Вокруг «городов будущего» в Казахстане вырастут солончаки и болота
В ближайшие дни в Казахстане приступят к общественному обсуждению грандиозного градостроительного проекта G4 City – это «умного» города, состоящего из четырех тематических районов, расположенных вдоль автомагистрали Алма-Ата – Конаев.
Казахстанские власти, как мы писали, не обращая внимание на реальную ситуацию, сложившуюся вокруг мегаполисов страны, строят амбициозные планы возведения шикарных городов-спутников вокруг Алма-Аты, окружённой миллионными гетто, в которых ютится взрывоопасный миграционный человеческий материал, ужасающим образом показавший свою подрывную социальную сущность во время январского путча.
Портал «Туран пресс» недавно опубликовал обстоятельную статью-расследование причин затянувшегося долгостроя девелопперского долгостроя в Алма-Атинской области, где планируется построить ряд блистательных «Нью-Васюков», то бишь четырех городов-спутников G4 City – Gate City, Golden Сity, «Growing Сity и «Green Сity».
Gate City призван стать финансово-деловым центром, причем сначала регионального значения, а впоследствии достичь и международного статуса.
Golden Сity должен превратиться в международный культурно-развлекательный центр, вроде то ли Лас-Вегаса, то ли Монако.
Для быстрейшего развития научно-производственной мысли планируется город Growing Сity, то бишь «Город Роста». Предполагается, что там на запредельные высоты взлетит сначала научная мысль «Нового Казахстана», а потом туда подтянутся «учёные и производственники из других государств». Так и хочется добавить – как и планировал Остап Бендер.
Для обеспечения здорового образа жизни строится четвертый город – Green Сity «с идеальным микроклиматом, расположенным вблизи водохранилища, прекрасно подходящим для санаторно-курортного проживания, занятий спортом и немного удовлетворения личного азарта, так как расплодившиеся к тому времени капчагайские казино планируется компактно сконцентрировать в том же “Зеленом городе”».
Можно восхищаться дерзновенными прожектами казахстанских застройщиков, можно их критиковать, что мы непременно сделаем в рамках данной публикации, но нельзя отрицать одного: фантастическим городам будущего нужна вода, много воды.
Но где же ее взять?
Недавно руководитель компании Almaty Region Master Plan Арсений Пирожков презентовал проект G4City на первой конференции Центрально-Азиатской ассоциации питомников растений и рассказал, какие замечательные будут парки и сады в новом городе: «Внутригородское пространство должно быть качественным, современным и комфортным. Территорию, расположенную вдоль побережья озера Капчагай, будут украшать различные пристани и причалы. Здесь предполагается озеленение. Внутри городов планируется сделать парковые территории, которые также будут озеленять».
На вопросы, чем все это будут поливать и как будет решаться проблема с водными ресурсами, Пирожков ответил весьма мудро и столь же уклончиво:
«Данный фактор изучался во время создания генерального плана, и все вещи, которые вы обозначили, в нем учтены. Есть мероприятия по экономии воды, взято в расчет все, что будет использовано на полив и производство».
И ни слова больше.
Эх, батенька, так ведь мероприятия по экономии воды сейчас вводятся по всему Казахстану, и даже по всей Центральной Азии. Но пока что все эти усилия напоминают тщетное латание «Тришкина кафтана» по принципу хвост вытянешь, нос увязнет».
Между тем, в генеральном плане, на который ссылался Арсений Пирожков, открытым текстом сообщаются любопытные сведения. В спроектированном супер-городе для технических целей и полива зеленых насаждений будут использовать специально собранную и очищенную ливневую воду. Для этого в каждом районе будут созданы пруды для накопления дождевой воды.
Непосильную, прямо скажем, задачу ставят градостроители для будущих сборщиков дождевой воды в городах будущего, ибо в регионе в среднем пасмурных дней, когда идут дожди, меньше 50. А 315 дней в году светит яркое солнце или гуляют по небу редкие облачка.
Это Азия, братец градостроитель, причем Центральная.
Запланировано также повторное использование не менее 20 % сточных вод.
Эх, не было напасти, да купила баба порося! Отчего же не спросили замечтавшиеся проектировщики G4City как обстоят дела в Казахстане с очисткой сточных вод?
Известно, отчего. Плохо обстоят очистные дела, и вписали этот пункт в водосберегающую программу новых городов для проформы, как завещал Ходжа Насреддин, рекомендовавший обещать все что угодно, а там или ишак или падишах к праотцам отправятся.
А питьевую воду, согласно концепции, составленной не сведущими в гидрогеологии местности проектировщиками, будут выкачивать из подземных источников.
«В настоящее время рядом с участком отсутствуют источники питьевой воды, предполагаемым источником подачи питьевой воды является существующая артезианская скважина, расположенная на Покровском месторождении», – указано в документе. Ни о каких других источниках воды в концепции не сказано. Поленились градостроители полистать докторскую диссертацию Евгения Сотникова «Причины низкой достоверности гидрогеологических прогнозов при оценке эксплуатационных запасов подземных вод и пути их решения».
А если бы не поленились, то узнали бы, что чистая вода, соответствующая всем санитарно-техническим нормам, залегает в регионе глубоко (в интервале 150-350 метров). Воду, расположенную ближе к поверхности земли, пить нельзя. В 2013 году по скважинам, пробуренным на глубине 10-25 метров, периодически отмечалось превышение предельно-допустимых норм по фтору, сульфатам. В диссертации сказано, что на качестве подземных вод сказывается влияние ранее действующих полей фильтрации поселка Отеген Батыр и обувной фабрики «Жетысу». Это значит, что когда-то в поселке было место сбора канализационных и сточных вод, и все эти нечистоты просачивались сквозь землю, попадали в подземные источники воды и до сих пор дают о себе знать. В шести километрах от поселка Коянкус (будущего «Gate City») расположено гигантское канализационное очистное сооружение. Туда поступают стоки не только из Алма-Аты, но и из прилежащих поселков, Каскелена и Талгара. Из этого следует, что городские колодцы должны быть очень глубокими, иначе дурно пахнущая жижа потечет по улицам. Загрязненные подземные воды, расположенные ближе к поверхности, местный «Водоканал» рекомендует использовать только для технического водоснабжения.
Запасы чистой, питьевой воды Покровского месторождения на глубине от 150 до 500 метров составляют всего 151 тыс. кубических метров в сутки. А это в два раза меньше, чем необходимо городу будущего.
Следует отметить, что в Казахстане чуть лит не каждый второй¸ а то и чаще, увлекается ведением подсобного хозяйства, требующего мощного полива. Это, кстати, является одной из причин перманентного дефицита питьевой воды.
Во всей Центральной Азии, да будет известно авторам блистательных градостроительных планов, практикуется лишь так называемое орошаемое земледелие. А эта форма земледелия приводила и приводит к капиллярному засолению почвы.
Владимир Прохватилов
Проблема капиллярного засоления почв при орошаемом земледелии известна с незапамятных времен. Шумерские клинописные таблички и изображения рассказывают о войне в древней Месопотамии между городами Умма и Лагаш, которые для орошения сельхозугодий совместно использовали воды Евфрата. Жители Уммы взяли верх, но лагашевцы прорыли другой канал, отводивший воды Тигра. Однако вскоре их поля покрылись слоем солоноватой застойной воды и превратились в бесплодную солончаковую пустыню.
Древние мелиораторы не могли знать, что воды Тигра соединились с грунтовыми водами, подняли их уровень и вызвали засоление почв. Это явление – капиллярное засоление – было неизвестно шумерским земледельцам. Поэтому население этого древнего города-государства было вынуждено переселиться на новые земли.
Справка: «В отличие от долины Нила, где река сама выходила из берегов и заливала поля, здесь для того, чтобы провести воду, необходим был тяжёлый труд и разные приспособления» – эти слова «отца истории» Геродота передают сущность мелиоративных работ в Месопотамии, или Междуречье.
Жителям Междучерья еще в IV тысячелетии до н. э. удалось превратить пустыню в одну из самых богатых и обильных областей в мире, искусно регулируя течение рек и равномерно распределяя воду при помощи каналов и плотин по полям. Их задача осложнялась тем, что знойное солнце превращало плодородную землю на возвышенных местах в растрескавшуюся каменную твердь, а в низинах, где вода застаивалась, появлялись тропические болота.
Тяжелым трудом многих поколений создавалась сложная сеть водных сооружений, регулирующих паводок рек и обеспечивающих запас воды на сухое время года. Гидротехнические сооружения обеспечивали равномерное орошение полей и в то же время предохраняли почвы от заболачивания. Во время паводка излишние воды отводились в пруды, а в сухое время года влага по каналам подавалась на поля, которые, чтобы предохранить их от затопления, окружали земляными дамбами.
Нормальная ирригация Междуречья произошла при могущественном аккадском царе Саргоне, который приказал прорыть большой канал, соединивший Тигр с Евфратом. А к концу III тысячелетия до н. э. жители Шумера и Аккада, научившись строить водоподъемные механизмы для полива «высоких полей», освоили прежде не орошаемые массивы земель в бассейне Тигра. Спустя века в кодекс законов и распоряжений вавилонского царя Хаммурапи будут внесены государственные требования об исправном содержании систем каналов и дамб. Следили за этим специально назначенные «писцы каналов». Символично название одного из каналов того времени — «Изобилие», данное в честь царя Хаммурапи.
О капиллярном засолении почв при орошаемом земледелии сегодня известно любому гидрогеологу. Суть этого явления проста.
В верхний слой почвы, где расположены корни растений, соли поступают из грунтовых вод. Соли в почве находятся в растворенном или поглощенном состоянии, поэтому движение воды в ней неизбежно вызывает движение солей и тем больше, чем лучше их растворимость в воде. В процессе полива нисходящие токи воды по почвенным капиллярам перемещают соли из верхних горизонтов почвы в нижние, после полива восходящие в процессе просачивания токи воды поднимают соли вверх, происходит миграция солей.
При близком залегании грунтовых вод образуется постоянный восходящий ток воды, которая, испаряясь, засоляет почву и постепенно превращает ее в соляное болото.
По оценкам ФАО-ЮНЕСКО, более 50% всех орошаемых земель мира подвержено осолонцеванию. Как показал многолетний опыт орошения земель Средней Азии, Заволжья и Нижнего Дона, орошаемое земледелие вызывает целый комплекс «болезней» почв: выщелачивание, разрушение структуры, засоление, осолонцевание, заболачивание и в итоге полнейшую деградацию и уничтожение.
Подъём уровня грунтовых вод (подтопление) на орошаемых землях неизбежен при любых щадящих режимах полива. Подтопленные территории становятся непригодными для орошения еще и по причине непроходимости таких земель для обрабатывающей техники.
Засоление и заболачивание почв в результате неграмотного использования орошаения в свое время больно ударило по ряду республик Средней и Центральной Азии. Так, в Туркмении распространились соленые болота и озера в низменностях, куда сбрасывались промывные воды с хлопковых полей. Даже столицу республики, Ашхабад, пришлось спасать от затопления, откачивая соленую воду. В Узбекистане система орошаемого земледелия была вполне грамотной, но проблемы возникли из-за перебора повышенных обязательств по сбору хлопка, которые превысили возможности бассейна Аму-Дарьи и Сыр-Дарьи.
Отметим, что Засоление крымских почв стало идти ускоренными темпами после того, как в массовом порядке здесь стали бурить скважины, по которым сначала шла пресная вода, а потом пошли вверх и соленые грунтовые воды. По мере истощения и этих вод, потянулась и морская вода, как отмечает сотрудник кафедры геоэкологии и природопользования филиала Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова в Севастополе Антон Новиков.
Как известно, если из скважины добывается воды больше, чем в неё поступает естественным путем, может снизиться водоносный горизонт не только этой скважины, но и соседних скважин, и возникнет так называемая «депрессионная воронка». Такое уже наблюдалось вблизи Керчи и в районе курортной Николаевки.
В Казахстане интенсивный забор воды из глубоких скважин приведет к снижению уровня и обмелению озера Капчагай, что быстрыми темпами вызовет реальную экологическую катастрофу.
Засоление почв также будет расти и вскоре окрестности городов будущего превратятся сначала в солончаковые пятна, затем они сольются и полностью убьют сельское хозяйство.
Мы много и подробно писали о реальных путях решения водных проблем Казахстан и всей Центральной Азии. Но горе-проектировщики городов будущего этих статей инее читали. Возможно, они вообще ничего не читали, кроме своих высосанных из пальца концепций и стратегий.
Между тем, в преддверии общественных обсуждений фантастических планов создания городов будущего, казахстанские власти могли бы взять на себя труд познакомить граждан республики с серьезными научными данными о состоянии водных ресурсов страны, а не толочь сточную воду в ступе бессмысленных, как представляется, обсуждений оторванных от объективной реальности проектов.
Древние шумеры и Геродот им в помощь!
Владимир Прохватилов, старший научный сотрудник Академии военных наук