«Самый вежливый полицейский»
Экс-начальника уголовного розыска Кызыла обвинили в жестоком убийстве 30-летнего мужчины, которого он мог сжечь заживо после допроса. Бывшего высокопоставленного полицейского связывают с главой Тувы Шолбаном Кара-оолом. Его подчиненным, рассказавшим об убийстве спустя 12 лет, снятся кошмары, а одного из них он якобы предлагал убить. Подозреваемый полностью отрицает вину, его отправили в СИЗО.
«Разыскиваю сына, Махмутова Алишера Минуловича, 28 мая 1978 года рождения, уроженца города Кызыла Республики Тыва. Ушел из дома 7 марта 2008 года и до настоящего времени его местонахождение неизвестно», - говорилось в объявлении, которое опубликовала его мать Зейнаб Махмутова. Оно до сих пор не удалено с некоторых сайтов.
Темноволосый Алишер был ростом под метр девяносто. На теле - много родинок. После пропажи к матери пришел один из его знакомых, работавший в МВД, и сказал, что с ним всё в порядке - он скрывается в другом регионе, якобы его видели в Абакане.
22 сентября 2008 года в Кызыле нашли череп мужчины и сожженные фрагменты костей. Дело завели по ст. 105 УК РФ (убийство). Экспертизы подтвердили, что останки принадлежат Алишеру Махмутову. В июне 2009 года производство приостановили. Его возобновили в начале февраля 2020 года, тогда же задержали бывшего начальника угрозыска Кызыла Орлана Сарыг-Донгака, который успел поработать и замглавы республиканского управления МВД.
Сарыг-Донгака отправили в СИЗО, позже суд продлил арест до 30 июня 2020 года. Тайга.инфо изучила показания фигурантов дела и рассказывает о жестоком убийстве, покаянии молодых полицейских, которые боялись расправы, и тувинских кланах, боровшихся за власть.«Туда-сюда кувыркается горящий ярким пламенем человек и громко кричит»
В сокращенный рабочий день 7 марта 2008 года потеплело до -2, и в Туву уже пришла весна. К вечеру оперативники уголовного розыска управления МВД по Кызылу Алаш Ондар и Алим Кенден немного выпили в городе, но перед тем, как разъехаться по домам, зашли на работу к своему начальнику Орлану Сарыг-Донгаку. Тогда он занимал должность руководителя угрозыска.
В кабинете Сарыг-Донгак «прессовал парня», которому на вид было 30-40 лет, рассказали следствию опера. Это и был Алишер Махмудов. Он сидел на коленях без обуви, руки были за спиной, но наручников сотрудники не заметили. Расколоть его, по их словам, не получалось - мужчина вел себя «гордо».
«Начальник, ты лучше меня отпусти, ты же знаешь, кто я такой, я человек Кан-Болата, я знаю, где ты живешь, у тебя же семья есть», - цитирует Алишера в своих показаниях Алим Кенден.
Сат Кан-Болат известен в Туве как «авторитетный бизнесмен». Он был осужден за разбой и соучастие в убийстве при отягчающих обстоятельствах по уголовному кодексу РСФСР. Его приговорили к 13 годам и 9 месяцам, он вышел в 2005-м, следует из решения по его новому делу о вымогательстве, которое кызыльский горсуд рассмотрел в 2015 году. Сотрудник угрозыска, допрошенный в суде, утверждал, что Кан-Болат контролировал сбор денег для осужденных.
Начальник угрозыска разозлился, начал материться и приказал подчиненным вывести задержанного на улицу, чтобы «разобраться с ним», вспоминают те. Уже стемнело, было примерно 21:00-22:00. У входа в здание кызыльского УМВД стоял «УАЗ», за рулем сидел Руслан Монгуш, который тоже работал оперативником угрозыска, но все еще водил закрепленную за ним служебную машину.
Начальник угрозыска приказал ехать. За рулем был Монгуш, пассажирское сиденье занял Сарыг-Донгак, сзади - оперативники Алаш Ондар и Алим Кенден, а между ними был задержанный Алишер Махмудов. Начальник так и не сказал подчиненными, с каким именно делом связан допрос Алишера, но у водителя служебной машины «осталась мысль, что [Сарыг-Донгак] и парень были знакомы между собой», сказано в его показаниях.
Полицейские выехали на улицу Магистральная, которую в Кызыле называют «верхней трассой», проехали СТО «Жигулёвское», свернули за трубы теплотрассы и остановились у оврага. Задержанного Алишера вытащили из машины, Сарыг-Донгак начал на него кричать, говорится в показаниях оперативников: «Щас поговорим тут! Покажу тебе, как мне угрожать!»
Начальник угрозыска повел Алишера в яму (по показаниям одного из свидетелей - столкнул его туда).
Отметим, что Ондар в своих показаниях постоянно называл задержанного «хачиком», тогда как два других оперативника - «русским». А вот своего начальника они все и через 12 лет на допросе называли уважительно по имени отчеству - Орлан Нуржук-оолович.
«Тот парень вел себя спокойно и вызывающе, - рассказал самый молодой оперативник Алим Кенден. - Было видно, что Орлан Нуржук-оолович [Сарыг-Донгак] хотел, чтобы парень начал умолять его, чтобы извинился перед ним. Но тот не извинялся. Тот парень говорил ему „ты избить-то меня избил, давай отпускай, и все забудем. Я умолять тебя не буду“. Орлан Нуржук-оолович сильнее злился от его слов».
Сарыг-Донгак начал избивать Алишера и, по воспоминаниям другого опера Алаша Ондара, продолжал кричать: «Что ты на счет моей семьи говорил, а!?»
«Я видел, что Орлан Нуржук-оолович начал „перегибать палку“, то есть слишком жестко начал избивать, что у того все лицо в крови стало, - рассказал Алаш Ондар. - Я тогда начал бояться, что он [задержанный] будет писать заявление в прокуратуру по телесным повреждениям. Я хотел успокоить Орлан Нуржук-ооловича, но, видя, в каком состоянии он находится - он был в ярости, даже трясся от злости - я побоялся ему что-либо сказать, а вдруг он и на меня нападет или побьет».
Другие подчиненные не стали вмешиваться. Сарыг-Донгак начал требовать у них пистолет. Ни у кого оружия не оказалось, тогда он приказал принести ему бензин. Все трое оперативников были уверены, что их начальник хотел напугать жертву, уверяют они, и не принимали угрозы всерьез.
Алаш Ондар принес Сарыг-Донгаку канистру с водой. «Я шепнул ему, что там вода, - отметил Ондар. - Я тогда понял для себя, что Нуржук-оолович услышал меня. Взяв канистру, Орлан Нуржук-оолович начал выливать ее содержимое [на задержанного]. После этого он начал пытаться поджечь его. Я думал, что Орлан Нуржук-оолович просто хочет напугать таким образом. Когда Орлан Нужрук-оолович так „блефовал“, тот [задержанный] продолжал вести себя достойно, не показывая, что он испугался его. Он даже улыбнулся, когда Орлан Нуржук-оолович пытался поджечь его водой. Тогда он, понюхав горлышко канисты, начал кричать на меня: „Я же сказал бензина тащи!“ После этого он сказал мне и Алиму, чтобы мы принесли ему бензина. Я сразу сказал тогда, что не могу принести ему бензина. Тогда Нуржу-оолович ударил меня этой канистрой по голове и крикнул вроде „что ты ссышь!“»
В итоге Орлан Сарыг-Донгак сам взял из машины канистру и облил Алишера бензином. По воспоминаниям одного из оперов, Алишер, почувствовав настоящий бензин, сначала попросил отпустить его, и Сарыг-Донгак снова начал на него кричать, другой говорит, что шеф сразу же чиркнул спичкой. Но все сходятся в том, что на всё ушли считанные секунды.
«Тот парень вспыхнул в прямом смысле. Я только и успел крикнуть „йаа йаа йаа!“, - говорится в показаниях Алаша Ондара. - Тот парень сразу вспыхнул, даже до сих пор помню этот звук, когда он вспыхнул - „ввххук“. Я даже в своих самых страшных кошмарах не представлял себе, что бывают люди, способные сжечь человека заживо. Вспыхнув, тот парень начал кричать „ааа ааа“, упал на землю, начал кувыркаться. Эта картинка до сих пор рисуется перед моими глазами».
Алишер не пытался сбить пламя, потому что его руки были связаны ремнем за спиной. Он горел заживо не меньше минуты, вспоминают оперативники Алаш Ондар и Руслан Монгуш. Тогда их младший напарник Алим Кенден схватил из машины какой-то предмет, возможно, молоток, и с криками побежал добивать умиравшего мужчину.
«Как вспомню этот момент, то перед глазами и вижу, как по земле туда-сюда кувыркается горящий ярким пламенем человек и громко кричит, - рассказал следователю сам Кенден. - Его крики на меня так сильно воздействовали, что я, не осознавая своих действий, схватив что-то из машины, подбежал к тому горящему человеку. Пришел в себя, когда уже закончились крики».
Кенден, по его словам, очнулся, когда над трупом по приказу Сарыг-Донгака развели костер из лежавших неподалеку покрышек и досок. Уже на обратном пути в УМВД глава угрозыска Кызыла сказал, что «надо опередить таких [людей]».
Алим Кенден по приказу начальника написал рапорт, что Алишер Махмудов сбежал из здания УМВД. По управлению даже разошлась байка, что молодой опер повел задержанного в туалет, и тот сбежал без обуви.«Состоялся психологический и доверительный контакт»
Версия обвинения.
19 февраля 2020 года СК РФ по Туве опубликовал краткое сообщение о том, что «бывший начальник отдела уголовного розыска криминальной милиции УМВД по Кызылу, находясь при исполнении своих должностных обязанностей, опрашивал ранее незнакомого ему местного жителя».
«В ходе опроса из-за возникших неприязненных отношений подозреваемый с подчиненным сотрудником вывез молодого человека на безлюдный участок местности, где совершили его убийство», - говорилось в пресс-релизе.
В постановлении о привлечении Сарыг-Донгака в качестве обвиняемого в убийстве говорится, что начальник угрозыска допрашивал Алишера для получения информации о кражах (копия имеется в распоряжении редакции). Задержанный «высказал угрозу в отношении него и его семьи», после чего Сарыг-Донгак вместе с подчиненными и вывез его на пустырь, где, «так и не добившись извинений», сжег мужчину. Другого мотива не называется.
По сведениям Тайги.инфо, Орлан Сарыг-Донгак и Алишер Махмутов были знакомы раньше. Махмутов, как рассказал источник, занимался размещением приехавших из Хакасии рабочих в одной из гостиниц и однажды помог им вызвать секс-работниц. Вслед за ними в отель пришел Сарыг-Донгак, якобы что-то потребовал, и между ним и Махмутовым произошел конфликт, во время которого мужчина ударил начальника угрозыска. Сарыг-Донгак в своих показания подтвердил, что раньше знал задержанного. Но иных доказательств версии источника у редакции нет.
Сарыг-Донгаку предъявили обвинение по пунктам «д» и «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство группой лиц с особой жестокостью). Уголовное дело об убийстве также возбудили в отношении Алима Кендена, который, по словам других оперативников, добил горевшего заживо Алишера, чтобы избавить от мучений.
Окончание следует.