Александр Васильевич часто приезжал в Москву и даже останавливался у него дома. Вот его мнение по поводу убийства Владислава Листьева.

– Незадолго до убийства он похвастался, что отменил все договоры и теперь за рекламу будут платить все, кто купил. Мол, он аннулирует все договоры, и на рекламу пускай заключают новые договоры и по новым расценкам. И я ему сказал, что вот здесь тебя предупреждать не будут. А он-то думал, что ему будут звонить, тяжело дышать в трубку телефона. Я ему сказал: «Тебя застрелят сразу, как бабочку, как только коснётся больших денег». Листьев отреагировал на мои слова так: мол, у меня екатеринбургский синдром, «ты всё играешь в войнушку, здесь такого нет, это у вас в Екатеринбурге так».