Жизнь среди гор: себянкюельцы о радостях, проблемах и будущем села
Полна Кобяйская земля чудесами: хребты Верхоянья, знаменитые озёра и богатые леса. Но главное чудо здесь – люди, гармония разных культур в одном районе, селе. Удивителен наслег Себян-Кюель, где берегут свою национальную эвенскую культуру, а в обиходе родная речь. Однако жизнь среди гор для многих вопрос выживания.
Особняком
Есть лишь два способа добраться до Себян-Кюеля – проехать больше 10 часов из ближайшего села либо быстрее по воздуху, но и то с оговоркой на малое количество рейсов и их задержки. По словам жителей, почту сюда порой доставляют спустя полгода. Наверное, такая изолированность – одна из причин сохранения родной культуры в Себян-Кюеле.
Вы удивитесь, но местная ребятня общается на эвенском языке, чего уж говорить о старшем поколении. Даже информационные таблички здесь на двух языках – русском и эвенском.
Две классические проблемы в далеких селах – отсутствие доступного Интернета и высокие цены. Жителей, понятное дело, больше волнуют стоимость продуктов и скудность их выбора, потому я решил обойти магазины. Была середина дня, люди стояли в очереди и, завидев меня, перешептывались на родном языке. Местные ходят из одной торговой точки в другую, потому что цены сильно отличаются. Если в одном магазине молоко может стоить 190 рублей, то в другом все 230. Народный «Доширак» где-то 140 рублей, тогда как в другом магазине – 110.
Цены примерно в полтора раза выше городских, однако это я побывал в селе в феврале, когда еще продолжается завоз продуктов. Продавцы поделились, что летом и осенью полки обычно уже пустые, сельчане раскупают буквально все. Крупный завоз происходит лишь при наличии автозимников, а когда все растает, остается надеяться лишь на воздушные пути. Хотел купить что-нибудь сладкое, да не стал. Если раскупают все, то пусть ребятне достанется больше.
Будущее села
По сравнению со школой в соседнем Сеген-Кюеле местная гораздо меньше. Это еще при том, что в одном здании размещен и детсад. Детей действительно много, у села высокие показатели по рождаемости. Благо, через 3-4 года возведут новое здание для садика.
Здешним ученикам повезло в одном – в школе сконцентрированы разные культуры. Они одновременно изучают русский, эвенский, якутский и английский языки, при этом одна из педагогов приехала по программе «Земский учитель» прямиком из Республики Тыва. На стенах в коридоре висят работы детей, выполненные самыми разными способами, но с одной идеей – показать культуру родного края.
Как оказалось, даже несмотря на владение молодежи родным языком, учителя все равно обеспокоены утерей культурных связей.
Зоя Степанова, учитель-методист эвенского языка:
– Я попросила директора, чтобы был введен обязательный экзамен на знание эвенского языка, потому что если пустить на самотек, то никто не выберет его, язык-то сложный. Старики еще говорят на родном, а вот молодежь на смешанном. Это очень опасная тенденция.
Учителей также тревожит отсутствие учебников для 5-9 классов по грамматике эвенского языка:
– У нас все еще идет обучение родному языку по методикам 80-х годов, и то в начальных классах. Средние и старшие классы изучают язык по программе педагогического колледжа. Но, несмотря на это, учащиеся нашей Себян-Кюельской национальной эвенской СОШ им. П.А. Ламутского все равно умудряются показывать хорошие результаты на разных олимпиадах и конкурсах по эвенскому языку.
Для полноценного обучения детей также не хватает стабильной и хорошей интернет-связи. Для того же нового урока «Разговоры о важном» надо скачивать видеоматериалы, а возможностей нет. Совещания в ZOOM проходят лишь через администрацию села. Интернет здесь действительно дорогой: связь-то спутниковая, потому рядовой житель Себян-Кюеля платит 6 тысяч рублей, а кто хочет получше связь, то отдает все 20 тысяч. Администрация села ежемесячно тратит 50 тысяч рублей лишь на обеспечение Интернетом.
Музей, самолёт на дне, традиции
В местную библиотеку я забрел случайно. Но, как говорится, искал медь, нашел золото.
Первое ощущение при входе – холод. Дуло из стеллажей, с пола и потолка. Посередине одиноко стояла маленькая тепловая пушка, и то направленная в сторону сцены, на которой громоздились чучела животных. Оказалось, что их сюда принесли из старого музея. Экспонаты уже были потрепанные, ибо создали их еще во времена СССР. Сначала я даже не признал медведя, уж до того он был мал и скукожен, что, скорее, был похож на росомаху, а не хозяина леса.
Библиотекарь Надежда Кривошапкина была рада гостям. Оказывается, раньше это было здание местного клуба, где во времена ее молодости собирался народ смотреть фильмы. В лучшие годы сюда приезжали такие мэтры якутской эстрады, как Аркадий Алексеев, Христофор Максимов и др.
Большое количество эвенской прозы и поэзии на книжных полках поразило. Не зря так много мелодистов – уроженцы северного края, ибо к пению располагает сам язык. На стене висят фотографии, повествующие о культурной жизни села. На одной из фотографий заметил учительницу из Тувы в своем национальном костюме среди эвенского и якутского колорита. Интеграция прошла успешно.
Надежда Кривошапкина, библиотекарь:
– Мы не теряем связи с традициями. Со школьной скамьи все знают эвенские обычаи и легенды. Стараемся передать все молодежи. Детям очень нравятся национальные костюмы, с удовольствием носят, вы бы видели. Например, во время декады эвенского языка все школьники ходят в костюмах. Обязательно проводим конкурсы стихов и песен на родном языке.
Я думаю, что для сохранения языка нужно родителям общаться с детьми на родном языке. Главное, чтобы старшее поколение не забывало родной язык.
Надежда Христофоровна поведала о тайнах вокруг местного одноименного озера Себян-Кюель. В 30-х годах здесь разбился самолет с легендарным советским пилотом Сигизмундом Леваневским. Во время экспедиции по поиску самолета уже в 80-х годах его обнаружили в озере на глубине 8 метров. Наспех вырытые могилы летчиков были разбросаны по берегу. Спустя год, когда хотели достать обломки самолета, их на том месте уже не обнаружили. Поиски ведутся до сих пор.
Но и без самолета Леваневского озеро Себян-Кюель таит загадки. До сих пор не зафиксирована максимальная глубина водоема. Лишь однажды группа энтузиастов смогла поймать сигнал на глубине 137 метров! Местные говорят, что в озере обитают огромные рыбы, которые иногда подбираются к поверхности и играют хвостом.
Надежда Христофоровна поделилась, что уже более 30 лет руководит библиотекой. В свои 70 лет она бы хотела передать эту работу своей 40-летней дочери: «Пусть хотя бы 10-15 лет поработает, а там и пенсия недалеко», – надеется библиотекарь.
Заметил, что на окнах висели бисерные шторки с осколками копыт оленей на концах. Делает такие местный мастер-оленевод.
Живая легенда
Многие в селе мне рассказывали о живой легенде Себян-Кюеля Петре Неустроеве. Зайдя в дом мастера, я застал его за работой: Петр Дмитриевич плел аркан, который используют при отлове животных из стада. Совсем не смутившись, он продолжал создавать инструмент. А я застыл у проема, завороженно глядя на этот процесс, позабыв о всяких манерах. Лишь закончив свою работу, он поинтересовался целью моего визита.
Говорят, по рукопожатию сразу можно определить силу человека. Могу заверить, что в свои 82 года мастер Петр Неустроев даст фору многим спортсменам, тягающим «железо». Петр Дмитриевич родился в 1942 году в селе Тополиное, что в Томпонском районе. Следил за процессом работы своего дедушки, так и научился работать с оленьими шкурами. Всю жизнь был бригадиром в оленеводческом стаде.
Увы, на момент моего прихода Петр Дмитриевич еще не начал выделку и обработку оленьих шкур. Потому показал лишь малую часть всего процесса. Опытный оленевод с сожалением отметил, что не отапливал мастерскую, ибо не знал о моем приходе – в помещении было как на улице.
Огромное количество инструментов лежало в сумке из оленьей шкуры. Петр Дмитриевич сказал, что она служит ему уже 20 лет и сможет прослужить еще столько же. Мастер показал процесс изготовления ровдуги – замши из оленьей шкуры.
Следить за его четкими и методичными движениями специальным лезвием по шкуре можно было бесконечно. Еще рядом лежала с виду обычная веревка, но мастер рассказал, что это сухожильные нити оленя. Самым необычным предметом в мастерской был рубель – станок для катания кожи. А необычным он был из-за «запчастей»: в качестве зубил служила челюсть добытого лося. Петр Дмитриевич отметил, что такой нет ни у кого, это его собственная разработка. Роль станков при обработке шкур выполняли также тяжелые и толстые бревна, которые мастер поднимал, как пушинки.
Петр Неустроев известен не только как опытнейший оленевод, но и мелодист. У него есть целый сборник собственных эвенских песен, к тому же я удостоился воочию услышать одно из его произведений «О, Мари».
Когда вернулись в дом, я заметил необычную шторку при входе в гостиную. Шторка тоже была выделана и сшита из шкуры оленя и украшена различным бисером и меховыми цветочками.
Оказалось, это совместная работа Петра Неустроева и его супруги Розалии, которой нынче исполнилось 92 года. Познакомились они в первый же день приезда Петра в Себян-Кюель и сразу же полюбили друг друга. Вместе Петр и Розалия уже 55 лет, у них 11 детей, более 40 внуков, правнуков, праправнуков.
Петр Дмитриевич заверил, что с женой они обязательно отпразднуют Бриллиантовую свадьбу.
Взаимовыручка помогает
В последние годы в Якутии строят много фельдшерско-акушерских пунктов и больниц. Однако в Себян-Кюеле строительство нового здания амбулатории предстоит еще нескоро. Само здание здесь 1984 года постройки, работают 15 человек, всего четыре стационарные койки.
Заведующая Елена Кривошапкина отмечает следующую проблему:
– Нам бы аптеку свою открыть, филиал «Сахафармации». Потому что пока раз в квартал мы пишем на всех рецепты, отправляем заявку в Сангар, в «Сахафармацию». Позже наш заказ отправляют рейсом, пролетающим через Сангар. Здесь мы уже сами распределяем по больным, которые получают лекарства с большим опозданием, но, благо, у нас запас лекарств, конечно, все равно есть. Если есть необходимое лекарство, то выдаем людям.
Заглянул я и в стоматологический кабинет. Этот до боли знакомый запах ни с чем не спутать. Кресло для пациентов было уже достаточно старым, подлокотники стертыми. Поинтересовался, хорошие ли здесь обезболивающие. Елена Афанасьевна заверила, что хорошие.
В амбулатории давно пора обновить оборудование. Требуются аппарат УЗИ, анализаторы для определения общего анализа крови, нужен и врач-педиатр:
– Сейчас по всей республике медицина работает на программе «РТ МИС», а мы до сих пор сидим на «МИС». Потому что новую программу нам не могут подключить из-за медленного Интернета.
Приятно удивляет местная взаимовыручка. Предприниматели и учреждения всеми силами стараются помочь, если амбулатории что-то нужно. Кто-то подарил аппарат для измерения глазного давления, кто-то стойки для систем или обогреватель. Такая выручка важна в малых селах.
Есть и проблемы. По словам заведующей, местные злоупотребляют алкоголем, особенно женщины. Пьют от безделья, получая пособия. В основном, это люди среднего возраста. Хотя наблюдается и положительный прогресс: в прошлом году на учете состояло 16 семей, нынче 11.
Многие в селе сетуют на острую безработицу, но у заведующей другое мнение:
– Работать не хотят. В стадах полно вакансий, просто никто не хочет там работать. Ставка 45 тысяч, раньше-то было вообще 15. Лень-матушка, а не острая безработица.
***
Рядом со спорткомплексом стоит необычное сооружение – реконструкция илуму – традиционного жилья эвенов. С виду совсем новое, местные подтвердили, что открытие состоится через месяц в День оленевода после специального обряда. Жаль, не увижу.