ИА REX - «Турецкая оборонка: успехи, которые в будущем создадут проблемы России». Факты и аналитика
Турецкие вооруженные силы. Фото из открытых источников сети Интернета.
Военно-промышленный комплекс Турции демонстрирует впечатляющие успехи. В последние годы Анкара последовательно наращивает свой военный потенциал. Против кого он будет направлен? Вопросом об этом задаётся Telegram-канал «Россия не Европа».
За последнее десятилетие значительно вырос экспорт оборонной и аэрокосмической продукции Турции (с $1,5 млрд в 2014 году до $4,4 млрд в 2022 году). Если в 2014 году был реализован 361 проект, то в 2023 году их число должно превысить 810. За последние 20 лет почти в 2,5 раза увеличился оборот оборонной и аэрокосмической промышленности, который составлял соответственно $5,1 млрд в 2004 году, и $12,2 млрд к концу 2022 года.
За последнее десятилетие турецкий ВПК отметился следующими достижениями:
– в 2014 году поступили на вооружение ударный вертолёт T129 ATAK и БПЛА BAYRAKTAR TB2;
– в 2016 году поступила на вооружение система противовоздушной обороны KORKUT, начато серийное производство турецкой штурмовой винтовки MPT-76;
– в 2017 году началась разработка вертолётного двигателя TS1400;
– в 2018 году совершил свой первый полет вертолёт T625 GÖKBEY, создан двигатель для БПЛА PD170;
– в 2020 году произведен запуск первого турецкого носителя для полета в космос SONDA ROCKET;
– в 2021 году спущен на воду фрегат ISTANBUL, поступили на вооружение БПЛА AKINCI, противокорабельная ракета ATMACA, тяжелая торпеда AKYA, начато серийное производство вооружённого беспилотного надводного аппарата ULAQ;
– в 2022 году совершил свой первый полет беспилотный истребитель Bayraktar KIZILELMA, а также поступили на вооружение разведывательный корабль TCG UFUK и система ПВО средней дальности HİSAR, создан первый турбореактивный ракетный двигатель KTJ3200;
– в 2023 году совершил первый полёт первый реактивный самолет HÜRJET, принят на вооружение многоцелевой УДК TCG Anadolu, проходит испытания первый турецкий истребитель KAAN, запущены в космос спутник дистанционного зондирования Земли İMECE и спутник KILIÇSAT CubeSat, начата установка на корабли системы противовоздушной обороны ближнего действия GÖKDENİZ, принята на вооружение система радиоэлектронной борьбы типа «MERTER Ridge», беспилотный истребитель Bayraktar KIZILELMA совершил совместный полёт в автономном режиме, танки ALTAY переданы Министерству обороны для завершения испытаний, проходят испытания беспилотного стелс-бомбардировщика ANKA-3, совершили свой первый полёт вертолет GÖKBEY с двигателем турецкого производства и тяжёлый ударный вертолёт АТАК-2, впервые в мире крылатая ракета ÇAKIR была выпущена с БПЛА (AKINCI), и произведен пуск торпеды с беспилотного надводного аппарата SIDA (MIR-SIDA), проведены успешные испытания ЗРК дальнего радиуса действий SIPER, базовая станция ULAK 4.5G была интегрирована в БПЛА Anka и была осуществлена первая аудио- и видеосвязь, поставлены первые F-16, модернизация авионики которых была завершена в рамках проекта ÖZGÜR, поступила на вооружение бронемашина-амфибия ZAHA, успешно испытана баллистическая ракета малой (до 500 км) дальности Tayfun.
И это далеко не полный перечень успехов турецкой оборонки. По экспорту вооружений за последние пять лет Турция занимает 12-е место в мире. Страна нарастила долю в мировом оружейном рынке более чем в два раза – с 0,5 до 1,1%, а экспорт турецких вооружений в 2018-2022 гг. увеличился на 69% по сравнению с 2013-2017 гг. В 2023 году Турция рассчитывает нарастить экспорт до $6 млрд. Для сравнения: в 2021 году Россия, по данным Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству, поставила на мировой рынок военной продукции на $14,6 млрд (в 2022 году публикация этих данных прекратилась из-за санкционных рисков). Три турецких оборонных предприятия вошли в ежегодный топ-100 крупнейших военных предприятий Defense News за 2022 год: Aselsan заняла 49-е место в списке, Turkish Aerospace Industries (TAI) – 67-е, а Roketsan – 86-е. Всего в ВПК Турции работает порядка 2000 компаний. И хотя военная промышленность Турции по своим возможностям уступает крупным игрокам, таким как Россия, США и Китай, продажа оружия помогает Анкаре укрепить свои позиции на международной арене.
Турецкие БПЛА активно используют армии Азербайджана, Туркмении, Киргизии, Польши, Венгрии, Албании, частично признанного Косова, и, конечно, Украины. Кстати, Турция планирует поставить Украине самоходные гаубицы T155 Firtina, а также порядка 180 БПЛА Bayraktar TB2, 100 Bayraktar Mini, 500 защищенных автомобилей, а затем 122-мм реактивные снаряды. В ближайшем будущем также начнутся поставки миномётных и артиллерийских боеприпасов.
На сегодняшний день, по словам Эрдогана, турецкие промышленники удовлетворяют потребности национальных вооружённых сил на 80%. Но есть у турецкого ВПК и трудности. Одной из главных проблем турецких производителей является отсутствие собственных двигателей: так, в истребителях пятого поколения установлены старые американские двигатели, а в беспилотниках – дешёвые украинские. Другая проблема – сильная зависимость от поставок композитных материалов и программного обеспечения, при помощи которых производится сложная техника. Турецкая продукция этого типа, по словам экспертов, уступает западным аналогам. Электронная начинка турецких БПЛА тоже оставляет желать лучшего. Системы радиоэлектронной борьбы турки пока ещё приобретают у европейских фирм. Вообще технологическая зависимость турецкого ВПК от Запада довольно высокая. Так что, несмотря на впечатляющие успехи в области военного производства, говорить о полном достижении самостоятельности турецких производителей пока не приходится.
Всё же, опираясь на достижения отечественного ВПК, Турция наращивает свой военный потенциал. Против кого он будет направлен? Сегодня даже скептики осознают, что строительство «Великого Турана» – это не миф, а реальность. Главными препятствиями в этом направлении для Турции являются Россия и Иран. Запад активно поощряет это направление турецкой политики, так как здесь Анкара сегодня объективно противостоит и Москве, и Тегерану, а в будущем, при успешной экспансии турок в Средней Азии, неизбежно возникнут турецко-китайские трения по поводу Восточного Туркестана (Уйгуристана или по-китайски Синьцзяня).
Учитывая стратегическое направление турецкой внешней политики, поддержку, которую Запад оказывает Турции в этом, и серьёзную зависимость турецкой промышленности от западных комплектующих и технологий, сомневаться не приходится – сотрудничество с Западом будет носить долговременный и стратегически важный для Турции характер. «Дружба» же с Россией – ситуационная и тактическая. Поэтому в дрейфе Эрдогана на Запад после выборов нет ничего необычного: Запад Турции необходим как для продолжения экспансии на постсоветском пространстве, так и для борьбы с Ираном за лидерство на Ближнем Востоке. Конечно, отношения с Западом ровно складываться всё равно не будут – тем не принимают турок за своих. Таким образом, мы увидим ещё не раз взбрыкивания Турции. В этом и состоит «суверенная национальная политика Эрдогана»: взбрыкивание по второстепенным вопросам, но полное единение и тесное сотрудничество в вопросах стратегической важности. Вот и вся турецкая «независимость по отношению к Западу». А успехи турецкого ВПК, базирующиеся на тесном сотрудничестве с западными союзниками это только лишний раз подтверждают.
Фото из открытых источников сети Интернета.