Какую книгу вы прочитаете в рождественские каникулы? Подборка от авторов Академии журнала «Фома»

1. «Письма Рождественского Деда», Джон Рональд Руэл Толкин

«Письма Рождественского Деда» — это игра длиною в 23 года. Каждый год Толкин, автор «Властелина колец», писал своим детям рождественские письма. Их главный герой, он же адресант, Рождественский Дед, в оригинале — Father Christmas (Отец Рождество), символ радости. Северный полюс, где он живет, наполнен удивительными существами: снеговики, эльфы, гоблины и, конечно, белый медведь. 

К медведям, кстати, Толкин питал особую любовь. Однажды в Рождественский сочельник он даже натянул на себя белую овечью шкуру, изображая медведя. Можно представить, сколько радости он доставил детям в этом костюме! 

Интересная деталь: в письме от 1925 года Рождественский Дед говорит, что ему целых 1925 лет. То есть вместе со Христом в мире появляется рождественская радость. Но чтобы получить настоящее удовольствие при чтении, нужно рассмотреть рисунки Толкина. Да-да, он еще был замечательным художником и, по сути, создал первый рождественский комикс. 

«Письма Рождественского Деда» — необыкновенно уютный и вместе с тем хрупкий мир рождественской радости, которая сосредоточена вокруг семьи. В этих письмах он выстраивает общую реальность. Мне хочется пожелать, чтобы у всех поколений была эта рождественская радость и общая реальность, созданная игрой в сказку. 

2. «Стихотворения Ариэля», Томас Стернз Элиот

Если говорить о чтении в рождественские каникулы — которые для нас, православных, начинаются до самого праздника Рождества Христова, — то у нас есть семейный обычай читать вслух по вечерам рождественские стихи. Их великое множество. Но лично я больше всего люблю «Стихотворения Ариэля» Т. С. Элиота. Непосредственно Рождеству из них посвящены два — «Путешествие волхвов» и «Культивация Рождественских елей». В них выражено переживание Рождества как события, навсегда изменившего и мир, и судьбу каждого человека. В некоторым смысле это не слишком «уютные» тексты, но зато они помогают глубже почувствовать тайну этого праздника.

В «Путешествии» автор дает слово одному из трех восточных царей, пришедших поклониться Младенцу Христу. Впрочем, о Самом Христе там не говорится ни слова. Только долгое описание пути волхвов: холода, «голосов в ушах», твердящих, что путешествие напрасно, переполненных харчевен Вифлеема. А затем неожиданное признание волхва, что после пережитой Встречи он вовсе не понимает, как жить дальше «на старой свободе». 

В «Культивации Рождественских елей» (что за название такое? до сих пор не понимаю) тоже очень много вещественных деталей: елка, подарки, рождественская индейка, веночек со свечками в день святой Лючии. Всем этим «детским» элементам образа Рождества, по мнению Элиота, должно найтись место в том чувстве, с которым всякий христианин может и должен встретить свое последнее в жизни Рождество — одновременно радостное и по-своему страшное: «Ибо начало напомнит нам о конце // И Первое Пришествие говорит о Втором».

3. «Санта-Хрякус», Терри Пратчетт

Вспомните свой первый новогодний утренник. Вы в костюме зайчика или снежинки водите хоровод, и тут появляется Баба-Яга, которая украла Снегурочку или Деда Мороза… Как же теперь Новый год? Наступит ли?.. И вы бросаетесь рассказывать стишки и выполнять задания, лишь бы вызволить любимых героев из беды.

Всё это напоминает сюжет рождественской сказки для взрослых сэра Терри Пратчетта «Санта-Хрякус». Но за тривиальной историей спасения праздника кроются более серьезные вопросы. 

Многое в нашей жизни пытается выдать себя за «дух Страшдества», но в чём истинная суть праздника? 

И что будет, если люди перестанут верить?..

Действие происходит в параллельной Вселенной, на плоском диске земли, покоящемся на четырех слонах, стоящих на спине огромной черепахи Атуин… А кандидат на роль Деда Мороза — не самый стандартный. Давно вы видели, чтобы подарки развозил… Смерть? 

Правда, Смерти в этом мире не чуждо милосердие, а еще у него есть… внучка.

История ироничная, философская и очень актуальная. Поднимаются даже этические вопросы взаимодействия с искусственным интеллектом, хотя год публикации — 1996. 

Так в чем же истинный смысл Рождества — спросит читатель? Увы, сам сэр Терри Пратчетт был атеистом, поэтому ответ придётся искать самостоятельно. Хорошая литература не обязана давать ответы. Главное, чтобы она задавала правильный вопрос. 

Пратчетт ломает жанровые клише, создавая тончайшую пародию на городское фэнтези, полную острой сатиры, интертекстуальных отсылок и гротеска. Чем читатель более начитан и интеллектуально развит, тем смешнее ему покажутся шутки.

«Санта-Хрякус» — двадцатая книга в цикле Терри Пратчетта о Плоском мире. Цикл можно читать с первой книги, но можно и с двадцатой — а кто вам запретит?..

4. Святочные рассказы, Николай Семенович Лесков

Николай Лесков писал Суворину: «Форма рождественского рассказа сильно поизносилась». У Лескова форма святочного рассказа получает самостоятельное развитие: он становится неожиданным, необычным, часто нарушающим «жанровые законы». В своей статье Лесков пишет, что целью таких произведений должно быть «умягчение сердец».

Он создал целый цикл святочных рассказов: «Христос в гостях у мужика», «Под Рождество обидели», «Пустоплясы», «На краю света» и др. Лесков — писатель с особым интересом к духовной жизни и к бытию церковного народа.

Рассказ «Зверь» основан на детских воспоминаниях автора о муже тетки писателя, помещике Страхове. «Он был очень богат, стар и жесток. В характере у него преобладали злобность и неумолимость, и он об этом нимало не сожалел, а, напротив, даже щеголял этими качествами, которые, по его мнению, служили будто бы выражением мужественной силы и непреклонной твердости духа».

Забава с прирученным медведем неожиданно грозит превратиться в трагедию. И тут на сцену выступает священник с рождественской проповедью…

5. «В конце ноября», Туве Янссон

Зимняя пора, конечно, время праздников и радующих душу вкусностей, но всё равно… Иногда зима кажется тяжелым, депрессивным временем года. Вылезать из постели не хочется, темнеет быстро, просто так не прогуляешься. Надо надевать тонны одежды, а потом кряхтеть, пыхтеть и обязательно приложиться об землю в гололед. Хочется залезть в нору из одеял и вылезать только за мандаринами. И здесь всегда помогают Муми-тролли.   

«В конце ноября» — моя самая любимая история среди всех приключений троллей. Она о том, как жители Муми-дола учатся жить без муми-троллей, ушедших в спячку. Грубо говоря — без постоянного ощущения радости и счастья, созданного другими. Они рассуждают, ради чего надо просыпаться, если просыпаться совсем не хочется. И как сделать праздник себе и тем, кто обычно делал праздник для тебя.