Минтранс займется мониторингом грузоперевозок в портах
Говорили, что дальневосточные порты имеют ресурс для обработки грузов, но под конец 2021 года грянул логистический кризис. В результате - транспортный коллапс. Сейчас проблема решена?
Александр Пошивай: Проблема на каботажных линиях, по которым доставляются товары в регионы Дальнего Востока, решена. Самый главный вопрос - доставка социальных грузов. Мы выделили приоритетные. Во-первых, это социально значимые грузы, во-вторых - грузы для национальных проектов, в-третьих - для крупных инвестпроектов, а далее все остальные. Это позволяет приоритетные грузы отправлять в первую очередь.
Все социальные грузы доставили и сейчас они после прибытия немедленно уходят в порт предназначения.
В декабре 2021 года мы вышли на планирование по каждому порту определенного количества грузов по заявке субъектов. Сейчас до 20-го числа каждого месяца они предоставляют информацию о том количестве груза, который они хотят получить у себя на причале в следующем месяце. Это расписание согласуется с судоходными компаниями и портами.
В 2022 году не случится нового коллапса?
Александр Пошивай: Нет. Такого не будет. Жители дальневосточных регионов, да и других регионов страны, будут получать товары и грузы вовремя.
Почему же кризис случился в 2021 году?
Александр Пошивай: Источников этого кризиса много, но мы выделяем один, который для нас важен. Это повышение цены морского фрахта, которое получили из-за пандемии. После "карантинной паузы" в 2021 году возникли заторы в пунктах пропуска КНР. Тогда грузовые потоки по транспортному коридору Азия - Европа - Азия стали уходить с морских на железнодорожные маршруты через Россию. Объем экспортно-импортных контейнерных грузов в портах Дальнего Востока вырос почти на 20%, а объем транзита по Транссибу, оказавшемуся в августе 2021 года в 3,5 раза дешевле морской транспортировки через Суэцкий канал, почти на 50%.
Когда в морских портах Приморья также появились заторы грузов, в том числе предназначенных для Чукотки, Магадана, Сахалина и Камчатки, региональные власти не сразу отреагировали на возникшие риски с доставкой грузов, а транспортные компании оказались не мотивированы переориентировать флот с международных линий на каботажные, фрахт на которых оказался в 2,5 раза дешевле.
То есть суда попросту ушли туда, где больше платили?
Александр Пошивай: Да, главная проблема была во фрахте - не хватало судов. Все теплоходы, которые были на рынке, ушли зарабатывать деньги на другие линии. Еще и штормовые условия наложились.
Некоторые транспортные компании также утверждали, что груженые суда ждали проводки через льды. Ледоколы тоже ушли зарабатывать деньги?
Александр Пошивай: Нет, это не так. В ноябре некоторые суда, ориентируясь на предварительные прогнозы синоптиков, попытались "проскочить" по Севморпути без ледокольного сопровождения, но Арктика напомнила, что шутить не любит. Вот и пришлось "Росатому" совместно с минтрансом срочно "изыскивать резервы" и перебрасывать уже планово задействованные в других местах ледоколы на помощь застрявшим во льдах судам.
Но ведь это все то же управление в "ручном режиме". Можно ли автоматизировать процесс?
Александр Пошивай: Напрашивается расширение функционала минтранса за счет мониторинга движения грузов по территории страны. Недавно принятая Транспортная стратегия включает этот проект. Но по своим масштабам он огромен. Сейчас мы разрабатываем так называемую динамическую программу движения грузов через морские порты. За основу берем тот механизм комплексного мониторинга, который был построен для портов Дальнего Востока. Далее сделаем информационную платформу, на нее загрузим информацию по ДФО, отработаем ее и реплицируем на администрации других морских портов. В первую очередь это будут порты Северо-Запада, Азовское и Черное моря, Каспий.
В течение 2022 года будем иметь целостную систему. Станем получать информацию от субъектов, которые будут планировать перевозки, планы будут отражаться ежемесячно. Накапливая эту информацию, сможем понимать, что если у нас, например, ежемесячно в порт Магадана в среднем ввозилось 16 тыс. контейнеров, а по каким-то причинам ожидается подход 24 тыс. контейнеров, то нужно будет брать дополнительные суда. Эта динамическая система движения грузов должна давать нам как анализ, так и прогноз на основе анализа. То есть с ее помощью будем мониторить ситуацию, чтобы вовремя подавать корректирующие сигналы рынку.
Перевозка морем востребована, а есть ли спрос на перевозку грузов по рекам?
Александр Пошивай: Современные автомобильные дороги составляют серьезную конкуренцию внутренним водным путям. Потому здесь возможно говорить только об экономический составляющей. Перевозка грузов на дистанцию более 600 км по реке однозначно выгоднее, чем на автотранспорте. Так что внутренние водные пути должны взять на себя перевозку массовых и крупногабаритных грузов. Экономический эффект перевозки определяется на основе транспортно-экономического баланса, который будет разработан в соответствии с Транспортной стратегией. В итоге создадим сетку, которая позволит потребителю выбирать способы доставки груза с точки зрения баланса времени и цены. То есть, если хотим доставить быстро, но дорого - везем самолетом, а если медленно и дешево - то по воде. Посередине - автотранспорт, железная дорога. Транспортно-экономический баланс станет автоматизированной системой, которая объединит все виды транспорта на основе анализа единой транспортной сети, которая уже создана.
Какова ситуация с пассажирскими перевозками по рекам?
Александр Пошивай: Пассажирские перевозки на внутренних водных путях в 2021-м динамично росли. Это связано прежде всего со снятием ряда ограничений, которые действовали в условиях пандемии в 2020 году, а также возросшим интересом к водным туристическим маршрутам внутри страны. Кстати, речь идет не только и не столько о пригородных речных перевозках. В крупнейших городских агломерациях России - Москве и Санкт-Петербурге - активнее других используют речные прогулки. Оба города также приступают к поэтапному возвращению внутреннего водного транспорта в схему работы городских транспортных комплексов.
По отзывам туроператоров, в 2021 году спросом пользовались речные круизы. Какие направления были особенно популярны?
Александр Пошивай: В секторе пассажирских перевозок по водным туристическим маршрутам перевозится около 370 тыс. человек в год, это примерно 3% от общего количества пассажиров в секторе пассажирских перевозок.
Мы поддерживаем развитие круизного туризма. Строятся новые комфортабельные круизные суда различных классов, осваиваются новые маршруты. Ввод в 2021 году после реконструкции гидроузла "Белоомут" на Оке фактически позволил вернуть на эту реку большое судоходство. После долгой паузы речные путеводители снова пополнило рязанское направление, а восстановленный в 2018 году силами канала им. Москвы дебаркадер в центре Рязани позволил возобновить прервавшиеся 20 лет назад речные круизы в этот древний город. Популярны круизы по внутренним водным путям европейской части России. Например, трехдневные маршруты из Санкт-Петербурга до Валаама, из Москвы до Углича, Мышкина и Твери, и конечно, рейсы между Москвой и Санкт-Петербургом, по сибирским маршрутам - Красноярск - Дудинка на Енисее и "Белые столбы" на Лене.
Какие могут появиться новые маршруты?
Александр Пошивай: До 2030 года Росморречфлот планирует улучшить судовые ходы для движения туристских пассажирских судов по новым маршрутам. Реализуется проект на реке Волхов для захода судов в Великий Новгород. Предусматривается создать улучшенные судоходные условия по Приладожским и Онежскому каналам, на реке Ока с возобновлением маршрута "Золотое кольцо".
В прошлом году началась подготовка нацпроекта по развитию водного транспорта. На какой стадии сейчас работа над документом?
Александр Пошивай: Если кратко, то необходимости в разработке нацпроекта уже нет. Это закреплено протоколом. Когда начали работу над нацпроектом, оказалось, что мы делаем одновременно три работы, направленные на одно и то же. Помимо нацпроекта это программа развития водных путей и транспортная стратегия. Когда это стало очевидно, на совещании у первого вице-премьера Андрея Белоусова было решено все вопросы развития водного транспорта включить в Транспортную стратегию. К тому же министр поставил задачу, чтобы мы при подготовке стратегии не разделяли ее по видам транспорта.