Когда мастерская – весь Рыбинск
В следующем году фасад мужской гимназии на Крестовой, 92 нарядят в гипсовые кружева. И здание наконец предстанет в том виде, в котором было больше сотни лет назад Восстановлением старинного лепного декора занимается лепщик-реставратор из Рыбинска Александр Сибильков. Заглянем к нему в мастерскую.
Дом с пилястрами Дом Сибильковых в частном секторе легко узнать по лепным пилястрам. Во дворе – двухэтажная мастерская. Здесь прохладно, пыльно и пахнет влажным гипсом. Одну из стен первого этажа занимают лепные маски, модульоны, розетки, орнаменты и другие элементы декора. Застывшие лица женщин и херувимов смотрят, словно живые. Некоторые из них помнят руки мастеров 18 века.
— Пойдемте на второй этаж, — приглашает Александр.
Поднимаемся по лестнице, нос щекочет резкий запах лака. Словно леденцы, поблескивая глянцевыми боками, на столах сохнут резные деревянные скамейки.
— Это для Сретенского храма, один из последних заказов, — поясняет мастер. – Основная моя работа – резьба. Параллельно занимаюсь лепкой.
Для церквей Александр делает резные иконостасы, киоты, аналои, лавки, для частных заказчиков – панно, скульптуры из дерева. Еще он, единственный в Рыбинске, реставрирует антикварную мебель, возвращает к жизни вековые столики, стулья, кресла, буфеты в стиле ампир и не только.
— С деревом работать интереснее, можно проявить фантазию, но и возиться дольше, сложнее. Отрезал лишнее – уже не приставишь обратно, — рассказывает Сибильков. — Лепнина близка к дереву – декоративный эффект тот же, только дешевле. Огрехи легко исправить. Правда, когда речь идет о реставрации, я уже не могу добавлять что-то авторское, потому что воссоздаю оригинал, задуманный 100-150 лет назад. Мастерская – весь город Сибильков – выпускник Абрамцевского художественно-промышленного училища им. Васнецова. Перед тем как поступить на отделение художественной обработки дерева, камня и кости, окончил рыбинскую художку.
В Рыбинск вернулся уже после армии, устроился лепщиком на реставрационный участок. Первым его объектом стало старое каменное строение – Казанский храм, возведенный в 17 веке.
С тех пор мастерская Сибилькова – это весь город. Александр восстанавливал лепнину многих известных рыбинских памятников архитектуры: церкви Сретения Господня, Спасо-Преображенского собора, купеческих особняков Тюменева, Наумова, Старой и Новой хлебных бирж, музея Мологского края и других. Были и новоделы: кафе «Стейк», «Сэ Шер».
Редкого специалиста привлекали на реставрацию Опочининской библиотеки в Мышкине и Толгского монастыря. Тогда полгода Александр прожил в келье.
Исторических зданий Рыбинска, где не довелось поработать Сибилькову, – единицы. Почти вся лепнина прошла через его руки. Один из самых крупных объектов – Спасо-Преображенский собор, реставрация которого растянулась на несколько лет. Воссоздавать пространство специалистам пришлось по единственной сохранившейся фотографии.
— Когда мы увидели проект, ахнули. Ярославский архитектор «вписала» в собор лепнину с усадьбы Наумовых. Пришлось переделывать. С ангелами тоже история. С чего лепить, если не осталось ни одного образца? Посадил перед собой своего шестилетнего сына и слепил с него. Теперь с каждой колонны смотрит мой Алеша, — улыбается мастер.
К тому времени Сибильков уже руководил школой декоративно-прикладного искусства и дизайна на Солнечной. Отработав 12 лет в реставрации, он решил обучать ребят тому, что умеет сам. Школьникам преподавали архитектуру, моделирование, резьбу, керамику. Многие из них продолжили учиться, стали профессионалами.
Школа просуществовала десять лет и закрылась – образ жизни у детей изменился, к прекрасному они стали тянуться меньше, набор в группы резко упал, говорит Александр. Обидно, потому что теперь, когда утраченные ценности нужно возрождать, специалистов днем с огнем не сыщешь. Витиеватая история
Каждый объект для реставратора – это встреча с тайной.
Когда Сибилькову предложили восстановить лепнину здания на Крестовой, 92, он, не раздумывая, согласился.
Прежде чем взяться за дело, мастер изучает историю здания, собирает информацию.
Коринфские капители, различные вариации рисунков листьев аканта на замковых камнях, сложные композиции растительного орнамента – таким было богатство лепного декора особняка наследников Абрама Щербакова на Крестовой, приспособленного под мужскую гимназию. Все, что осталось от былой роскоши спустя 150 лет, уместилось в 20 небольших ящиках.
Работа по восстановлению гипсового кружева предстоит кропотливая.
Летом реставратор снимал с фасада хрупкие фрагменты роскошного декора, очищал от пыли, грязи. Как выяснилось, до него за полтора века этим никто не занимался, здание только красили.
— Я обнаружил сантиметровый слой краски разных цветов, в том числе зеленого, синего. Попался даже черный – копоть от пожара, которую не потрудились отмыть. Собственно за счет толстого слоя краски лепнина и держалась. Снимаю его, а гипс, как мыло. Все, что можно, восстановлю, за исключением верхнего нависающего карниза с модульонами и розетками – он совсем не сохранился. Множество фрагментов утрачено, например, арочные панно над окнами сохранились лишь наполовину, — с грустью констатирует специалист.
Усложняет задачу реставратора и отсутствие чертежей, есть только фотографии. Александр распечатал снимки фрагментов лепнины в натуральную величину, а затем склеил их в единый эскиз. По нему и работает.
Старую лепнину мастер приводит в модель. Недостающие фрагменты лепит из глины. Затем готовит из специального формопласта гибкую форму, в которой из гипса отливаются новые образцы. Что-то приходится лепить с нуля.
— Попадаются весьма странные элементы. Вот, например, снял с фасада гимназии полцветка. Ни на одной старой фотографии его нет. Полюбуйтесь, какой красивый, но непонятно, почему он единственный и куда его ставить? – недоумевает мастер. Сохранять старое – хороший тон
Александр надевает запачканный гипсом фартук, берет в одну руку влажный цветок, в другую — волшебную палочку – резец и легкими движениями отсекает от лепестков все лишнее.
— Главное – воссоздать массу, объем образца, поэтому после высыхания изделие покрывается лаком – он не дает прилипать к резиновой форме и сглаживает неровности и трещинки.
Для создания лепнины используется самый мелкомолотый скульптурный гипс – за ним и другими расходниками приходится ездить в столицу. Но даже качественный современный гипс, по словам Александра, очень уступает тому, что простоял больше века. В подтверждение со стены маленькими глазками «поглядывает» херувим – его слепили в 1740 году, и он довольно неплохо сохранился. На новодел же реставратор дает гарантию 50-60 лет.
На вопрос, каково это — быть причастным к сохранению наследия, видеть плоды своего труда, прогуливаясь по улицам Рыбинска, Александр хвалит собственников зданий, которые решаются на реставрацию, зная, что это долго и дорого:
— Они молодцы! Так красиво, как раньше, сейчас делают мало, поэтому важно беречь то, что осталось. Человек должен жить в красоте.
Предстоящий год для Александра Сибилькова будет насыщенным. Нужно подготовиться к персональным выставкам в Тутаеве и Рыбинске, в них примет участие и супруга-художница Алена. А ближе к осени украсить изящным кружевом мужскую гимназию. Рыбинцы очень ждут.