Офицер-пограничник Анатолий Корниюк: «Застава — с нее начинается Родина»
Подполковник Анатолий Корниюк большую часть своей жизни отдал службе на границе нашей Родины. В его семье уже сложилась династия стражей российских рубежей: примеру отца последовали сын, дочь и зять. В суровом Дальневосточном крае — 16 ноября 1975 года меня призвали в армию. Я жил в Куйбышеве, к той поре окончил школу и работал на металлургическом заводе. Меня направили в пограничные войска, куда идет тщательный отбор. Помню, перед службой и к нашему участковому, и в школу, где я учился, приходили с вопросами обо мне. Как-то раз с тренировки возвращаюсь, а бабушка интересуется, что я натворил. Говорит, милиционер был, все обо мне расспрашивал. Наша учебка находилась в городе Саки. Там я принял присягу и получил первые навыки по защите рубежей. Служить начал в Крыму, попал на заставу недалеко от Фороса, где располагались три правительственные дачи. Мы охраняли границы вместе с моряками. Но вскоре наш призыв со всего Западного пограничного округа перевели в Забайкалье. Там открылись новые заставы, многое приходилось начинать с нуля. Туда я прибыл в День пограничника, 28 мая 1976 года. Застава была первой категории, современная. Людей немного, жизнь полностью автономная. На Дальнем Востоке обстановка была напряженная, поэтому на службу выходили с полной боевой выкладкой. Я принимал участие в задержании нарушителей, но таких случаев было немного. Обычно границу пытались перейти уголовники, которые, чтобы не нести наказание, пытались сбежать за рубеж. У пограничников-срочников не бывает отпусков, и увольняются они не в октябре-декабре, как в остальных войсках, а в январе-феврале следующего года. Но это никого не расстраивало. Многие уходили на дембель в звании сержанта. Служить в суровом Дальневосточном крае было непросто, но это время стало отличной школой жизни. Замполит В какой-то момент я задумался, не посвятить ли свою жизнь погранвойскам. Тем более что у меня уже была попытка стать кадровым офицером. После окончания школы я поступил в Тамбовское военное химическое училище, но еще до присяги решил повременить с воинской службой и забрал документы. Словом, я написал рапорт. Выбрал Голицинское высшее пограничное военно-политическое училище КГБ СССР имени Климента Ворошилова. Проучился там четыре года, получил закалку на всю оставшуюся жизнь. 26 июня у нас был выпуск. В этот день мы каждые пять лет стараемся встречаться. Меня снова направили в Забайкальский пограничный округ. К тому времени я уже был семейным человеком, у меня рос сын. Стал служить на заставе «Харацай» заместителем начальника по политической части. Вел политработу, но в основном так же, как все, охранял наши границы. Участок у нас был более ста километров. Застава «Харацай» — кавалерийская. К лошадям пришлось привыкать непосредственно на месте, в училище такого не преподают. Вскоре мне предложили поехать служить за границу. Для этого отправили в Москву на закрытые спецкурсы, где мы изучали много интересных предметов. В частности, была тщательная огневая подготовка и боевое самбо. Сдав экзамены, я вернулся на заставу и принялся ждать направления к новому месту службы. Изучал немецкий язык и догадывался, куда меня могу послать. Комендант в солнечной Бразилии Перед отправкой за границу нашей семье сделали множество прививок. Выписали нам с женой загранпаспорта и билеты Москва — Вена. Когда до отъезда оставалось три дня, меня срочно вызвали в Министерство иностранных дел. Даже дежурную машину прислали. Я уж подумал, что моя командировка отменяется, где-то что-то не прошел. Ну у меня забрали загранпаспорта и выдали новые, велели ехать открывать визы в посольства Аргентины и Бразилии. Сказали, что все переиграли, я направляюсь в Латинскую Америку. Освободилось место, и мою кандидатуру решили пропустить, хотя испанского и португальского языков я не знал. В столице Бразилии я начал работать комендантом советского посольства. Трудился практически 24 на 7. Бразильцы добродушные люди, ничего плохого я от них не видел. Конечно, поразили магазины. Именно там я впервые увидел большие торговые центры, много позже такие появились и у нас. На знаменитый бразильский футбол попасть не удалось, хотя сами мы играли с командами дипломатических представительств. А вот карнавал видел, причем нам предоставили очень хорошие места. Запоминающееся зрелище. Во время карнавала никто не работает, кроме экстренных служб. Все улицы города заполнены людьми, поэтому транспорту негде проехать. Веселые красочные шествия с танцами продолжаются несколько дней. Приходилось несколько раз выезжать в Амазонию. Это самый большой в мире тропический лес. Красота неописуемая! Там я видел по-настоящему дикую природу. От стай обезьян кровь в жилах стынет: их крики душераздирающие, кажется, что сейчас эти животные разорвут тебя на части. А на берегу я видел огромных крокодилов — настоящих кродилищ. Из Тувы в Самару Два с половиной года мы провели в Бразилии, а потом вернулись на Родину. Я вновь стал служить в Забайкальском крае, теперь заместителем начальника заставы по общим вопросам. Затем был начальником заставы в станице Желтура на монгольской границе. Служил еще в ряде мест, а потом попал в Туву начальником мотоманевренной группы спецназа погрануправления ФСБ. Она недавно вышла из Афганистана, полная боевая единица. Оттуда меня с подразделением отправили на Кавказ, в Чечню. С первого дня — в бой. Мы стояли на границе Грузии, Чечни и Ингушетии. Пробыли там шесть месяцев, вели боевые действия. Потом пришел приказ из Москвы мотоманевренную группу расформировать. Оружие и технику сдал, документы получил. Осталось 27 офицеров и прапорщиков, которые со мной должны были возвращаться в Забайкалье. С трудом вылетели туда. Мне предложили стать начальником боевой подготовки отряда в Кызыле. Я согласился. Оттуда попал в Самару, где был организован контрольно-пропускной пункт аэропорта Курумоч. Прослужил там, потом несколько лет находился в распоряжение директора ФСБ. На пенсию ушел в звании подполковника. Действующим пограничником я был ровно 41 год. Династия Теперь мое любимое дело продолжают дети. Сын окончил сначала суворовское училище в Ульяновске, затем самарский университет. Этот же вуз выбрала и моя дочь. Они оба служат в аэропорту Курумоч. Внуку моему шесть лет, и о профессии он пока не думает. Но, вполне возможно, станет третьим поколением в нашей династии. Моя супруга медик. Она везде служила со мной, кроме Чечни: был приказ женщин туда не брать, поэтому мне во время той командировки прислали других специалистов. Когда я перевелся в Самару, она уволилась из армии и устроилась работать медицинской сестрой в кардиологический центр. Служить в пограничных войсках всегда считалось почетным. Не зря же их называют щитом Родины. Фотография автора