История крепости Пор-Бажын в Чертежной книге Сибири

В республике Тыва, возле границы Монголии, на высоте 1300 метров прячется в горах озеро Тере-Холь. В XVII веке Семен Ремезов, знаменитый составитель карт Сибири, обнаружил на острове в центре озера развалины монументальной крепости, о чем и сделал запись в своих бумагах: «Город каменный старой, две стены целы, две развалили, а котора города — того не знаем». Крепость на острове местные жители называют «Пор-Бажын», что в переводе с тувинского языка означает «глиняный дом».

Первое упоминание о Пор-Бажыне имеется в «Чертежной книге Сибири, составленной тобольским сыном боярским Семеном Ремезовым в 1701 году» (издана в Санкт-Петербурге в 1882 году). В 1891 году, городище было обследовано русским этнологом и археологом Д.А. Клеменцом, который снял его план и впервые обратил внимание на сходство с руинами города Карабалгасуна на реке Орхон в Монголии. Он писал, что строителями Пор-Бажына были «не монголы и не китайцы и вряд ли кидане или джурджени, вероятнее всего, тот же или народ, родственный строителям древнего Каракорума».

Очень долгое время Пор-Бажын не привлекал внимания исследователей в силу своей труднодоступности. Все же археологи иногда ссылались на него и даже высказывали предположение о том, что городище относилось к периоду Уйгурского каганата (744-840 годы).

В 1957 году советским археологом С. И. Вайнштейном были начаты раскопки городища и продолжены Тувинской экспедицией Института этнологии АН СССР. Датировка и атрибуция крепости были основаны на типологической схожести сохранившихся концевых орнаментированных дисках черепицы.

По описанию ученого, остатки крепости Пор-Бажын представляли разрушенные стены, расположенные в виде прямоугольника, состоящего из ориентированных по странам света стен. Высота стен местами доходила до 10 метров. В середине восточной стены сохранились остатки ворот с хорошо укрепленными превратными башнями. Внутри крепости археологи также обнаружили следы жилищ и служебных построек, на месте которых в 1957 и 1963 годах были найдены обломки керамической и каменной посуды, железные гвозди и другие артефакты. В центральной части крепости были обнаружены два земляных холма высотой до 2 метров, под которыми были основания двух зданий.

Предназначение крепости Пор-Бажына остается не совсем ясным. Первоначально высказывалась мысль, что городище могло быть монастырем, но очень скоро ученые отказались от нее. Если опираться на сведения надписи Баян-чора, на основе которой определялась дата сооружения крепости, можно говорить, что крепость строилась как летняя резиденция уйгурского кагана. Вот как рассказывает Баян-чор о своем походе против племени чиков:

Затем, в год Тигра (750) я пошел в поход против чиков. Во втором месяце, в 14-й день, возле [реки] Кем я их разбил. В том же году я приказал учредить ставку Касар Кордан в верховьях [реки] Тез (на западном склоне Отюкена). Я приказал воздвигнуть там стены и провел там лето. Там я установил границы [моих владений]. Там я приказал начертать мои знаки и мои письмена.

Российский тюрколог С.Г. Кляшторный, которому принадлежит уточнение этих строк, полагал, что Касар Кордан (в Терхинской надписи – Касар Коруг) был западным лагерем и ставкой Элетмиш Бильге-кагана. Он идентифицировал Касар Кордан с крепостью Пор-Бажын.

С развалинами Пор-Бажына связаны много тувинских легенд. Одна из них повествует о хане, у которого были большие уши, за что он получил имя Эльчиген-кулак-хан — Ослиные уши. Хан скрывал свои уши от других и убивал всякого, кто видел их. Только одному брадобрею удалось увидеть их и поведать об этом всем людям. По другому преданию, крепость была построена неким ханом в долине Енисея, где не было еще озера. Озеро образовалось из воды, хлынувшей из колодца, построенного в крепости. Хан, убегая от воды, затопившей окрестности крепости, глядя на долину, удивленно воскликнул по-монгольски: «Тери-нур болчи!» (Она стала озером!).

В настоящее время исследователей привлекает легенда о том, что Пор-Бажын был дворцом, построенным уйгурским каганом для китайской принцессы. Уйгурский Элетмиш Бильге-каган действительно получил в жены китайскую принцессу Нинго в благодарность за военную помощь, оказанную им Танской династии в подавлении восстания Ань Лушаня (755-762 годы). Из источников известно, что принцесса Нинго отправилась в уйгурскую ставку в сентябре 758 года, но через полгода уйгурский каган скончался. Танские хроники рассказывают о том, как уйгуры хотели похоронить принцессу вместе с покойным мужем, но, встретив сильное возражение, оставили ее в живых. Через несколько месяцев после смерти кагана принцесса вернулась в Китай.

В уйгурскую ставку танскую принцессу сопровождала другая представительница императорского дома — Сяо Нинго (Младшая Нинго), дочь одного из китайских принцев. Сяо Нинго осталась у уйгуров и была последовательно женой Баянчора и его сына Бёгю-кагана (759-779 годы). Во время дворцового переворота в 779 году двое ее сыновей, рожденных от Бёгю-кагана, были убиты, а сама Сяо Нинго «ушла и жила за пределами (столицы)». Если верно предположение о том, что дворец Пор-Бажын строился в 750-751 годах, он не мог быть построенным для китайской принцессы, которая прибыла в уйгурскую ставку спустя много лет после сооружения Пор-Бажына — в 758 году и прожила среди уйгуров всего около одного года.

Конечно, дворцы и города для принцесс строились уйгурами. Среди уйгурских городов в китайских источниках называется, например, «город принцессы» — «Гунчжу чэн». Однако, они располагались гораздо южнее каганской ставки. Таким образом, легенда о том, что уйгурский дворец Пор-Бажын строился для китайской принцессы, не имеет основания. Последнее, впрочем, не исключает, что в его строительстве могли принимать участие китайские мастера.

Долгое время никто не мог понять, зачем нужно было возводить такое массивное сооружение в практически безлюдной местности и от кого жители крепости там защищались. К версии, что крепость раньше была сторожевым пунктом на Великом Шелковом пути из Китая в Европу, сейчас ученые относятся скептически, так как самые северные ответвления Шелкового пути проходили примерно на тысячу километров южнее места, где стоит крепость. Никаких военных баз, месторождений золота или продовольственных складов около крепости тоже не было.

Кроме того, ученые долго не могли понять, каким образом древним строителям удалось построить крепость на острове посреди озера. Как доставлялись строительные материалы, где находились мастерские по изготовлению кирпичей, как на небольшом участке суши могли уместиться сотни строителей? Экспедиция 1957-1963 годов не смогла также установить, по какой причине люди, в конце концов, покинули Пор-Бажын.

И лишь комплексные исследования 2007-2008 годов, проведенные под эгидой МЧС России, смогли немного приоткрыть тайну этого места. В результате работ был полностью восстановлен облик древнего города, найдено множество предметов, подтверждающих «уйгурский след», и выяснено, почему Пор-Бажын был разрушен.

Итак, что же представлял собой Пор-Бажын? Развалины крепости занимают практически всю площадь острова и представляют собой правильный прямоугольник, ориентированный по сторонам света, с размерами 211 на 158 метров. Высота крепостных стен, даже в полуразрушенном виде, доходит до 10 метров. На восточной стороне сохранились ворота с превратными башнями, на башни ведут остатки въездных пандусов.

Внутри крепостных стен находится целый лабиринт зданий и построек. Вдоль западной, южной и северной стен расположено 26 отсеков, разделенных глинобитными стенами высотою до полутора метров. В каждом из них из кирпича-сырца выстроено помещение размером 7 на 8 метров — в них, видимо, жила дворцовая прислуга, ремесленники и охрана крепости. Посередине же обнаружено два дворцовых здания, возможно, одно из них было храмом.

Оба «дворца» помещались на возвышенности из утрамбованных земли и глины. Судя по всему, они были соединены друг с другом 6-метровым крытым переходом. Первое здание имеет размеры 23 на 23 метра, а второе — 15 на 15. Их кровлю поддерживали деревянные колонны. Предполагают, что в большом помещении их было 36, а в маленьком — всего 8. Крыши были покрыты цилиндрической черепицей. Толщина стен во дворцах, по всей видимости, была более метра, что неудивительно, ведь зимы на Кунгуртуге весьма суровы, а температура -45°С — здесь норма. Эту толщу глины и кирпича покрывали орнаментальные фрески оранжевого и красного цветов.

Больше всего археологов удивил чрезвычайно тонкий культурный слой городища. В некоторых местах были найдены кости баранов (это опровергло версию местных жителей о том, что Пор-Бажын был буддистским монастырем, поскольку буддийские монахи не едят мясо), несколько женских украшений и кузнечных заготовок — вот и все, что потеряли жители этого города за несколько десятков лет существования крепости. Кроме того, в окрестностях Пор-Бажына было обнаружено всего одно захоронение, а на территории крепости их вообще нет.

Все это наводит на мысль о том, что Пор-Бажын, по всей видимости, был летней резиденцией уйгурских каганов или крупных сановников. Постоянно в этой крепости, судя по всему, никто не жил, люди появлялись там лишь в теплый период. А уж отдыхать уйгурским аристократам на Кунгуртуге было весьма приятно — чистый горный воздух, вокруг обилие диких зверей, в озере много рыбы, а в пяти минутах езды от крепости расположены целебные сероводородные источники. Не их ли наличие заставило кагана принять решение о постройке «санатория» именно в этом месте?

Удалось выяснить, почему крепость вдруг оказалась на острове. Благодаря исследованиям группы геоморфологов и почвоведов из МГУ им. Ломоносова и Института Географии РАН удалось установить, что за всю свою историю существования озеро Тере-Холь несколько раз исчезало практически полностью. Происходило это в результате того, что землетрясения, которые в прошлом достаточно часто происходили в этих местах, время от времени приводили к исчезновению подземных ключей, питающих данный водоем. По-видимому, в один из таких периодов «осушения» Тере-Холь и была построена крепость.

Об этом также свидетельствует и обнаруженные геологами следы дороги, находящиеся на дне водоема. Но ведь под водой дорог никто не строит, значит, когда ее прокладывали, озера не было. После же, во время очередного землетрясения ключи вновь «открылись» и котловина Тере-Холь наполнилась водой.

Землетрясения, в конце концов, погубили и саму крепость. Почвоведами на острове были обнаружены следы характерных смещений залегания почвенных слоев, что возникает в результате колебаний земной тверди. По датировкам эти смещения совпадают с возрастом следов пожара крепости, найденного ранее археологами. Но останков погибших от этого стихийного бедствия людей не обнаружено. Это опровергло выдвинутую ранее версию о гибели крепости в результате штурма вражескими армиями или при восстании местных жителей.

В реальности, скорее всего, землетрясение разрушило крепость зимой или осенью, когда в ней никого не было. По всей видимости, приехав на следующее лето в «санаторий» и обнаружив на его месте груду развалин, каган не захотел восстанавливать строения, поскольку счел данное место опасным для отдыха.

Хотя, по рассказам местных жителей, каган и его воины до сих пор иногда возвращаются в эти места. По их словам, в темные ночи на острове среди руин можно видеть призраков на конях, с оружием и в одеждах VIII века. Вполне возможно, что отдых в Пор-Бажыне настолько нравился уйгурской знати, что многие ее представители даже после смерти продолжают посещать этот замечательный «дом отдыха».