Ольга Туханина. Бунт понаехавших: откуда на московских митингах взялись немосквичи?

Новый всплеск протестной активности в Москве последние дни практически полностью определяет новостную повестку в социальных сетях.

Все это мы уже видели во время событий на Болотной площади начала десятых годов. Поведение сторон, как и их аргументы, практически не изменились. Стоит, наверное, лишь отметить возросший намного градус взаимной ненависти. Если восемь лет назад стороны пытались хотя бы как-то слышать и слушать друг друга, то сегодня об этом уже нет и речи.

И еще одна деталь, которой во время Болотных протестов не было. Это количестве иногородних, принявших участие в московских протестах. Официальная пропаганда утверждает, что среди задержанных на несанкционированном митинге 27 июля около 60 % не имели постоянной московской регистрации.

Посыл понятен: москвичи мол всем довольны, ни на какие митинги выходить не хотят. Поэтому оппозиция вынуждена собирать с миру по нитке, привлекая к своим выступлениям сторонников из других городов. То есть тех, кому, казалось бы, нет никакого дела до выборов в московский законодательный орган.

Аргумент, на мой взгляд, она очень слабый.

Во-первых, он сразу же вызывает в памяти события в Одессе, когда сторонники украинских властей утверждали, что никаких одесситов в сгоревшем Доме профсоюзов не было, а были всякие понаехавшие сторонники русского мира.

Во-вторых, такая позиция лишний раз подчеркивает не только финансовый но и политический разрыв между столицей и провинцией: все вопросы решаются в Москве, поэтому, если вы хотите влиять на что-то – милости просим в дорогую столицу.

Что же касается озвученных 60 % иногородних, не думаю, чтобы власти нас тут обманывали. Удивительно другое – что они не усматривают в этом никакой проблемы.

С самого начала дело преподносилось так, будто иногородние специально сели на поезда, в машины и на самолеты, заплатили свои деньги, чтобы посетить протестные мероприятия в Москве. В реальности же, думаю, все было иначе. Все эти люди годами живут и работают в столице, но при этом не имеют никаких гражданских прав. Они не могут избирать и быть избранными, не получают преференций от московского бюджета, испытывают постоянные затруднения с обучением детей в столичных школах, с лечением в поликлиниках.

Словом, это те, кто являются москвичами де-факто, а де-юре ими не являются. Отчего чувствуют себя людьми второго сорта.

Современная экономическая система России чрезмерно централизована. Мало того, что представители большинства профессий с большей легкостью найдут работу в Москве, чем у себя на родине; что московские зарплаты будут гораздо выше; но есть еще и профессии, работать по которым можно только в столице. Все это приводит к тому, что каждый год сюда приезжают все новые и новые граждане РФ. Сегодня трудно сказать, сколько же их точно. Большинство из них официально не зарегистрированы. Вдобавок многие работают в серых секторах, так что статистика может определять их количество только по косвенным признакам.

Итак перед нами очень большая группа граждан, живущих в тени, но имеющих необыкновенно высокий протестный потенциал в силу тех обстоятельств, в которые их поместила жизнь.

Это является следствием рудиментов советской системы, при которой всеми гражданскими правами обладали исключительно люди, имеющие прописку. Сегодня же это приводит к тому, что реальные москвичи (люди с постоянной московской регистрацией, собственники московского жилья) могут проживать где-угодно: в Индии и Таиланде, в Лондоне и Берлине, в Израиле и США. Тогда как в их квартирах живут выходцы из Твери, Красноярска или Ставрополя.

Ситуация в Москве необычна для мировых столичных мегаполисов. Если в привычной ситуации столица приносит жителям больше денег, но и требует гораздо больших расходов, то в Москве стоимость жизни зачастую ниже, чем в провинции. Однако это касается не всех позиций. Ошеломляет разрыв между стоимостью недвижимости в любом российском крупном городе, с одной стороны, и стоимостью такой недвижимости в Москве и отчасти в Санкт-Петербурге – с другой. Этот своеобразный заградительный барьер по факту и приводит к негодованию иногородних.

С одной стороны, человек, который приехал работать в Москву, может иметь значительный выигрыш по сравнению со своими земляками. Он, допустим, получает сто тысяч рублей, а его сверстники, оставшиеся на малой родине, за ту же работу получают тридцать. Но, с другой стороны, по сравнению со своими московскими коллегами понаехавший чувствует свою ущербность. Он вынужден платить за съемное жилье, из которого его в любой момент могут выгнать. За тридцатилетие нашего капитализма в России так и не появилось практики доходных домов, поэтому сохраняется разрыв между людьми с постоянной регистрацией и теми, у кого вообще никакой регистрацией по месту работы нет. Хозяева квартир уклоняются от налогов, но жильцы плывут в одной лодке именно с ними, а не с государством.

Огромная цена на недвижимость и необходимость платить высокие цены за съем жилья не позволяют иногородним откладывать хотя бы какие-то деньги на ипотеку. Более того, даже если что-то удается отложить, банки могут не одобрить ипотеку иногороднему, ведь у него нет ничего в залог. Поэтому москвичам хоть с каким-то жильем в столице куда проще покупать новые квартиры на стадии котлована.

В результате мы приходим к тому, что люди после десяти-пятнадцати лет пребывания в столице по-прежнему ощущают себя на птичьих правах. У многих из них возникают есть семьи, зачастую созданные с такими же иногородними, дети, по факту являющиеся москвичами, потому что они родились тут. Но по-прежнему нет никаких перспектив.

Если бы мы говорили о такой ситуации во время экономического роста, то жизнь приводила бы постепенно иногородних-понаехавших к возвращению в свои города, как после вахты. Деньги, вложенные в Москве, позволяли бы им с большей легкостью обзаводиться жильем на родине. Однако у нас продолжается стагнация. Количество рабочих мест в провинции не растет. Так что иногородние в столице попадают в своеобразную ловушку: они должны продолжать тут работать, чтобы зарабатывать на жизнь, но у них по-прежнему нет шанса осесть в Москве и почувствовать себя полноценными гражданами столицы.

Политика же наших властей много лет сводится к тому, чтобы поддерживать вокруг Кремля в столице своеобразный пояс жирка. И это тоже советское наследство. Наследство того времени, когда Москва была образцовым коммунистическим городом, а из периферии в нее тянулись бесконечные колбасные электрички.

 Но времена-то изменились, и сегодня в Москву может переехать любой желающий. Но стать полноценным москвичом – нет. Похоже, именно эти люди, которых почти не учитывает статистика, являются самым горючим материалом для любых протестов. Единственный голос, который у них есть – это голос на площади. Единственная возможность проголосовать – выйти на проспект Сахарова.

При этом ни московские власти, ни федеральный центр этой проблемы не то что не учитывают, но, похоже, даже и не осознают. А значительное число иногородних на площади используют, чтобы сообщить городу и миру, что в столице все спокойно.

Дескать первый класс не бунтует, бунтует только второй.
➡ Источник: https://publizist.ru/blogs/109433/32362/-?utm_source=politobzor.net