В России в детских оздоровительных лагерях усилили меры безопасности
Отдых детей в летних лагерях в этом году вышел даже более нервным, чем в прошлом. В 2020 г. региональные власти просто не разрешили открыться многим лагерям, да и встревоженные ковидом родители не спешили отдавать своих чад. Хотя утверждалось, что дети переносят инфекцию совсем легко. Нынче всё пошло по иному сценарию: спрос на путёвки восстановился, а власти обычно разрешали заполнить лагеря на 50–75%. Но при появлении нескольких заболевших взрослые чиновники впадали в детскую истерику: закрывали все лагеря в регионе, ломая планы тысяч семей, и возбуждали уголовные дела. Следствие по факту заболевания – новая страница даже в отечественной практике.
Криминальный кашель
В начале августа прокуроры проверили детский оздоровительный лагерь «Чайка» в Стерлитамакском районе Башкирии. По результатам следственные органы возбудили уголовное дело по статье «оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности» (ч. 1 ст. 238 УК РФ). В лагере отдыхали 344 ребёнка, из которых у 45 обнаружили коронавирус. Положительный тест сдали и 47 сотрудников учреждения.
Прокуроры решили, что руководство лагеря не обеспечило санитарно-эпидемиологическую безопасность: к детям допускали родителей, а часть персонала контактировали с внешним миром и даже ходили ночевать домой. Вероятно, приехавших к ребятам родителей нужно было отгонять от ворот автоматными очередями, а работников завозить вахтовым методом из других регионов. И закрыть глаза на то, что все «заключённые» лагеря в полном отрыве от внешнего мира сильно озвереют и атмосфера станет совсем не оздоровительная.
В Туве чиновники пошли ещё дальше. Там в июне заболели 68 детей в оздоровительном лагере «Байлак». Выяснилось, что 35 ребят обращались к врачу-педиатру с жалобами на боли в горле, насморк, кашель, однако медик сам на них начхал и в нарушение всех инструкций не поставил в известность ни родителей, ни начальство. Но дирекция лагеря сама подставилась, позволяя детям выходить за периметр. А им запрещено покидать лагерь, находящийся в живописной тайге в одном из самых малонаселённых субъектов РФ, – чтобы они не подхватили ковид от сов и лосей.
Нынешний глава Тувы Владислав Ховалыг пока ещё «временно исполняет обязанности». Поэтому он провёл экстренное совещание по ситуации, на котором от греха подальше решили досрочно закрыть все детские оздоровительные лагеря, работающие в республике. То есть что в июне дети поедут в свои родные города и сёла, где будут маяться до сентября. «Рисковать больше нельзя. Теперь приоритетная задача состоит в лечении заболевших детей и недопущении дальнейшего распространения инфекции среди контактных лиц», – заявил Ховалыг.
Понятно, что уголовное дело по факту заражения в «Байлаке» тоже не забыли возбудить. Следственные действия прошли даже в республиканском минздраве и министерстве труда и социальной политики – там тоже могут оказаться виноватые в том, что дети на каникулах выходили за забор. А на Алтае под статью 238 УК РФ («оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей») попало руководство лагеря «Манжерок», где заболели 24 ребёнка и трое вожатых. В Красноярске прокуратура организовала проверку по факту заболевания коронавирусом в детских лагерях «Орбита» и «Горный» в Железногорске. Хотя в двух лагерях заболели всего один ребёнок и трое взрослых.
Формат оздоровительной кампании – 2021 для детских лагерей правильнее называть «строгим» или «усиленным». Весной постановлениями Роспотребнадзора было запрещено даже завозить детей из другого района, не говоря уже о другом субъекте РФ. Первым взвыл Краснодарский край, где на лето принимают 600–700 тысяч детей. После обращений видных чиновников Роспотребнадзор требования смягчил, но всё равно ребята из разных регионов не должны пересекаться в лагере. Действуют запреты на родительские дни и традиционные общелагерные события – дискотеки, большие праздники и выездные экскурсии. Получилось, что условия содержания детей на отдыхе оказались строже, чем в школе, где они уходят домой и контактируют с кем им вздумается. А программа летнего оздоровления почему-то всё это исключает.
Катастрофические последствия для отрасли детских лагерей тоже мало кого интересуют. Прямые субсидии для неё не предусмотрены, но даже 50%-ная загрузка здравниц приведёт к их разорению и перепрофилированию уже к следующему году. Тем более на многих ещё с прошлого года висят обязательства по возврату средств за проданные путёвки. В 2021 г. цены выросли на 20–30% – чаще всего это отчаянный шаг находящейся в агонии отрасли.
Вопрос на контроле
Как уже рассказывали «АН», для детских лагерей наступили чёрные времена после трагедии в детском лагере на Сямозере в Карелии, унёсшей жизни 14 подростков. Проверки накрыли подростковые здравницы по всей стране. Они разом стали невыгодны всем ветвям власти: ведь в случае серьёзного ЧП могут сгореть карьеры не только чиновников МЧС, Роспотребнадзора, комитета по образованию, но и администраций района и области, которые «недоглядели». С тех пор уцелевшие лагеря бичуют проверками, «цену» которых участники рынка закладывают в стоимость путёвки. Мало того, что детский отдых в стране регламентировали 96 законодательных актов различных ведомств, так, в апреле 2018 г. вступил в силу «детский закон Яровой», который, если его соблюдать буквально, вовсе не оставит от детской рекреации камня на камне.
Ведь по «делу Сямозера» судили не только четверых сотрудников «парк-отеля», который катал детей на лодках в дождь без спасательных жилетов. Рядом маялись экс-руководитель управления Роспотребнадзора по Республике Карелия Анатолий Коваленко и его заместитель Людмила Котович. И это «красная ракета» для всевозможных контролёров и проверяющих по всей стране: чтобы не оказаться в той же неудобной позе, надо выжигать детские лагеря на подведомственной территории огнём и мечом.
За год в соседней Ленобласти оштрафовали две трети из 600 детских лагерей – дабы потом прокуроров не упрекали в бездействии. В Бокситогорском районе руководство лагеря «Наследие» привлекли за отсутствие справок о наличии судимостей в личных делах работников. А областной детский омбудсмен заявила, что частных детских лагерей быть вообще не должно. Хотя это и не её ума дело, а до 70–80% лагерей в России – как раз частные. Если их все закрыть, то в правительстве Ленобласти от радости запустили бы хоровод: это ж сколько тысяч гектаров дорогущей дефицитной земли можно будет запустить в оборот!
Именно в сытые 2000-е годы Минобразования постепенно вытравило детский туризм из госзаказа и устранилось от работы по его развитию. А за полтора месяца после карельской трагедии проверено более 25 тыс. детских оздоровительных учреждений, выявлено более 31 тыс. нарушений. Какие-то лагеря закрыли – казалось бы, цунами чиновничьей активности должно было иссякнуть. Но пластинка оказалась долгоиграющей, скорее всего, именно из-за страха контролёров самим попасть под раздачу.
В городском суде Торжка (Тверская область) вынесен обвинительный приговор двум молодым женщинам: Наталье Лукьяновой и Наталье Барановской, организовавшим конный поход для детей в глушь. Никто не упал с лошади, никто не погиб и даже не ушибся. Но палаточный лагерь разбили не в лесу, а на окраине деревни Старое, где у Барановской два дома в собственности. А значит, Лукьянова и Барановская «вступили в предварительный сговор», чтобы использовать эти дома как стационарную базу отдыха, которая таковой де-юре не является. На суде подсудимые объясняли, что на всякий случай решили поставить палатки поближе к цивилизации – мало ли, похолодает или кто-то из ребят не захочет спать в палатке. И никто из детей не жаловался, многих навещали родители. Но вот беда: в избах не имелось дополнительных эвакуационных выходов, оба здания «не оборудованы системой автоматической передачи сигналов АПС на пульт диспетчера пожарной охраны».
Образцово-показательный лагерь «Золото Белого моря» в той же Карелии 14 лет подряд проводил игровые походы для подростков без единого несчастного случая. Но после Сямозера глава лагеря Денис Орлов побывал под арестом. Оказалось, что нельзя поить детей родниковой водой, а надо таскать с собой бутилированную воду. Что кухонные ножи должны быть промаркированы, а на каждого ребёнка должно приходиться по три «квадрата» в палатке. Нагрянувшие в лагерь следователи «в целях безопасности» потребовали эвакуировать ребят по воде на ночь глядя, без инструкторов и плюнув на неважную погоду. Когда Орлов отказался, его пообещали посадить.
Ведь ещё в 2010 г., задолго до Сямозера, Роспотребнадзор фактически перенёс на походы и экспедиции санитарные нормы оздоровительных лагерей. Дети не должны сами готовить пищу, в походе должны быть профессиональные повара и врачи. В палаточном лагере необходимо оборудовать электрическое освещение, столовую, установить холодильники! И уже всё это решили ужесточить депутат Яровая со товарищи в 2018-м. Региональные власти должны утвердить список рекомендуемых туристических маршрутов для детей и взрослых. Надо проверить все пути эвакуации, согласовать это с МЧС, рассчитать этот маршрут по времени года, потому что весной и осенью из-за паводка или тонкого льда он будет опасным.
По словам председателя совета Союза организаторов детского активного туризма Сергея Грицуна, только за 2017 г. число детских лагерей сократилось примерно на 20% по сравнению с 2016-м. После Сямозера нежелание чиновников рисковать карьерой породило позицию превентивного запрета, выталкивающую ребят из «опасных» лагерей в сферу неорганизованного детского отдыха. За лето 2017 г. утонули 215 детей, предоставленных самим себе, 623 ребёнка пострадали на неорганизованном отдыхе. Но это никого не колышет, потому что нет медийной истерики и крайнего не ищут.
– Надзорные органы спекулируют на теме детской безопасности, – говорит замдиректора Федерального центра детско-юношеского туризма и краеведения Владимир Омельченко. – Безопасность – это система получения ребёнком навыков, помогающих ему избегать опасности или преодолевать её. У нас же безопасностью считают полную изоляцию ребёнка от любой потенциально сложной ситуации.