Какие жители России получили фамилии позднее всех

Фамилии, как составляющие личного имени человека, впервые появились на территории Руси в XIII веке и имелись они у граждан Великого Новгорода. Спустя два столетия они получили распространение и в других уголках страны, о чём свидетельствуют архивные документы. Данный процесс протекал постепенно и в последнюю очередь коснулся крестьян, жителей отдалённых от центра регионов, представителей малых народов России и граждан иных республик, вошедших после революции в состав СССР.

Крестьяне

Крестьяне вдобавок к имени и отчеству стали получать фамилию, то есть постоянную составляющую полного наименования, являющуюся принадлежностью рода и переходящую по наследству из поколения в поколение, позже прочих сословных групп Российской империи. Несмотря на то, что простолюдины, занимавшиеся отхожим промыслом, некоторые видные участники войн, герои иных мастей, как, к примеру, Иван Сусанин, уже в XVI—XVII веках величались по фамилии, всё же основная масса людей из низшего сословия обзавелась ею после отмены крепостного права в 1861 году.

До этой поры подневольный люд редко когда выступал как индивид, обычно крестьян покупали и продавали целыми деревнями, и у конкретного человека отсутствовали документы. Лишь в том случае, когда крестьяне покидали прежнее место жительства или уходили в рекруты, их положено было упоминать по фамилии.

Но в 1888 году увидел свет сенатский указ, согласно которому «именование определённой фамилией составляет не только право, но и обязанность всякого полноправного лица, и означение фамилии на некоторых документах требуется самим законом».

После этого чиновники начали стихийно придумывать родовые имена освободившимся из кабалы согражданам. Бюрократы, лояльно относившиеся к людям из непривилегированных сословий, могли прислушаться к пожеланию человека, и дать ему ту фамилию, которая была мила его сердцу. Так крестьяне, памятуя о прошлой жизни, называли себя в честь бывшего барина, иные предпочитали зафиксировать в личном имени населённый пункт, откуда они происходили родом, третьи просили возвести в ранг фамилии производную от имени отца или деда.

Но чаще чиновники придумывали землепашцам обидный антропоним, вымогая за «нормальную» фамилию взятку. Возможно, по этой причине у подавляющего числа простолюдинов наследственным именем стало семейное «уличное» прозвище, переходившее к представителям одного рода из поколения в поколение. По большому счёту эти прозвания собственно и выполняли функцию фамилий, в ту пору, когда крестьянам они не полагались по социальному статусу.

Таким образом, офамиливание освобождённых из крепостничества людей фактически узаконило в документах их прозвища. К слову к подобной практике в исключительных случаях прибегали и до выхода в свет вышеуказанного закона, а именно тогда, кода в древних летописях необходимо было упомянуть имя выдающегося крестьянина.

Несмотря на предпринимаемые меры, результаты первой в истории Российской империи переписи населения, состоявшейся в 1897 году, продемонстрировали, что 75% жителей страны по-прежнему оставались без фамилии.

Центр-периферия

В ходе учёта народонаселения была выявлена ещё одна характерная особенность: практически все обладатели фамилий компактно проживали в Центральной России. В периферийных регионах страны офамиливание протекало крайне медленными темпами. В этих областях страны лишь представители высшего сословия имели трёхсоставное полное имя. Крестьяне, у которых не было никаких удостоверяющих личность документов, для идентификации друг друга по старинке использовали прозвища. Точку в этом вопросе поставила уже советская власть, в 30-е годы XX века объявившая о всеобщей паспортизации населения.

Модные фамилии

Позднее других получили фамилии те лица, кто воспользовался декретом «О праве граждан изменять свои фамилии и прозвища». Данный законопроект подписанный Владимиром Лениным в 1918 году разрешал советским гражданам, уплатившим довольно внушительную государственную пошлину, модифицировать свои прежние родовые имена.

С большим энтузиазмом этим правом воспользовались обладатели неблагозвучных фамилий, пожелавшие изменить их на более ладные или современные варианты, так Гнилоквасов стал Степановым, Дураков – Виноградовым или Кобелев – Скобелевым.

Избавиться от тяготившего их прошлого поспешили многие носители дворянских фамилий, поддержавшие смену режима и принявшие сторону большевистской власти.

Аналогичным образом часто поступали те, чьё наследственное собственное имя имело церковное происхождение, поскольку в атеистическом Советском союзе не поощрялись отсылки к религии.

Многие из тех, кто из идеологических и конъюнктурных соображений решался на изменение антропонима, брали в качестве новой фамилии псевдонимы революционных лидеров: Молотов, Свердлов, Киров и, само собой, Ленин, Сталин.

Но были и те, кто предпочитал фамилии-неологизмы, имевшие связь со значимыми для социалистической власти понятиями и событиями. К такой группе фамилий относятся Авангардов, Атеистов, Астров, Виленин (Владимир Ильич Ленин), Дамиров («Даешь мировую революцию»), Депутатов, Делегатов, Декабристов, Коммунаров, Комиссаров, Маузеров, Мартенов, Маев, Правдин, Октябрьский, Юбилейный, Электронов, Пролетарский, Ренатов («революция, наука, труд») и прочие.

Фамилиями, отражавшими эпоху, часто наделялись детдомовцы и сироты, которые находились под опекой государства.

Тувинцы

14 октября 1944 года указом президиума Верховного Совета РСФСР Тувинская Народная Республика вошла в состав Российской Советской Федеративной Социалистической Республики в качестве Тувинской автономной области.

Став частью огромного государства, тувинцы приняли действовавшие в нём законы, в том числе те, что касались антропонимики. На протяжении всей своей истории, именовавшиеся исключительно по именам, тувинцы, в связи с проведением паспортизации в 40-х годах XX века, вынуждены были обзавестись фамилиями и отчествами.

На первоначальном этапе позаимствовав из русской грамматики способ формирования фамилий с использованием аффиксов -ов/-ев, они всё же пошли своим путём и возвели в инновационный для них антропоним личные имена родителей или названия родоплеменных групп. Поэтому среди современных тувинцев, к коим относится и министр обороны РФ Сергей Шойгу, так много людей с нехарактерными для большинства народов России фамилиями.