15 тысяч золотых рублей воина-мецената работают в Севастополе спустя сотню лет

Странно и неожиданно сплетаются порой человеческие судьбы, но ещё удивительнее, когда неведомым образом соединяются между собой не люди, а города. Далёкие друг от друга, они могут даже не подозревать о своей связи, но она есть — настоящая, ненадуманная, прочная."Уже третье столетие каким-то непонятным образом огромное количество людей из Твери прославились в Севастополе. Стали его защитниками, строителями, героями первой и второй обороны. И постоянно открываются новые имена", — эти слова отец Роман, руководитель тверского Фонда им. сестры милосердия Екатерины Бакуниной произносит в Севастополе не первый и не второй раз.В этот раз они звучат в севастопольском педагогическом колледже, до недавнего времени носившем имя тверича Петра Кононовича Менькова. Во время первой обороны он был полковником Генерального штаба, участвовал в сражениях и вёл хронику военных событий. Свои очерки военного журналиста он часто публиковал под фамилией "Кашин" — по названию тверского городка, в котором родился.Именно на завещанные Петром Меньковым 15 тысяч золотых рублей в 1887 году в Севастополе были созданы начальная школа — ремесленное училище для детей ветеранов Крымской кампании и приют для инвалидов из нижних чинов. Они следили за порядком и чистотой помещений.Школа официально называлась Меньковской. Её правопреемником стал педагогический колледж.Разговор с учащимися колледжа Роман Манилов ведёт от точки, в которой находится. Вот училище, созданное по доброй воле Петра Менькова. Во дворе колледжа — памятник когда-то располагавшейся именно здесь Девичьей батарее. Его уже на склоне лет установил другой тверич — сражавшийся в Севастополе, на 4-м бастионе, контр-адмирал Фёдор Нарбут. />g src="/sites/default/files/2024-09-11/sevastopol-devichya-batareya-pamyatnik-zhenschinam.jpeg" data-align="center" data-entity-uuid="d6f1e55c-f506-4ce9-b405-2a489d9bc9e6" data-entity-type="file" alt="" width="700" height="504" data-caption="Неизвестно, подтолкнула ли никогда не бывшего женатым Фёдора Нарбута к установке монумента память об общем подвиге как будто бы легконравных женщин или о ком-то конкретно">Спустишься на несколько шагов вниз — и окажешься на площади, которая до Великой Отечественной называлась в честь не Фёдора Ушакова, а адмирала Фёдора Новосильского. Командир 4-ого бастиона, в июле-августе 1855 года — командир Севастопольского порта и военный губернатор — тоже тверской дворянин. К слову — как и первый командующий Черноморским флотом адмирал Федот Клокачёв, и самый знаменитый севастопольский тверич — адмирал Владимир Корнилов.И это всего лишь несколько имён времён первой обороны. Ещё несколько шагов в сторону — и вот уже улица, названная в честь другого уроженца Твери, имя которого неотделимо от истории второй обороны города — адмирала Филиппа Октябрьского. Можно пойти дальше или же вернуться на Исторический бульвар, к 4-му бастиону, чтобы вспомнить тверичей, которые восстанавливали Севастополь.А можно не ограничиваться конкретной эпохой, родом занятий и радиусом нескольких сот метров — но только тогда рассказ рискует стать бесконечным.В этот же день все собрались ради одного имени и одного события — выставки, посвящённой Петру Менькову. Её создатель — молодой историк Михаил Тучков — родился и вырос в том же тверском городе Кашине, что и Пётр Меньков. Выставка побывала в разных местах тверского края, и теперь она — в Севастополе./>g src="/sites/default/files/2024-09-11/sevastopol-tver-fond-ekateriny-bakuninoy-pedagogicheskiy-kolledzh-otec-roman-manilov-2.jpeg" data-align="center" data-entity-uuid="8557f69a-4e04-47d8-a753-2204d3eaab49" data-entity-type="file" alt="" width="700" height="520" data-caption="Знакомя студентов с выставкой, Михаил Тучков советует им прочитать "Записки" Петра Менькова. "Он был юморист, так что не пугайтесь трёх томов -— они очень интересные". ">Михаил не просто собирал уже известную информацию о своём земляке, но и добывал её — не только в архивах, но и на кладбищах.Там почти что чудом ему удалось найти общую могилу бабушки Петра Менькова и воспитавшего его дяди. Выгравированные на камне буквы уже не читались глазом, открыть их помогли карандаш и бумага./>g src="/sites/default/files/2024-09-11/sevastopol-tver-fond-ekateriny-bakuninoy-pedagogicheskiy-kolledzh-otec-roman-manilov-3.jpeg" data-align="center" data-entity-uuid="ba30bbff-bb52-4b8b-a0ba-9ab16800f6a0" data-entity-type="file" alt="" width="700" height="482">В чём важность этой находки?Дело в том, что Пётр Меньков был незаконным сыном дворянина, участника войны 1812 года, и крепостной девушки. Такая любовь не была редкостью, но отец Петра умер, когда мальчику было всего 8 лет. На воспитание его взял дядя, Матвей Иванович Рондин.В своих записках Пётр Кононович отзывался о дяде и хорошо, и по-разному, но стоит признать — таким, каким стал, будущий генерал сформировался именно в доме своего дяди.А стал он умным, ироничным, прямолинейным и искренне преданным России человеком. Собранные вместе, эти качества чуть не стоили ему карьеры — за пять лет до Крымской войны его арестовали и обвинили в вольнодумстве за рукописи с откровенными отзывами о русской армии и современном политическом положении. К счастью, Менькову удалось оправдаться."Пётр Кононович был острым на язык. Доставалось от него и представителям командного состава, если они не проявляли качеств, которые должны были проявлять", — рассказывает отец Роман.Оборона Севастополя, да и не только она, показала, что Меньков был прав — армия крайне нуждалась в преобразованиях. И позже он, дослужившись до генерал-майора, участвовал в армейской части реформ Александра II./>g src="/sites/default/files/2024-09-11/sevastopol-tver-fond-ekateriny-bakuninoy-pedagogicheskiy-kolledzh-otec-roman-manilov-5.jpeg" data-align="center" data-entity-uuid="7aff3fec-cbf2-4c54-9145-22dbd8fceffd" data-entity-type="file" alt="" width="700" height="521" data-caption=""Родина моя – Тверская губерния, город Кашин, любовь – Севастополь"">В Севастополе Пётр Меньков жил в более чем скромном домике Даши Севастопольской и был шафером на её свадьбе, что сыграли по окончании обороны.Военный историограф, летописец Крымской войны, Пётр Меньков возглавил военные журналы Российской империи, инициировал создание музея обороны Севастополя (сейчас — Музей Черноморского флота) и стал во главе попечительского совета по сбору денег на него — музей создавался исключительно на народные деньги.О том, как Пётр Кононович относился к людям, можно судить и по нескольким строкам из его "Записок". Они представлены на выставке."21 ноября. Вчера пошла третья неделя, как я в Кашине.Я прочёл походы Александра Македонского, Аннибала, Юлия Цезаря, прочёл войны в Нидерландах и войну за испанское наследство, прочёл две книги: Anecdotes du dix-neuvième siècle, прочёл… а написал-то сколько!Можно себе вообразить, как мне весело!Впрочем, я бы солгал, если бы сказал — мне скучно! Есть в жизни человека высокое удовольствие — удовольствие делать счастливыми других! Моё присутствие в Кашине составляет счастье двух почтенных старушек, родственно связывающих меня с людьми: старушки эти — мать и нянька! Одна дала жизнь, другая взлелеяла и вскормила меня до офицерских эполет".Пример Петра Менькова показывает, какова была гражданская и социальная ответственность наших предков, говорит отец Роман./>g src="/sites/default/files/2024-09-11/photo_5406713963208629728_y.jpg" data-align="center" data-entity-uuid="444eb023-5640-47e5-ab7b-c30f553ef8fa" data-entity-type="file" alt="" width="700" height="502">"Не домик себе построить на берегу Средиземного моря или апартаменты, а все свои сбережения отдать, чтобы для детей в Севастополе построить училище. И если бы не это благое дело — Петра Менькова знали бы только историки. Это пример нам, если мы хотим, чтобы память о нас прожила дольше нас самих", — ненавязчиво направляет устремления студентов отец Роман.Непростое военное время сегодня заставляет всех нас задуматься и внимательнее посмотреть внутрь себя. Чего мы действительно хотим? Что можем для этого сделать и на что готовы?"Любить свое Отечество так, как любили те, кого мы сегодня помним, — говорит ребятам отец Роман. — Это ваше СВО".Хорошее руководство не только для 16-летнего человека.Светлана Косин