Семен Кадышев: «Пережив сказителя, напев творчества продолжит бытие»
Центр культуры и народного творчества, расположенный в самом центре Абакана. Он носит имя легендарного хайджи Семена Прокопьевича Кадышева. В этом году исполняется 135 лет со дня его рождения. Но что сегодня жители столицы Хакасии знают об этом человеке? Чем он удостоился столь высокой чести? И как прожил свою жизнь народный сказитель? Итак, два, безусловно, связанные между собой явления – тайна тюркской письменности и загадка таланта ярчайшего представителя тюркской культуры.
Напевы из прошлого
Аал Трошкино Ширинского района. Здесь нашел свой последний приют великий хакасский сказитель. Музей Семена Прокопьевича Кадышева расположен в самом центре аала. Это тот самый дом, где в зрелые годы и до последних дней жил знаменитый хайджи. В доме-музее и сегодня все, как при жизни Семена Прокопьевича. Простые предметы незатейливого деревенского быта никак не свидетельствуют о величии личности хозяина. И только мощная энергетика живого голоса сказителя, сохраненного на пленке катушечного магнитофона, словно бы раздвигает стены этого скромного жилища. И внезапно пронзает мысль: его напевы пришли сюда из глубины веков. Туда же и шагнут, минуя время и торопливую повседневность.
По традиции все сказания в хакасском народе передавались из поколения в поколение. Но не всякому удавалось удержать их в памяти. Кадышев обладал уникальной памятью и сохранил более тридцати произведений, героических сказаний. Одно состоит из более чем 20 тысяч поэтических строф! Его произведение «Албын-джи» теперь входит в число шедевров мировой литературы.
Но прежде было слово, запечатленное на камне. «От своей принцессы я в горе удалился. Я перестал ощущать солнце и луну. От трех своих сыновей я удалился. Увы! Я не насладился жизнью. Мужайся!». Это слова из древнетюркских каменных надгробных надписей, обнаруженных на территории Хакасии и Тувы еще в начале 18-го века. По мнению ученых, им – 14ть столетий. Сама же тюркская письменность существует более чем две тысячи лет.
Впервые загадочные письмена на каменных скалах были обнаружены в долине реки Уйбат на территории Хакасии еще в 1721-м году экспедицией Российской академии наук. Почти 200 лет тайну этих знаков никто не мог разгадать. Ученые делали попытки отождествить их с немецкими рунами. Поэтому в историю древнетюркские письмена вошли под названием орхоно-енисейские руны. Как только о находке стало известно миру, с 1729-го года сюда, в наш край началось паломничество. Оно продолжалось 170 лет, до 1893-го года. За это время накопился богатый материал, все это публиковалось, был издан атлас енисейских памятников, этих письмен. Многие известные ученые занимались знаками. И только Вильгельму Томсену удалось их расшифровать. «Эль ынанчы, ты знай, я верным был. Пусть благоденствует наш славный хан! Пусть здравствует мой род и мой народ! Врагов моих не счесть, а я ушел…». Так в поэтическом переводе нашего земляка Анатолия Преловского звучат эти древние надписи.
Тюркская письменность как межгосударственное общение была уже в 6-7 веках. То есть, это домонгольские, дочингисханские времена. Она была очень широко распространена на Евро-Азиатском континенте. На ней общались послы. И на камнях, что есть в нашем краеведческом музее, надписи гласят: «Я …послом ходил в Тибет». Грамотность, умение писать и читать в средневековом обществе считались божественным даром. У многих народов сохранились легенды о письменности как тайном знании, полученном людьми от богов. Тюркская руника, расшифрованная датским ученым Вильгельмом Томсеном, насчитывает 35 знаков, которые писались справо налево, не соединяясь друг с другом. Из древних эпитафий мы узнаем, с кем воевали наши пращуры, когда, где и какие жили цари. «Нас сильный отдалил – о горе нам! Ушел наш барс шестидесяти лет». «Обычаи, заветы, чем я жил, Пусть не исчезнут с гибелью моей…». По сути, эти знаки на камнях – ранняя тюркская поэзия.
И монгольские, найденные на Орхоне, и енисейские, представляют единый литературный язык. Вы представляете, литературное койне уже тогда существовало! То есть, был литературный письменный язык. Койне – это наиболее распространенный эталон, норма. Но речь не только о языке. Как свидетельствуют находки археологов, на нашей земле некогда существовало и могучее государство. На территории Хакасии было не менее десяти городов, в которые вели караванные тропы, шелковые пути. Люди были счастливы сюда попасть, перевалив через Западный Саян. В страну городов, белых кибиток и юрт, где народ жил счастливо, распевая красивые песни.
Древнетюркский язык прекратил свое существование после нашествия Чингисхана. Порядка ста семидесяти каменных фрагментов с уникальными надписями, найденных на территории Монголии, Тувы, Хакасии, как бесценные реликвии хранятся сегодня в музеях Санкт-Петербурга и Парижа, Красноярска и Минусинска, а также Абакана.
Дар бесценный
В честь великого наследия второго по численности после славян этноса в России, в нашей республике отмечаются Дни тюркской письменности и культуры. С этим праздником неразрывно связано и имя знаменитого тахпахчи Семена Кадышева. Тахпах – это короткие музыкально-поэтические поговорки, которыми переговариваются тахпахчи. Они этим друг друга как бы заводят. Один кидает фразу, второй отвечает. Так могли соревноваться сутками У хакасов это очень ценилось. Семен Прокопьевич часто выигрывал такие состязания. Художественно-поэтический язык Кадышева невероятно красивый, отмечают исследователи его творчества. Удивительно, как малограмотный человек тонко и образно выражал красоту природы.
Семен Кадышев родился 14 сентября 1885-го года в улусе Тарчи Ширинского района. Теперь уж этого села нет на земле. Но тогда на рассвете младенец своим криком разбудил всю деревню. И никто еще не знал, что своими песнями Кадышев прославит всю Хакасию. Искусство хайджи Семен перенял у отца, который часто брал сына на охоту и рассказывал ему древние предания и легенды. Именно там мальчик начал вслушиваться в голоса тайги и гор, ловить дыхание земли и окружающей природы. Чтобы позже наполнить ими свои сказания. Впрочем, весь род Кадышевых во многих поколениях славился потомственными сказителями, виртуозно владеющими чатханом и хомысом.
В устных произведениях Кадышева есть нечто волшебное. В совершенстве владея горловым пением, Семен Прокопьевич славился как непревзойденный импровизатор. Чтобы послушать его легенды о богатырях, в гости к сказителю набивалось полно народу. И он по несколько ночей пел свои тахпахи.
Собственная биография Семена Кадышева тоже напоминает героическое сказание о жизни богатыря. В юности он батрачил у кулака Матросова. Затем промышлял охотой, валил лес, мыл золото. В 1914-м году его забрали в царскую армию. И служить бы рекруту Кадышеву 25 лет, да помешала Октябрьская революция. По возвращении домой Семен Прокопьевич партизанил, занимался ликвидацией банд. Был председателем сельсовета. На фронта Великой Отечественной Кадышева не взяли по возрасту. Однако сыновей на войну проводил. Один из них не вернулся…
Профессиональным сказителем и хайджи Семен Прокопьевич становится в 1948-м году. В этот период к нему из Абакана часто приезжает композитор Александр Кенель и записывает его игру на чатхане на ноты. Кенель называет Кадышева первым хакасским композитором, отмечая, что чатхан древнее любого классического музыкального инструмента.
В 1954-м первым из хакасских фольклористов Кадышева принимают в Союз писателей СССР. На больших литературных форумах его с восторгом слушают писатели Азии и Африки, он выступает на Международном конгрессе востоковедов в Москве. Его громкая слава давно перешагнула границы не только Хакасии, но и России.
Однако для своих дочерей и внучек Кадышев всегда был просто любимый и родной человек, лишенный холодного величия. Справедливый и гостеприимный. Именно таким запомнился классик хакасского фольклора знавшим его близко. А еще он умел лечить травами и отлично знал окрестный лес. Тот самый, что виден вдали с холма на окраине Трошкино. Здесь, на скромном деревенском погосте, летом 1977-го нашел свой последний приют простой и одновременно великий человек – Семен Прокопьевич Кадышев. Он прожил почти 92 года, оставив нам более двух десятков записанных хакасских легенд, преданий и сказок. А также четыре опубликованные книги героических эпосов. Его имя сегодня носят Республиканский центр культуры и улица в Абакане. На его стихи сочиняют песни. Рукописи с его сказаниями хранятся в фондах ХакНИИЯЛИ, являясь бесценным сокровищем для литературоведов.
«Упадет береза, отшумев. Но побег продолжит жизнь ее. Пережив сказителя, напев творчества продолжит бытие. Упадет столетняя сосна, Но она оставит семена. До черты дойдет и жизнь певца. Но бессмертна песнь. Ей нет конца». Это стихи Семена Кадышева. Пример современной тюркской поэзии. Простые понятные строки. В них – мудрость древнего народа, накопленная веками. В чем соль? Жизнь не имеет окончания. Она, как песня — лишь меняет голоса.
Галина Овчаренко
(По материалам программы «Изеннер!» ТВ-Абакан)
Фото из открытых источников