Почему Эрдоган решил окончательно закрыть «курдский вопрос»

Судя по всему, на севере Сирии вскоре вновь начнутся активные боевые действия. О возможности проведения очередной, третьей по счету, военной операции, накануне заявил турецкий президент Эрдоган. Правда, на этот раз столкновение произойдет не между турками и сирийской правительственной армией за контроль над Идлибом, а вновь турок с курдскими вооруженными формированиями. Почему же «султан» решил окончательно закрыть «курдский вопрос» именно сейчас? Курдская «проблема» Так называемая «курдская проблема» является одной из самых острых во внутренней и внешней политике Анкары. Этот народ не имеет своей государственности, расколот на три части, проживающие на территории современных Турции, Ирака и Сирии. Турецкие власти небезосновательно опасаются, что стремление курдов к самоопределению и объединению в единый Курдистан может привести к развалу их страны. По этой причине многочисленные курдские организации в Турции причислены к разряду террористических. Перспектива появления в соседней Сирии квазигосударственных образований курдов стала поводом для проведения Анкарой двух военных операций – «Щит Евфрата» и «Оливковая ветвь». Турки осуществили интервенцию и создали на севере САР так называемый пояс безопасности, пресекли возможность соединения трех курдских кантонов, Джазира, Кобани и Африна, и перекрыли им выход к Средиземному морю. Казалось бы, заявленные цели были достигнуты. Так почему «султан» грозится третьей военной операцией против суверенной Сирии? Президент Эрдоган опубликовал сообщение следующего содержания: Нападения на наших военных и последние вылазки террористов в Сирии переполнили нашу чашу терпения. Мы в ближайшее время предпримем необходимые шаги, чтобы ликвидировать собственными силами угрозы, исходящие из Сирии. Если подумать, то становится понятно, что проблему для Турции теперь представляют не только разрозненные курдские кантоны. До севера САР дошло эхо другой «прокси» войны. «Эхо Нагорного Карабаха» Как мы уже неоднократно рассказывали ранее, геополитические амбиции «султана» представляют серьезнейший вызов для соседей Турции. Анкара не только по кусочкам собирает бывшие провинции Османской империи (север Сирии, Ливия), но и выстраивает новую, основанную на принципах пантюркизма. В орбиту турецкого влияния уже вошел Азербайджан, и за ним должны последовать Туркмения, Узбекистан, Таджикистан, Кыргызстан, возможно, частично Афганистан. Оказав военную поддержку Баку в Нагорном Карабахе против Еревана, Анкара потребовала открытия сухопутных транспортных коридоров, дающих ей надежную связь с ближайшим союзником и выход на Каспийское море и дальше в Среднюю Азию. Это экономический базис для надгосударственного объединения всех тюркоязычных стран, лежащего на пути между Европой и Азией, под условным названием «Великий Туран». Создание подобного альянса крайне невыгодно двум его соседям: с севера – России, с юга – Ирану. Поскольку прямые военные действия между Анкарой и Москвой невыгодны обеим сторонам, они ведут между собой так называемую «прокси»-войну. Опосредованным ответом Кремля на экспансию турок в Среднюю Азию могло бы стать широкомасштабное наступление сирийской правительственной армии в Идлибе. Однако «султан» слетал в Сочи, где предложил коллеге Путину строительство двух новых АЭС в Турции, после чего по совпадению активность сирийцев и ВКС РФ снизилась. Замирив таким образом Идлиб, президент Эрдоган вдруг взялся за курдские территории на севере САР. Но почему за них? Персы и турки Щедро одарив российское руководство своими посулами, «султан» решил проблему с возможным вмешательством России, но с Ираном этот номер не пройдет. В ответ на расширение турецкого влияния в Закавказье и в Средней Азии Тегеран начал стягивать крупные военные силы на границе с Азербайджаном. План Исламской Республики может заключаться в вводе воинского контингента в Сюникскую область Армении с тем, чтобы прервать сухопутный транспортный коридор от Турции до Каспия, обнулив результаты победы альянса Баку и Анкары в Нагорном Карабахе. Естественно, подобные приготовления вынудили Азербайджан и Турцию готовить совместный отпор. Риск начала боевых действий с непредсказуемым исходом весьма велик. Иран достаточно силен в военном отношении, но прямое столкновение сразу с двумя странами, которые непременно поддержат США и Израиль, Тегерану явно хотелось бы по возможности избежать. И тут мы снова переносимся на север Сирии. Принято считать, что курды – это главные региональные союзники американцев. При этом забывают, что не так давно на них делали ставку в Тегеране. Иран был заинтересован в объединении курдских кантонов как противовес протурецким боевикам, а в перспективе в создании транспортно-логистического коридора от Кандиля в Ираке через КПП «Фейш-Хабур» и Синджар до северной Латакии на Средиземном море. Появление настоящей «курдской оси» стало бы ответом на усиление позиции Турции, Катара и Соединенных Штатов. Увы, курды сделали ставку на американцев и проиграли. Турция провела две военных операции и пресекла попытку создания Курдистана на территории Сирии. И что теперь? Почему Анкара решила пойти на добивание? Складывается впечатление, что Иран готов вновь попробовать разыграть «курдскую карту» против турок на севере САР. Возможно, некие переговоры на эту тему уже прошли, что вынудило «султана» сделать последнее китайское предупреждение. Если это так, то понятно, почему Анкара попыталась умаслить Кремль, чтобы вывести его из игры в Идлибе, отдав ему подряды на строительство сразу двух АЭС. Непонятно только, почему там на такой размен согласились, если наши догадки верны.