Конец Елбасыстану. Россия бьётся за Казахстан с глобалистами
Казахстан дрогнул. Островок стабильности, которым казалась все 30 лет эта страна, не выдержал первое испытание властью. А точнее, её трансфером. То, что происходит сейчас в Казахстане, – это реальное, а не декоративное завершение трансфера власти трёхлетней давности, когда пост президента страны покинул Нурсултан Назарбаев, а на его место пришёл Касым-Жомарт Токаев.
Трансфер власти – это смена элит. Это реальный уход из политики «назарбаевских» и приход на их место «токаевских». Но почему же в Казахстане этот пресловутый трансфер происходит именно таким образом?
Ответ простой: на поверку это государство оказалось таким же карточным домиком, как и большинство постсоветских республик. Конечно, нельзя говорить о том, что Казахстан – прямо уж failed state, но, по сути, он от буйной соседки Киргизии мало чем отличается. Не по политической составляющей, а по клановому устройству. Киргизские «Север-Юг» – это казахские большой, средний и малый жузы, которые смог объединить Назарбаев (разными способами). Просто в Казахстане жузы смирились каждый со своей ролью, а в Киргизии кланы решили воевать друг с другом. Однако, как только привычный порядок рухнул, по стране прокатились небывалые погромы.
Компрадорская экономика
После распада Советского Союза глобалисты уготовили России роль поставщика дешёвых природных ресурсов для так называемых «развитых» стран. Мы должны были продавать свои нефть, газ, золото, прочие полезные ископаемые, а на вырученные деньги закупать «всё необходимое». Если же у нас оказывалось слишком много денег и мы могли вкладывать их в развитие несырьевой экономики, были придуманы эффективные схемы изъятия «излишков».
Во-первых, это полная открытость для трансграничного движения капитала. В наших условиях подобное означает постоянный отток средств в офшоры. Но сюда должны были утекать частные деньги.
Во-вторых, если говорить о государственных излишках, то были придуманы всякого рода резервные фонды, куда из экономики изымались нефтегазовые «сверхдоходы».
Во многом Россия продолжает жить по этой колониальной модели. Несмотря на неимоверные усилия государственников (и в особенности правительства Мишустина – Белоусова), полностью выйти из неё пока что не удаётся. Мы минимизируем ущерб, партизаним, но «благодаря» системным либералам (Чубайсу, Кудрину, Силуанову, Набиуллиной) всё же остаёмся в экономическом подчинении у Запада.
Однако если для России компрадорская модель экономики реализована частично, Казахстан в ней живёт, не стесняясь, все 30 лет «нэзалэжности», по-местному – «тауелсыздыка». И выстроил эту систему как раз Назарбаев. Елбасы изначально решил не ссориться с Западом, выстраивая оптимальную схему взаимодействия.
Частично это было оправдано, поскольку никакой Казахстан не выдержал бы открытого противостояния с глобалистами (по крайней мере, тогда, когда Россия не могла помочь). А ресурсов у страны было много. Тогдашний Алматы (столица республики до 1997 года) решил, что в глобалистской системе мироустройства Казахстан может жить и даже неплохо развиваться: ресурсов хватит на всех – и для Запада, и для «элиты», и немножко для народа.
Действительно, страна начала движение вверх. Добыча во многом была отдана на откуп американским и британским компаниям, казахская «элита» стала богатейшей на постсоветском пространстве, а уровень жизни населения действительно стал расти. Причём весьма неплохо. К примеру, в настоящий момент ВВП Казахстана на душу населения практически равен этому показателю в России (10 144 доллара против 11 273 долларов), а в какой-то момент и вовсе вырвался вперёд. Сравнительно небольшое население при пустынной территории позволяет концентрировать ресурсы и добиваться видимого результата.
Правда, модернизировать экономику теперь уже новая столица, Астана, не торопилась. А зачем? Тогда можно поссориться с глобалистами, эмиссаром которых на территории Казахстана стал бывший британский премьер Тони Блэр, назначенный или, скорее, назначивший себя советником Назарбаева. В результате Казахстан, так же как и Россия, отдавал «излишки», которые скапливались на счетах западных компаний и офшорах местных бизнесменов и «элиты».
О чём можно говорить, если за все 30 лет в стране не было построено ни одного крупного нефте- или газоперерабатывающего завода?! Действующие казахстанские НПЗ (Атырауский, Павлодарский, Шыментский) были введены в эксплуатацию в 1945, 1978 и 1985 годах соответственно. В северные регионы Казахстана бензин и вовсе завозится из России.
Баланс нарушен
Подобная модель полностью устраивала и Назарбаева, и Запад. Глобалистам не было нужды «качать» Казахстан. Елбасы всё контролировал и в случае попытки цветной революции мог резко уйти под крыло России или Китая – нежелательный сценарий для Тони Блэра и пославшей его страны. А так Казахстан был во всех смыслах многовекторной страной, тихой гаванью стабильности, которая не беспокоила никого: ни Запад, ни Россию, ни Китай.
Здесь же отметим, что Россия полностью приняла данную модель, даже не сделав попытки вырвать Казахстан из-под влияния глобалистов.
Однако любой модели когда-нибудь приходит конец. К началу двадцатых годов перед глобалистами возникли две угрозы: резкое ослабление Назарбаева (по естественным причинам) и усиление Китая, с которым начал выстраивать всё более тесные отношения Токаев. И Пекин стал «заходить». Да, началось всё это ещё при Елбасы, но при Токаеве работа Китая приобрела масштаб. Пекин покусился на самое святое для глобалистов – на природные ресурсы. Например, ту же нефть стала добывать государственная китайская компания CNPC.
Да и Россия, усвоив горький опыт Украины и едва не потеряв Белоруссию, наконец-то стала осознавать, что играть с глобалистами нельзя: всё равно обманут. Поэтому Москва пусть и осторожно, но стала действовать, предложив Токаеву ускоренную интеграцию – пока что экономическую. А Токаев вроде бы оказался не против.
Ждать глобалисты больше не могли.
Бунт и раскол элит
События развернулись стремительно – буквально за пару дней. Однако всё указывает на то, что подготовка к бунту велась задолго и планомерно. «План Б» готовился ещё при Назарбаеве. В последние годы Елбасы слишком уж сильно сблизился с Турцией. По линии спецслужб Анкара является младшим партнёром британской разведки МИ-6, совсем недавно прямо предложившей России капитуляцию. В Казахстане были развёрнуты лагери подготовки боевиков, которые, судя по всему, намеренно не замечались казахскими спецслужбами (те до недавнего времени находились под контролем клана Назарбаева).
В Казахстан начала проникать идеология «Великого Турана», которому неожиданно стал симпатизировать Назарбаев в последние годы своего правления: открывались всё новые мечети, пропагандировались идеи исламизма (особенно на юге), было принято решение о переходе на латиницу, чтобы снизить влияние русскоязычного, как правило, православного меньшинства.
Но Турция выступала здесь скорее «мягкой силой». Её задача – работа с населением, главным образом с мамбетами, как называют в стране сельских жителей. С элитами же продолжала работать Англия.
И вот, в «час Ч» мамбеты, обзаведшиеся откуда-то оружием, начали боевые действия на улицах казахских городов при полном попустительстве силовиков (а акимы, то есть главы городов и провинций, попросту сбежали). Может быть, казахские спецслужбы не являются самыми профессиональными в мире, но проворонить организованные отряды боевиков, подвоз оружия невозможно. Только если не имело место предательство.
А таковое имело место быть. Об этом открыто говорят представители казахской политической элиты. Недаром Токаев первым делом стал тасовать силовой аппарат, а также сместил Назарбаева с поста главы Совета безопасности.
Происходящее в Казахстане – борьба «старых» элит при поддержке глобалистов и «новых» – при поддержке России и Китая. Здесь мы можем занимать только одну сторону, и она очевидна.
Что с того?
Впрочем, есть риск того, что Москва по привычке ограничится «помощью братскому народу», открыто не заявив (хотя бы Токаеву) о своих интересах. А их у нас немало.
Для начала, после окончательного подавления бунта, Казахстан должен незамедлительно признать Крым русским, придать русскому языку статус официального, предоставить русскому населению Казахстана на севере страны широкую автономию.
Этим Токаев подтвердит, что не собирается возрождать модель Елбасы, а признание Крыма станет тем рубиконом, перейти который назад невозможно.
Фактически у Токаева сейчас два варианта: либо пытаться договориться с глобалистами и уходящим назарбаевским кланом, либо встать на сторону добра России (всё же Китай политически мало чем может помочь). Но и Москва должна чётко обозначить свои условия, не стесняясь каким-то образом ущемить достоинство «суверенного государства».